Даг скользнул ладонями вверх по плавным изгибам ее бедер, прослеживая линию талии и мягкий подъем грудной клетки, пока ладонями не обхватил теплую, мягкую тяжесть ее грудей. Его пальцы сомкнулись, нежно разминая ее, и она издала тихий звук, а затем выгнулась навстречу его прикосновениям, прося о большем. Даг едва ли мог отказать.
Ее соски напряглись от его прикосновения, сжавшись в маленькие камешки, которые он желал попробовать. Словно прочитав его мысли, Кайли зашевелилась и заерзала, и тугая резинка лифчика ослабла. Она сняла яркое шелковое одеяние и бросила его к остальной одежде на полу спальни.
Когда он прорычал что-то неразборчивое, она только порочно усмехнулась.
— Что я могу сказать? Ты слишком долго тянул.
Что ж, ему придется убедиться, что он не совершит ту же ошибку дважды, не так ли?
Его голова опустилась вниз, и прежде чем ее веселье стихло, он обхватил губами кончик ее груди и сильно всосал. Кайли издала сдавленный крик, и он почувствовал, как ее руки взлетели вверх, прижимая его к себе. Ее пальцы потянули его за волосы, и от этого жжения Даг одобрительно заурчал.
Ее вкус заполнил его голову, грубая и гладкая текстуры ее кожи завораживали, когда его язык рисовал круги вокруг ее твердого соска. Часть души Дага хотела наслаждаться этим моментом, пировать ею вечно, чтобы его женщина была постоянно горячей, мягкой и нуждающейся в его руках.
Другая его часть, та, что сейчас бурно протестовала против тесноты джинсов, была категорически не согласна. Они могут вернуться к этому позже, а потом еще раз, и еще, и еще, но сейчас ему нужно оказаться внутри нее. Даг жаждал почувствовать, как ее теплые внутренние стенки обхватывают его член, сводя их обоих с ума. Наслаждение друг другом можно перенести.
Подумав, он сбросил с себя человеческую одежду и усмехнулся, услышав ее удивленный вздох. В один миг они оказались прижаты друг к другу — их разделял лишь тонкий клочок ее трусиков, и Даг намеревался быстро позаботиться об этом.
Переместив рот на другую грудь, он провел зубами по упругой вершине и почувствовал, как все тело Кайли задрожало от прикосновения. Его рука скользнула вниз, захватила тонкую ткань на ее бедре и дернула. Шелк тихо порвался, и он отбросил его в сторону, прежде чем отправиться на поиски своего настоящего приза.
Его пальцы перебирали аккуратные завитки, украшавшие ее бугорок, а затем скользнули глубже, находя ее плоть, гладкую и набухшую от возбуждения. Кончик его указательного пальца легко провел по маленькому узелочку, спрятанному в ее складочках, и Кайли дернулась, издав резкий визг. Завороженный, он повторил ласку, затем еще и еще, пока все ее тело не напряглось и не задрожало под ним.
Ее удовольствие заставляло Дага чувствовать себя богом, как будто он мог сразиться со всеми Семерыми одновременно и никогда не почувствовать жала поражения. Как будто мог править миром, двигать небеса и удерживать всю вселенную на своей ладони. Но он ничего этого не хотел; все, чего он хотел, — это Кайли.
— Пожалуйста, — сказала она, тяжело дыша, обхватила его за плечи и подняла к себе. — Войди в меня. Сейчас. Ты мне нужен.
Этими словами она предрешила его судьбу.
Теперь уже не имело значения, что предписала судьба или что задумал Свет. Кайли принадлежала ему, и он будет воевать со всей вселенной, чтобы ее удержать.
Даг не мог больше ждать.
Его больше не волновало, что руки дрожат, ладони скользят или дыхание прерывисто. Он просто хотел быть внутри этой женщины, чувствовать, как ее лоно сжимает его, соединяясь с ним в высшем наслаждении. Дагу нужно было сделать ее своей.
Он надавил одним пальцем, проникая в нее, и чувствуя, как она все еще дрожит, тело Кайли было мокрым от возбуждения. Чувствуя, как сильно она хочет его, он не мог больше ждать. Переместившись, Даг обхватил одной рукой ее бедро, а другой поднял часть своего веса и легко устроился между ее бедер. Он подходил ей так, словно она была создана для него.
— Смотри, — приказал он жестко, желая увидеть голод и эмоции в этих темных, кофейного цвета глазах. — Смотри на меня, красавица. Сейчас же.
Прижавшись к ее входу, Даг не сводил с нее взгляда, проникая внутрь. Она издала тихий, дрожащий крик, когда их тела слились воедино.
Каждый скользкий дюйм ее тела принял его в плотные объятия, и он неумолимо продолжал погружаться все глубже, пока не достиг конца. Мышцы Кайли сжались вокруг него, и, затаив дыхание, они смотрели друг на друга в момент соединения.
Даг знал, что это чудо не может длиться долго. Голод нарастал слишком быстро, сжигая первоначальный экстаз ощущением, что ее тело принимает его. Теперь он впивался когтями в его живот, требуя большего. Требовал накормить зверя и взять свою пару, пока никто не сможет усомниться в том, что она принадлежит ему.
Даг пошевелился, и даже это небольшое движение вызвало дрожь у них обоих. Он уперся локтями в матрас и просунул руку под ее голову, обхватив ладонью ее кожу. Его пальцы запутались в волосах Кайли, и он наклонился к ней, пока его рот не оказался в нескольких сантиметрах от ее, и их дыхание смешалось в жестких, хриплых выдохах.
Другая его рука скользнула вниз по ее бедру и обвилась вокруг нежной кожи чуть выше колена. Он подтянул ее ногу выше, пока Кайли не ухватилась за его спину, покрытую гладкими мышцами, открывая себя еще больше. Его член скользнул еще немного глубже, но этого было достаточно, чтобы они оба застонали.
— Даг, пожалуйста, — задыхалась она, облизывая губы. Их рты находились так близко друг к другу, что он ощущал быстрые движения ее языка, как прикосновение перышка к его коже. — Мне нужно. Мне больно. Так сильно.
— Шшш, — прошептал он, сжимая ее волосы в кулак до тех пор, пока не увидел, как расширились ее глаза от небольшого укуса боли и как сжались ее стенки вокруг него. — Я знаю, маленький человечек. Позволь мне помочь.
Пристально глядя на ее милое, раскрасневшееся лицо, Даг начал двигаться, отводя бедра назад дюйм за дюймом, пока почти не вышел из нее, а затем снова продвигаясь вперед с мучительной медлительностью.
— Вот так, — промурлыкал он. — Так лучше, малышка?
С приглушенным стоном его пара оскалилась и сильно ударила его пяткой в спину.
— Если ты не трахнешь меня прямо сейчас, ты, здоровенный булыжник, клянусь всем святым, я заставлю тебя пожалеть о том дне, когда ты был призван.
Он усмехнулся, как бы неразумно это ни было, и подумал, что вместо зубов у нее клыки. Настолько сильно она разрушила его контроль.
— Ну, тогда, — сказал Даг, поднимая ее колено еще немного выше. — Давай убедимся, что этого не произойдет, хм?
Расслабившись, он долго дразнил ее, чувствуя, как ее киска сжимает головку его члена, пытаясь втянуть обратно в себя. Когда Кайли вырвалась из его хватки, наклонив голову вперед и оскалившись, он издал рев и отпустил себя.
Даг вбивался в нее, не жалея времени на то, чтобы насладиться каждым толчком. Наслаждение переполняло его, каждый вдох, каждое покачивание, каждое крошечное движение приносили новую волну экстаза. Кайли выкрикивала свое одобрение и двигала бедрами навстречу ему, встречая каждое движение своими, демонстрируя недовольство каждым отступлением.
Их тела боролись друг с другом, изгибаясь и стремясь к одной цели. Даг стиснул зубы, его дыхание вырывалось из него в зверином ворчании при каждом толчке. Кайли отвечала ему задыхающимися, болезненными криками, каждый из которых был выше предыдущего, пока он не услышал лишь свист воздуха, сопровождавший каждое восклицание.
Освобождение маячило перед ним, как приманка, дразня его, и Даг погнался за ней, увлекая за собой свою пару. Сменив хватку, он отпустил ее ногу, протянув руку между ними и прижался к вершинке ее лона. Раз, другой, он усилил давление, пока не почувствовал, как Кайли взорвалась.
Ее тело сжалось вокруг него, как тиски, и на мгновение ее хватка стала почти болезненной, когда наслаждение пронеслось через нее. Его имя сорвалось с ее губ хриплым криком, и все ее тело напряглось, прежде чем раствориться в содрогании.
Повторяющееся сжатие ее стенок вокруг его члена ошеломило его. Издав приглушенный рык, Даг позволил оргазму захлестнуть себя и излился в тепло своей пары.
Он рухнул на Кайли, сдвинувшись, когда она застонала, протестуя против его веса. Даг скользнул на дюйм или два в сторону, не желая выпускать ее из теплых объятий, но в то же время стремясь не задушить.
Они лежали, как раненые после битвы, тяжело дыша, слабые и неподвижные. Одна его рука запуталась в ее волосах, а другая обхватила изгиб ее бедра, наслаждаясь влажной и нежной кожей.
Никто из них не произнес ни слова. То ли потому, что ни у одного из них не хватало дыхания, то ли потому, что ни один из них не знал, что сказать. У Дага не было проблем с определением своих чувств, но его хватка на Кайли казалась гораздо менее уверенной. Он заявил на нее права; она была его парой. Он знал, что никогда не сможет ее отпустить, но вот приведет ли эта новость ее в восторг или ужас, не понимал. Его маленький человечек редко реагировал так, как он ожидал.
Например, зная, как его маленькая женщина любит говорить, Даг ожидал, что она что-нибудь скажет. Будет ли это серьезное замечание или дерзкая колкость, он даже не пытался предугадать.
Но вместо этого Кайли просто окунулась в его тепло и прижалась ближе, подложив одну руку под подбородок, а другую прижав к его груди. Когда ее рот широко открылся, единственным звуком, вырвавшимся наружу, был огромный зевок, которым мог бы гордиться Царь Давид.
Затем, как и ее кот, она быстро погрузилась в сон. Даг вздохнул и прижал ее к себе, наклонившись, чтобы поцеловать влажные локоны, прилипшие ко лбу Кайли. Жизнь с его парой никогда не будет скучной. Возможно, это единственное, в чем он был уверен в данный момент, но так и будет.