Я хмурюсь еще сильнее, пытаясь понять, что он задумал.
Он садится рядом со мной и, положив локти на мраморную столешницу, бросает на меня взгляд, который можно ошибочно принять за интерес.
Затем он поднимает руку и, поднеся ее к моему лицу, нежно заправляет прядь волос мне за ухо.
— Итак? – спрашивает он, наклоняясь ближе ко мне. – Ты свободна?
Что. За. Черт?
Я начинаю моргать, понятия не имея, как справиться с этой ситуацией.
В следующую секунду Дмитрий хватает меня за бедра, и я ахаю, когда меня поднимают и переносят на другой стул, а затем он садится между мной и Алексеем. Дмитрий принимает ту же позу, что и Алексей, а затем предупреждает его, понизив голос:
— Даже не начинай это дерьмо.
Алексей откидывается назад, издавая веселый смешок.
— Господи, тебя так легко наебать.
Мой взгляд мечется между двумя мужчинами.
— Прямо сейчас я не совсем понимаю, что происходит.
— Не обращай на него внимания, – огрызается на меня Дмитрий, а затем снова встает. Он ставит передо мной тарелку с яйцами и беконом. – Тебе лучше съесть все.
Я пристально смотрю на Дмитрия.
— Да, сэр.
Алексей разражается смехом, и этот внезапный звук пугает меня.
— Боже, я собираюсь наслаждаться каждой секундой этого. – Он ухмыляется, переводя взгляд с Дмитрия на меня.
— Каждой секундой чего? – спрашиваю я, устремляя на него свой пристальный взгляд.
Он качает головой, и когда Дмитрий протягивает ему тарелку, он тут же принимается за еду.
Я смотрю на Алексея, пока он с жадностью поглощает еду, пока Дмитрий снова не садится. Когда я бросаю на Дмитрия вопросительный взгляд, он тянется к моей руке и сжимает ее.
— Ешь, Малышка.
Вздохнув, я беру полоску бекона и откусываю от нее.
Моя жизнь превратилась в долбаную сумеречную зону.