Глава 5
Пэрис
Я наконец-то узнала ее имя. Дания. Ранее она освободила меня от цепи у кровати, позволив принять душ и привести себя в порядок, когда меня позвали на завтрак. На мой взгляд, это звучало весьма разумно.
Я накинула нижнее белье, джинсы и топ, которые были разложены на кровати, когда я вышла из ванной, понимая, что они идеально подходили к моему размеру бюстгальтера.
Ну, это совсем не странно или что-то в этом роде.
Принимая во внимание все, что я видела во время нашей прогулки туда, я попыталась найти во всем этом какой-то смысл. Стены были голыми, выкрашенными в светло-серый цвет, без каких-либо картин. В коридорах, по которым мы шли, больше никого не было, и из-за закрытых дверей не доносилось ни звука.
Я поплелась в шикарную столовую, заметив, что здесь прибавилось жизни. Люди сновали туда-сюда с подносами с едой и напитками, ставя их на деревянный стол. Красивые картины с различными пейзажами в самых разных цветах были развешаны по стенам комнаты. Я могла бы сказать, что они были раскрашены вручную, а не готовые.
Затем я спустилась к нему. Он сидел во главе стола, король своего замка. Это был хозяин. Человек, ответственный за мое очевидное похищение.
Я незаметно вытерла вспотевшие ладони об одежду, не желая проявлять ни капли слабости перед человеком, чья аура излучала опасность. Он был не тем, с кем можно быть не на той стороне. Но я не была спокойной, даже если предупреждения ревели в моей голове, говоря мне отступить и не бросать ему вызов. Я бы так и сделала. Это был то, кем я была, и он собирался узнать, что в эту игру могли играть двое.
Не то чтобы я даже знала, что это за игра, однако я наверстывала упущенное, проводила дополнительные тренировки, чтобы соответствовать его уровню и перехитрить его. И все для того, чтобы я могла уехать, оставить все позади, как сумасшедшие выходные, и вернуться к своему чувству нормальности.
— Заходи, — приказал он, выдвигая ногой стул рядом с собой.
Он тихо выскользнул из-под стола. Я намеренно проигнорировала это; мой взгляд остановился на другом стуле с противоположной стороны стола.
Его губы дрогнули. Полностью осознавая, что он произнес это слово с явным намеком, тем глубоким авторитетным голосом, который пронзил меня насквозь, заставив вздрогнуть.
Нет. Плохая Пэрис. Ты не восхищаешься похитителями, особенно теми, кто запер тебя в своей башне, как какую-нибудь современную Рапунцель.
Я села, не обращая внимания на еду, разложенную передо мной, продолжая свирепо смотреть на него. Он положил поданную еду себе на тарелку и стал есть, как будто в его мире не было ничего необычного. Я ждала объяснений, но не была уверена, что мне их дали бы. Составив каталог всего, что касалось его, я запечатлела это в своей памяти, чтобы дать его описание полиции, которой я определенно позвонила, когда вернулась бы домой.
Да, ты тоже его совершенно не оцениваешь.
Я могла признать, что на него было приятно смотреть. Черно-серые татуировки в виде роз покрывали его руки, доходя до костяшек пальцев. Татуировки, казалось, проступали под его темно-серой рубашкой. Они также выглядывали из-под расстегнутого воротника, создавая впечатление, что мираж татуировок простирался под всей этой одеждой.
Черт, татуированные мужчины — мой криптонит.
Оливковый оттенок кожи намекал на то, что он часами сидел на солнце и загорал. Не то чтобы я могла представить, чтобы человек передо мной делал это.
Темно-шоколадно-каштановые волосы, выгоревшие по бокам, но более длинные на макушке, были аккуратно зачесаны назад. У меня возникло непреодолимое желание потрепать их, сделать его немного менее совершенным. Эти его глаза, необычного серо-металлического цвета, смотрели на меня в ответ, прямо в череп, и я изо всех сил старалась сохранить непроницаемое выражение на своем лице.
Нет. Я мысленно встряхнулась. Красивые мужчины, безусловно, самые опасные.
Несколько мужчин тихо вошли в комнату, как будто привыкли сливаться с этим фоном и прилагали все усилия, чтобы так и оставалось. Я воспользовалась моментом, чтобы взглянуть на мужчин, которые эффектно расположились по комнате, как своего рода часовые. Точно так же, как мои...
Подождите, блядь, минутку. Я с головокружительной скоростью обернулась, узнав одного из них. Один из моих телохранителей, которого я видела каждый день и на которого полагалась. Я продолжила осмотр, обнаружив троих других моих телохранителей. Мой рот открылся от изумления, но я быстро закрыла его снова.
Я уставилась на своих личных телохранителей. Тех, кого я наняла уже около четырех лет назад. Прилив гнева застилал мне глаза, когда я сжала кулаки, лежащие на коленях.
Краем глаза я заметила ухмылку на лице моего похитителя. Казалось, его забавляла ситуация и моя реакция на нее. Я, однако, ни в малейшей степени не находила это смешным.
Кем бы ни был этот человек, он заставил моих личных телохранителей работать на меня, проникнуть в мою жизнь. Все это время они подчинялись его приказам.
В какую игру он играл?
— Кто вы? — спросила я.
— Меня зовут Рейн.
Он был старше меня; это я оценила. Его речь была утонченной, но не пафосной, с легким американским акцентом. Как будто он тщательно подбирал слова, прежде чем произносил их вслух. Интересно.
— В смысле «царство»? — я склонила голову набок, сердито глядя на него.
— То есть правление королевством, — самоуверенно заявил он.
Вау, его родители ставили перед собой какие-то возвышенные цели, назвав ребенка так.
— Ты должен позволить мне уйти. Мне все равно, кто ты, — я обвела взглядом комнату. — Или где я. Отпусти меня, и ни слова о том, что произошло, не сорвется с моих губ.
Я имела это в виду.
— Со мной это не сработает, — он слегка провел пальцем по нижней губе.
— Почему бы и нет? — выдавила я сквозь стиснутые зубы.
Он приподнял плечи и позволил им небрежно упасть. Он пожал плечами, отмахиваясь от моих опасений, как от надоедливых маленьких мошек, кусающих его. Прекрасно, если он хотел именно так все разыграть...
— У меня есть работа, которой я предана. Так что в твоих интересах позволить мне ускользнуть в темную ночь и притвориться, что я никогда сюда не заходила. Где бы это здесь ни было, — произнесла я приторно-сладким голосом, обводя комнату жестом.
— Я думаю, ты забываешь, что теперь ты пленница, — ответил он, подтверждая мои худшие опасения.
Он собирался держать меня здесь без возможности сбежать.
— Да. Насчет этого... — он поднял бровь, глядя на меня, когда я продолжил. — Я вроде как крупная сделка.
Я пожала плечами, потому что это была правда. Я не просто пускала дым себе в задницу.
Я была известной актрисой, известной широкой публике. Мое неявка и неожиданное исчезновение должны были вызвать переполох в СМИ и испортить мою личную жизнь, от чего я была совсем не в восторге. Совсем.
Он улыбнулся, но это была неприятная улыбка.
— Насчет этого... — он передразнил слова, которые я использовала, снисходительным тоном, что заставило меня ощетиниться, когда я прищурила на него взгляд. — Ты была зарегистрирована в реабилитационном центре из-за длительного злоупотребления алкоголем. Ты также поблагодарила своих фанатов за их постоянную поддержку и предупредила своего агента, чтобы он разобрался с последствиями для СМИ.
Он снова пожал плечами, как будто это ничего не значило. Это было не так. Кем он себя возомнил? Во-первых, он похитил меня и ясно дал понять, что меня держали бы здесь в обозримом будущем, без каких-либо объяснений того, кто он такой и что ему от меня нужно. Затем он пошел и принял решение относительно моей карьеры; то, ради чего я чертовски усердно работала. Самым печальным во всем этом было то, что концепция реабилитации была правдоподобной. Ярость стерла отчаянный страх, который я скрывала.
— Кто дал тебе гребаное разрешение диктовать мне жизнь, как будто это твое богом данное право? — я кипела.
Он холодно посмотрел на меня; клянусь, температура в комнате немного упала, но это было не из-за кондиционера.
— Ты профессиональна в том, что выкатываешься из клубов пьяной в стельку с другим мужчиной в сопровождении.
Нет, он этого не сделал.
О, круто. Теперь он пытался пристыдить меня за мой жизненный выбор. Акцент на моем, несмотря на то, что он уже совершил против меня несколько преступлений. Очевидно, для него было обычным повседневным делом рисковать тюремным заключением. Горшок, познакомься с гребаным чайником.
Я посмотрела на его левую руку, не заметив кольца на пальце. Каковы были шансы, что этот мужчина был девственником, ожидающим свадьбы? Хотя это не означало, что он им не был. Как бы то ни было, я не могла представить себе этого мужчину из тех, кто связан обязательствами с одной женщиной, что дало мне ответ, который я уже знала; он получал свое собственное удовольствие и, вероятно, купался в нем постоянно. И все же он критиковал меня.
— Полагаю, ты не женат, — протянула я, желая сделать ему замечание за его поведение.
— В этом предположении ты права.
— Итак... — я наклонила голову и ухмыльнулась. — Я делаю дикое предположение, что ты не воздерживаешься от сексуальных отношений с другими.
Взгляд, которым он одарил меня, подтвердил все это. Я открыла рот, но он оборвал меня.
— Я не выставляю свои личные отношения на всеобщее обозрение.
Нет, потому что у тебя, вероятно, есть все те пропавшие женщины, которых вы похитили до меня, связанные в разных комнатах и ожидающие своего хозяина.
Я усмехнулась, скрестив руки на груди.
— Ты хочешь золотую звезду? Платиновую медаль? Шквал аплодисментов?
Он отказался клюнуть на приманку. Подняв чашку, он сделал глоток горячего напитка. Что ж, он был дьяволом. Так что было совершенно логично, что обжигающая температура его не испугала.