— Я задал тебе гребаный вопрос.
Мужчина, которого я никогда раньше не видела, тоже подходит ближе.
— Эслем? Что все это значит?
Айсенур Ханым, которая до сих пор молчала, встает.
— Sakin olun20, Габриэль Бей.
Его глаза переключаются на тетю, черты лица искажены яростью. Я прячусь за его спиной, не желая, чтобы его гнев был направлен на меня. Его голос звучит смертельно, когда он рычит:
— Не говори мне успокоиться.
Внезапно меня тянет к нему.
— Лара – не служанка, над которой можно издеваться и которой можно командовать по своему усмотрению.
— Тогда кто она? — Спрашивает Эслем, приподняв бровь.
Похоже, что Габриэль в секунде от того, чтобы задушить ее.
Эслем либо очень храбра, либо глупа.
— Что происходит? — Спрашивает Алия Ханым, входя в столовую.
Айсенур Ханым произносит ряд турецких слов, и в течение пары минут я понятия не имею, о чем они говорят, но это выглядит напряженно.
Все расстроены, затем Габриэль кричит:
— Тишина!
Мгновенно в комнате становится тихо.
Он пронзает Эслем опасным мрачным взглядом.
— Ты извинишься перед Ларой.
— Габриэль Бей, — ахает Айсенур Ханым.
— Я сказал молчать. Ты мне надоела, — предупреждает он свою тетю. Возвращая свое внимание к Эслем, он приказывает. — Извинись перед женщиной, с которой я встречаюсь, или, да поможет мне Бог, я отрекусь от тебя.
Что?
Задыхаясь, мой взгляд устремляется к его лицу. Он выглядит так, словно может убить кого-то голыми руками.
Из-за меня.
Габриэль защищает меня от своей собственной семьи.
Эслем делает глубокий вдох, затем встречается со мной взглядом.
— Я прошу прощения. Я не знала, что ты встречаешься с моим кузеном.
Габриэль поднимает руку, ущипнув себя за переносицу.
— Эслем.
— Мне жаль. Хорошо? Ну и дела. — Она раздраженно фыркает, затем добавляет искренности в свой голос. — Я приношу извинения за неуважение к тебе, Лара Ханым.
Смерив свою тетю и кузину последним предупреждающим взглядом, он говорит:
— Вы будете относиться к Низе и Ларе с тем же уважением, что и ко мне. Они не горничные в этом доме. Они больше моя семья, чем вы когда-либо будете.
Мое сердце наполняется таким количеством тепла, что оно грозит разорваться.
Как я могу не влюбиться в этого мужчину, когда он такой удивительный?
Все еще крепко сжимая мою руку, Габриэль вытаскивает меня из столовой, приказывая:
— Убери беспорядок, который ты устроила, Эслем!