Сражение в долине оставалось неизменным. Хотя потери Муратомо были меньшими, чем у Такаши, они не посылали новых воинов на поле боя, чтобы заменить погибших. К ночи сотня воинов Такаши сражалась с неполной полусотней воинов Муратомо.
"Если Муратомо пытаются доказать, какими грозными воинами они являются, - подумал Ацуи, - то им это удается".
Стало слишком темно, чтобы продолжать сражение. Прокричав комплименты друг другу, самураи направились в свои лагеря. Появились слуги, опознававшие тела павших. "Один из этих трупов мог быть мой", - подумал Ацуи. Теперь, когда стемнело, Ацуи дал волю слезам, бегущим по щекам. Подошел слуга и спросил, ел ли он что-либо. Ацуи не обращал на него внимания до тех пор, пока тот не ушел.
Флейта висела у него на поясе, но у юноши не было желания играть на ней. Он попытался взывать к помощи Будды, но он сомневался, что кроткий Будда был заинтересован в душевном успокоении юноши, сломленного тем, что не добыл голов поверженных врагов. Он сидел, скрестив ноги и положив руки на колени. Он хотел успокоить себя: завтра будет лучше. Юноша вспомнил, что забыл снять доспехи. Возможно, он оставит их на себе на всю ночь, в наказание за свою полную беспомощность в бою.
Луна, похожая формой на ноготь большого пальца, осветила холмы, на котором находились Муратомо. Ацуи пытался разглядеть их белые знамена, но не смог, Лес, окружавший его, хранил молчание. Где-то мычал бык.
Затем раздались крики - они доносились сверху и позади Ацуи. Стук копыт донесся из леса. Ацуи вскочил на ноги. В гуще деревьев в западной части холма появились факелы. Раздались возгласы Муратомо: "Седлайте лошадей! Доставайте оружие!"
Ацуи побежал вверх по холму, к огням своего лагеря. Он не смог посчитать количество факелов, горевших в лесу. Он вспомнил, что Юкио, должно быть, имеет не менее ста тысяч всадников. Такаши сами дали усыпить себя самурайскими поединками, в которые вовлекли их Муратомо. Всё это время воины в белом готовили атаку.
- Бегите! Бегите! - крикнул слуга, пробегая мимо Ацуи.
Вокруг него появились воины, возможно, Такаши. Он собирался пойти пешком, если не удастся найти свою лошадь.
Он увидел лицо Исороку в бликах огней лагеря. Испуганный слуга держал обеих их лошадей.
- Еще одна возможность сразиться, - сказал Исороку после того, как они сели верхом.
- Где твои доспехи? - крикнул Ацуи.
- Я снял их на закате. Не было времени их надеть. Я взял свой меч! он махнул им. - Поедем, все устремляются вниз с холма.
Самурай с красным лицом, галопом пронесшийся мимо них, крикнул:
- В ущелье! Попробуйте обогнать их. Мы остановимся на открытом месте по ту сторону ущелья. Держитесь вместе!
Он проскакал мимо.
Они вместе спустились с холма. Ацуи время от времени оглядывался на Исороку, проверяя, не отстал ли тот. Свет факелов вражеской армии, казалось, находился прямо за ними, продвигаясь вниз по склону. Снова он услышал рёв быка.
Ацуи и Исороку достигли ущелья. Холмы с двух сторон загораживали путь. Сзади них преследователи догнали арьергард армии Такаши. Они услышали вопли, грохот падающих воинов в доспехах, ржанье лошадей. Горели вражеские факелы, освещая деревья, сражающихся самураев, вскидываемые рога... домашней скотины.
- Это не самураи, - произнес Исороку. - Это бегство скота!
Теперь некоторые из воинов Такаши замедлили свой бег. Ацуи мог видеть у подножия холма Тонамияма горбатые спины, круглые глаза, сверкающие рога быков.
- Пусть проскачут мимо, - произнес голос. - Уйдите с дороги, и пусть скачут мимо!
- Они привязывают факелы к рогам, чтобы сделать их страшными, - сказал Исороку.
- Бесчестный трюк, - отозвался Ацуи.
Ацуи и Исороку направили своих лошадей в сторону, и огромный серый бык, издавая сердитый рёв, проскакал мимо. Искры от факелов, привязанных к каждому рогу, жалили сгорбленные спины животных. Ацуи похлопал по серой шее испуганной лошади, поскольку она стала рваться и встала на дыбы.
Раздался смех, в котором сквозило облегчение, как только самураи осознали, что их преследовало лишь стадо скота. Быки продолжали углубляться в тыл армии, загоняя ее в ущелье Курикара. Сотни факелов шипели на рогах огромных животных, освещая армию Такаши настолько хорошо, что Ацуи мог видеть лица друзей, достигших середины ущелья.
Что-то пролетело по воздуху мимо него. Ночная птица? Снова и снова раздавался свист. Последовали глухие звуки. Кто-то закричал. Снова раздался лязг падения воина в доспехах.
- Стрелы. Они стреляют в нас! - закричал Исороку.
Взглянув вверх, Ацуи увидел фонари на холме и сзади них.
Мигающие шарики света красного, желтого, зеленого, синего и белого цветов, похожие на светлячков, сидевших на деревьях вдали от них, передавали сигналы с одного края долины на другой.
Кто-то около него вскрикнул и упал. Во время вспышки Ацуи увидел ужасающую картину. Бешено скачущие быки вытеснили их из безопасного укрытия на вершине холма в долину. Факелы, привязанные к рогам животных, делали воинов прекрасной мишенью.
Эхо от криков и стонов людей и животных заполнило всю долину. Не было слышно никаких приказаний, лишь дикие, беспорядочные выкрики. Смешавшись с табуном, не думая ни о чем, кроме бешеных животных, самураи направляли своих лошадей в ущелье, отчаянно пытаясь избежать стрел, сыплющихся на них подобно рою пчел, умерщвляющему все на своем пути.
- Вперёд! Быстрее, быстрее! - кричали они на тех, кто загородил им дорогу, пытаясь проскочить в ущелье.
Но теперь раздались крики из передних рядов.
- Долина слишком узкая! Остановитесь! Мы будем разбиты!
Ацуи ожидал, что в конце ущелья он увидит клинышек звездного неба, но вместо этого была непроглядная тьма. Стрелы продолжали сыпаться на них. Ацуи чувствовал, что в него много раз попадали стрелы, но отскакивали от шлема, брони или попадали в пластины и падали под ноги. Он взглянул на Исороку, скакавшего возле него. Исороку лежал вдоль крупа и шеи лошади, чтобы представлять меньшую мишень.
"Мы оставили все наше имущество, - подумал Ацуи. - Они получат все: наши палатки, поклажу, доспехи, большую часть оружия. Как же мы сможем сражаться завтра? Это не имеет значения! Как мы проживем эту ночь? Сейчас скопившаяся масса людей и лошадей совсем не движется".