— Если вы посмотрите на карты перед собой, все дома Сестринства отмечены звездочкой. Главная зве ...

— Если вы посмотрите на карты перед собой, все дома Сестринства отмечены звездочкой. Главная звезда — Главный дом в Гровере, недалеко от Болот, — сказала Агнес, когда все мы, девочки, были в гостиной наверху, вдали от любого разврата, который должен был происходить внизу.

— Все почти скрыто! — сказала Джулиана со своего места за деревянным столом. — Мне всегда было интересно, каково это — быть с одним из них.

— Я слышала, что это великолепно, — со вздохом ответила Синсара.

— Кто тебе это сказал? — Фарах недоверчиво переспросила.

Она всегда была циничной, но с ее вьющейся гривой волос, темно-коричневой кожей, карими глазами и самым гладким лицом, который вы когда-либо видели, она всегда привлекала всеобщее внимание.

— Моя старшая сестра, — ответила Синсара. — Она повидала всю страну.

— Похоже, и переспала тоже, — возразила Фарах.

По комнате прокатился смех.

— Леди, — упрекнула Агнес.

— Что значит — большой? — спросила Сараи со своего места в конце стола, держа перед лицом газету со сплетнями.

В свои шестнадцать лет она была здесь самой младшей и всегда утыкалась в какую-нибудь книгу. Чаще всего сплетни.

— Общительный, — подсказала Агнес, — но тебе не следует читать это прямо сейчас, Сараи.

— Подожди, — сказала Магдалена. — Я думала, что Латенты убивают тебя потом? Как твоя сестра могла быть с таким?

Синсара вздохнула, как будто это было смешно.

— Они не убьют тебя. Они просто забирают много твоей энергии, что смерть — это возможность. Просто таков их путь, — она пожала плечами.

Несколько «Хммм» прокатились по столу, как будто это делало его более интересным.

— Если приглядеться, — громко добавила Агнес, — конспиративные квартиры Сестер помечены буквой S. Они анонимны, так что, когда у вас появятся дети, вы сможете отвезти их туда, не нарушая своего клятвенного слова хранить вашу личность в секрете. Если у вас будут мальчики, то это ваша обязанность — разбираться со своим сыном и с тем, что ему нужно знать, а не наша.

— Почему ты сказала «когда»? — спросила Магдалена.

Брови Агнес сдвинулись.

— Что?

— Почему ты сказал «когда», у нас будут дети, а не "если"?

Наша Старшая Сестра вздохнула.

— Если у тебя с этим проблемы, то, возможно, тебе стоит подумать о прошении о назначении Старшей Сестрой.

Магдалена нахмурилась.

— Без обид, Агнес, но с моей точки зрения, твоя работа выглядит ужасно.

— И кто в этом виноват? — спросила Агнес.

Я отключилась от остальных, изучая карту в поисках города, которого, как я уже знала, не существовало. Вероятно, самым раздражающим во всей этой ситуации было то, что Ундали не был настоящим. Это было всего лишь кодовое название этих конспиративных квартир.

Вся поездка в Ундали была основана на лжи. И что вызвало у меня желание расхохотаться почти до безумия, так это то, что Уэстон даже ни разу не моргнул, когда я сообщила ему о своем пункте назначения. Вместо этого он проделал воображаемое путешествие во времени, даже не улыбнувшись. Он был хорош, я бы отдала ему должное — но он будет мертв, если я когда-нибудь увидела бы его снова.

Хотя мне всегда было интересно: что делал принц Титанов, сидя в таверне Камерона? Я, вероятно, никогда этого не узнала бы.

Моя бабушка даже не планировала, что я добралась бы до ее дурацкой конспиративной квартиры. Они всего лишь собирались сбить меня с магического следа, иначе за мной гнались бы гораздо худшие люди, чем один всадник-нелюдь, но как только они пришли за мной, меня нигде не было. Я разрывалась между раздражением из-за того, что у них не было ни малейшего доверия ко мне, и желанием позлорадствовать, что я доказала их неправоту.

Только шесть месяцев назад Общину Сестер предупредили об одной одинокой Сестре на южном пляже. До этого пробуждения дарований было очень мало, но до этого мы по-настоящему не овладели нашей магией. Даже после этого нам не была гарантирована никакая магия; у каждого из нас были разные дары и уровни силы. Она была основана на наших родословных и на том, сколько магии украли наши семьи с помощью оскверняющих ритуалов. Это заставило многих первых Сестер потерять рассудок, но на протяжении сотен лет каждое поколение прививало все большую терпимость к этому, и до сих пор только самые слабые умы не могли справиться со своей Сестринской магией.

Моя мать нашла меня, думая, что я всего лишь загорала голышом на пляже, прежде чем отвезла меня сюда. Я никогда не рассказывала ей, что случилось со мной за те месяцы, что меня не было, и за те четыре месяца, которые полностью исчезли из моей жизни.

— Я не шутила, когда сказала, что хочу знать ваши планы на День всех сестер, прежде чем вы отправитесь на какие-либо фестивальные мероприятия, — строго сказала Агнес. — Синсара — единственная, кто подал прошение о Высоком...

Синсара бросила взгляд на свою ближайшую подругу Кармеллу. Она была принцессой группы — она заслуживала этого титула больше, чем я когда-либо.

— Ты сказала мне, что тоже подаешь петицию!

Кармелла шла по пятам, вы знаете, девушка, которая следовала за лидером. Но не в этот раз. Она ничего не сказала, только тревожно расширила свои голубые глаза.

Синсара бросила на нее злобный взгляд, прежде чем отодвинула свой стул от стола и выбежала из комнаты.

— Синсара... — начала Агнес.

— Я люблю Тревона! — Кармелла плакала. — И он уже получил одобрение моей матери. Я не хочу быть старшей сестрой. Без обид, Агнес, но с моей точки зрения это тоже выглядит ужасно! — она вскочила со своего места и исчезла за дверью.

Агнес глубоко вздохнула, бормоча:

— Алирия, помоги мне.

— Агнес, — сказала Грета, кухарка, просунув голову в дверь, — у нас на кухне проблема с новым поваром. Он пытается приготовить мясо на ужин!

— Спасибо Алирии, — сорвалось с моих губ прежде, чем я смогла это остановить. Агнес бросила на меня взгляд, и я закашлялась. — Я имею в виду... как... странно есть мясо. Тошнотворно, — пробормотала я.

Возможно, я переборщила со своим тоном в конце, но я не думала, что Агнес поверила бы моему отвращению в любом случае.

— Разве ты не сказала ему, что мы не употребляем мясо, Грета?

— Да, мисс. Но он не считает это здоровым и не сдвинется с места. На самом деле, сейчас на столе ягненок.

Глаза девочек расширились.

Агнес перевела дыхание.

— Я вернусь, леди. Изучите карту, пока меня не будет.

У Общины Сестер были свои правила. Теперь они были в контакте с землей и животными и не ели ничего, что им приходилось убивать. Я думала, они всего лишь пытались загладить вину за уродливое прошлое, за то, как они получили свою магию, оставляя после себя сожженные деревья и землю. Но я знала, что они не были праведными ведьмами; нет, я многого не знала о Сестричестве, но подозревала, что мы не держались за руки и не пели.

— Сараи, это новая светская хроника? Прочти, пожалуйста, — попросила Марлена.

Она была самой тихой из группы, и иногда я забывала, что она вообще здесь. Чаще всего она была в музыкальной комнате, звуки органа наполняли дом поздней ночью.

Сараи вздохнула.

— Прекрасно.

— Скачай, чтобы узнать, есть ли новые истории о Девушке в черном, — сказала Магдалена.

— Нет, — ответила Джулиана. — Я хочу знать, ухаживала ли принцесса за кем-нибудь. Ты думаешь, она влюбилась в этого Неприкасаемого Принца?

— Ты имеешь в виду того, кто держал ее в заложницах, пока не заручился сотрудничеством королей? Этого? — вернулась Магдалена.

Джулиана пожала плечами.

— По-моему, звучит романтично.

— Тебе все кажется романтичным, — парировала ее противница.

— У тебя не будет ни детей, ни мужчины, который полюбит тебя, если ты будешь продолжать нести эту суфражистскую чушь.

— Я просто думаю, что похититель — неподходящая пара по любви! Что в этом такого суфражистского?

Я провела пальцем по трещине в столе, не обращая внимания на то, насколько близко она попала в цель.

— Ради всего святого, — вздохнула я. — Просто дай ей прочитать это с начала.

В комнату донеслись крики снизу, и я задалась вопросом, насколько сильно этот новый повар боролся за то, чтобы мы ели мясо. Бабушка никогда не следовала этому правилу. На самом деле, она почти ежедневно резала курицу. У меня возникло к ней много вопросов, когда она решила пасть так низко, чтобы почтить меня своим присутствием.

Я узнала, что моя бабушка стала Старшей сестрой после смерти своего мужа. Она провела годы в доме, подобном Агнес, пока не обрела достаточно свободы, чтобы поступать так, как ей заблагорассудилось бы. Было ужасно странно представлять это, когда я думала, что она всегда жила в Алжире.

Сараи начала читать распорядок дня принцессы и королевы, который казался вполне нормальным, даже будучи выкупленным: во что они были одеты, какими духами пользовались, что ели. Настоящий развлекательный материал.

Я облокотилась на стол, едва слушая ее болтовню.

— ...Принцесса Лючиана Альдовская и старейший принц Титана, Уэстон из Дома Вулфсонов ...

Как это ошеломляет. Симбия — крупнейший город Алирии, и это все, что...

Что она сказала?

Это звучало подозрительно похоже на...

— ...Подтвержденный источник сообщил нам, что они заметили принцессу Лучиану и принца Титанов на праздновании клятвы менее двух недель назад ...

Я подавила удивление. Это случалось каждый раз, когда я слышала его чертово имя в этих газетных сплетнях. Но я не могла остановить покалывание в затылке от осознания, как будто он был в этой комнате и стоял прямо за моим стулом. Я заставила себя не проверять. Это была паранойя — я была вполне осведомлена. Но когда паранойя приходила в виде Уэстона, это становилось приемлемым.

— Фу, — сказала Джулиана. — Принцесса Лучиана — шлюха. Все это знают.

Магдалена закатила глаза.

— Это не так. А даже если и так, кого это волнует? Мужчины могут быть со столькими женщинами, сколько захотят, и никто не называет их шлюхами.