5.
КАДЕНС
Сол.
Это имя шептали в коридоре перед утренним собранием в тот день.
Это имя было у всех на устах во время обеда.
Спустя несколько дней это имя по-прежнему на слуху в Redwood Prep.
Сол вернулся.
Четвертый член элитной группы братьев Redwood — это определение «высокий, темный и красивый». С его загорелой кожей, густыми вьющимися волосами и мечтательными карими глазами Сол определенно подходит под определение «привлекательный» для того, кто общается с Королями.
Интересно, что у него за дела? Он кажется приземленным парнем, в отличие от Датча и его группы задумчивых, богоподобных братьев.
Вокруг него много загадок. Почему он так долго не посещал школу? Почему Короли и Датч в частности так его опекают?
Глубоко задумавшись, я подхожу к своему шкафчику и вижу, что кто-то прислонился к нему.
— Серена!
Она поднимает взгляд. Сегодня у нее очень плотная подводка для глаз. Черная подводка подчеркивает ее темные круги.
— Эй, ты в порядке? — Я хватаю ее за плечо. — Похоже, ты плохо спала.
— Я в порядке. — Она улыбается такой улыбкой, какую я обычно дарила Вай, когда нужно было платить за квартиру, а моих чаевых не хватало, чтобы ее покрыть. — Я слышала о твоем эпическом нападении. Кристу отстранили, и все ополчились против нее. — Она шевелит пальцами и аплодирует мне. — Очень впечатляет.
Я закрываю шкафчик и присоединяюсь к ней на пути к двери.
Кто-то сильно стучит мне в плечо. Я оборачиваюсь и замечаю пару чирлидерш, проходящих мимо меня. Они бросают на меня ледяные взгляды.
— Смотрите, куда идете! — Выкрикиваю я.
Одна из волчиц откидывает волосы.
— Не лезь ко мне, Купер.
— Кто она, черт возьми, такая? — Шепчу я, когда они отбегают в сторону.
— Это Пэрис. Она сейчас на тропе войны, пытается убедить всех, что она больше и страшнее Кристы. — Серена закатывает глаза. — Я люблю борьбу за власть в Redwood Prep, но она делает это так очевидно, что это скучно. — Серена зевает. — Вот почему предательство — это самое худшее.
— Кстати о предательстве, где ты была? В последнее время я не видела тебя в Redwood Prep. — Я толкаю дверь в главный коридор. — Мне пришлось обедать в одиночестве.
Она отводит глаза. — Я чувствовала себя не очень хорошо.
— Сейчас тебе лучше?
— Да. Намного лучше.
Впереди, в толпе, возникла суматоха. Датч, его братья и Сол пробираются через середину коридора, как короли, которыми они себя считают.
У меня челюсть сжимается от досады, когда я вспоминаю, как Датч издевался надо мной на уроке музыки.
Вот придурок.
Я учусь самообороне, чтобы в следующий раз, когда он ударит меня спиной о шкафчик, стену или пустую лестничную площадку, я могла отломать ему руку.
Датч нацелился на меня. Даже если он находится на расстоянии, этот взгляд все равно кажется очень личным и угрожающим.
Я отказываюсь трусить и смотрю в ответ.
К черту его. И эта облегающая черная футболка под его пиджаком Redwood. Даже если длинные рукава скрывают его татуировки и покатые бицепсы, широта его груди все равно бросается в глаза.
Я поднимаю взгляд выше, на точеную челюсть, прямой нос и глаза цвета чистого янтарного меда.
Он просто поражает своей красотой. Если бы вселенная была справедливой, люди с уродливыми характерами были бы уродливы и внешне.
Взгляд Датча с вызовом становится острее, и его взгляд словно выхватывает мои внутренности и хорошенько их выворачивает.
Кто он? Эдвард из Сумерек? Возможно.
Если бы кто-то сказал мне, что Датч Кросс питался кровью своих жертв, чтобы оставаться в живых на протяжении веков, я бы ему поверила.
Мои глаза сужаются. Я не боюсь тебя, черномазый урод.
Датч ухмыляется так, словно я только что пригласила его в гости.
Я готовлюсь к его жару и опасному магнетизму. Краем глаза я замечаю, как Серена отступает, чтобы спрятаться за мной.
— Что тебе нужно, Датч? — Выплюнула я, наклонив голову, чтобы встретиться с ним взглядом.
Датч достает что-то из своего рюкзака и сует мне.
— Мое домашнее задание по литературе.
Я не беру бумагу, которую он предлагает.
— А как же?
— Ты ожидаешь, что я напишу сочинение на пять страниц? — Он показывает на своих братьев. — Нам нужно подготовиться к концерту, так что пока ты делаешь мое домашнее задание.
Я знаю, что он просто пытается меня помучить.
Судя по тому, как вел себя Миллер, я не думаю, что Датчу вообще нужно делать домашнее задание, чтобы закончить школу.
Моя улыбка становится резкой и острой. Я выхватываю у него листы.
— Конечно. — Говорю я сиропно-сладким голосом.
Серена бросает на меня шокированный взгляд.
Даже Финн и Зейн выглядят удивленными моим ответом.
Датч наклоняет голову, изучая меня. Он слишком хорошо меня знает, чтобы думать, что у меня нет ответного хода.
Я подхожу к нему ближе, пока мои каблуки не целуют его кроссовки.
— С удовольствием.
Злая ухмылка на моем лице, должно быть, заставляет его задуматься о своем шаге, потому что он выхватывает тетрадь из моих рук.
— О чем ты думаешь, Брамс?
— Ни о чем. — Я кокетливо моргаю. — Я сделаю твою домашнюю работу так хорошо, что мисс Джеймисон решит, что ты в нее влюблен.
Датч отшатывается.
Я ухмыляюсь. Наша учительница по литературе не целует королей в задницу, как это делают все остальные. Если кто-то перечит ей на уроке, его наказывают — независимо от того, кто его родители.
У меня в голове практически бурлят идеи, что бы такое неподобающее написать в сочинении. Я готова сдать сочинение, за которое Датча наверняка отправят под арест.
Сол говорит. — Разве ты не говорил, что у тебя практика? У тебя есть на это время?
Датч обдумывает слова Сола. Затем он показывает на меня. — С тобой я разберусь позже.
Короли поворачивают за угол и исчезают в коридоре, который ведет к их личной комнате для тренировок.
Я облегченно вздыхаю, радуясь, что у него и его братьев есть над чем поработать. Датч, может, и провинился в классе, но признает он это или нет к музыке он относится серьезно. Возможно, это единственная причина, по которой я вышла из той битвы невредимой.
— Вот черт. — Говорит Серена, выпучив глаза. — Что это было? Я думала, у вас с Датчем все в порядке ?
— Он такой же психопат, как и всегда. Сейчас он заставляет меня делать его часть нашего группового проекта.
— Что? И ты собираешься это делать?
— Я не хочу, но если я позволю ему завалить проект, мои оценки тоже испортятся. Я не позволю этому ублюдку испортить мой средний балл.
Я выхожу с ней на улицу.
Солнечные лучи греют мне лицо. Я наклоняю голову к солнцу. Датч определенно отомстит мне за то, что я бросила ему вызов, но оно того стоило. Я чувствую себя так, будто только что взобралась на гору.
— Я горжусь тобой. — Говорит Серена, опуская руку мне на плечо. — Ты держишься на ногах, даже если ничего не добиваешься. Люди здесь не выживают после нападения братьев Кросс. Но ты все еще здесь. В Redwood Prep это очень важно.
Я прокручиваю в голове ее оценку. Она права. Мне уже приходилось сталкиваться с Датчем. Он пытался выгнать меня из Redwood, и я выстояла. Может быть, какая-то часть меня обрела уверенность в себе после этого.
Запищал телефон.
Хантер: Я на парковке.
Я прикусываю нижнюю губу, чувствуя, как меня захлестывает нервная дрожь. Я почти забыла, что договорилась встретиться с Хантером сегодня после школы.
— Моя машина уже здесь. — Говорю я Серене.
Ее глаза морщатся. — Ооо, у тебя горячее свидание?
— Определенно нет. Мы просто друзья.
— Леди слишком много протестует.
Она улыбается мне.
Я машу рукой. — Увидимся завтра за обедом.
— Развлекайся.
Я спешу на парковку. Хантер сидит за рулем классического кабриолета.
У меня перехватывает дыхание.
— Классная тачка.
— Спасибо. Она была просто находкой. Стоила каждого цента, который я в нее вложил.
Он вылезает из машины и открывает передо мной дверь.
— Такой джентльмен.
— Рик убил бы меня, если бы я был кем-то другим.
Я сажусь на пассажирское сиденье, мое нутро вздрагивает, а пульс трепещет.
Хорошо. Это похоже на свидание.
— Готова ехать? — Спрашивает Хантер, садясь в машину и одаривая меня красивой ухмылкой.
Сердце заколотилось, и я киваю.
Когда он проезжает мимо Redwood Prep, я замечаю Датча, выходящего из школы. Его янтарные глаза сужаются, когда он видит меня в машине Хантера. Его челюсть напрягается.
У меня возникает странное желание спрятаться, как будто я делаю что-то не так. Но это нелепо. Я не замужем. Даже если бы это было не так, я не обязана никому объясняться,особенно Датчу.
Хантер ухмыляется, глядя на меня. — У тебя симпатичная форма.
— Спасибо. — Я стряхиваю с себя выражение лица Датча и пытаюсь сосредоточиться на Хантере. — Что ты думаешь подарить Рику?
— Не знаю. Наверное, что-то, чем он будет пользоваться.
Он проводит рукой по волосам, а затем опирается этой рукой о дверь.
У Хантера тоже есть татуировки, но они не такие хаотичные, как у Датча. На его татуировке изображено простое крыло ангела и несколько цифр.
— Какой у нас бюджет? — Спрашиваю я.
Он по-мальчишески ухмыляется. — Чем дешевле, тем лучше. Я ведь простой помощник механика. Мы не вкалывае.
Я смеюсь. Хантер тоже смеется, его карие глаза мерцают. Когда на них попадает солнце, они становятся цвета теплой корицы. В отличие от глаз Датча. Даже в темноте глаза Датча светятся, как у хищника, — золотисто-медовые с вкраплениями черного и...
Почему я думаю о Датче, когда должна быть с Хантером?
Я сжимаю руки в кулаки.
— Ты хорошо пахнешь для человека, который целый день работает с автомобильным маслом.
— Я принимала душ дважды. И использовал новый спрей.
Он хихикает.
Я вдыхаю. Аромат, исходящий от него, довольно агрессивный. В отличие от прохладного и хрустящего аромата Датча. Для такого властного человека Датч пахнет как весенний дождь.
Проклятье.
Я снова думаю о Датче.
Я ставлю ментальный блок и заставляю себя сосредоточиться на Хантере до конца поездки.
Через несколько минут мы бродим по торговому центру. Я никогда раньше не ходила за покупками для парня и начинаю думать, не ошибся ли Хантер, попросив меня о помощи. Я совершенно не в своей тарелке.