Рыдание вырвалось из глубины моих лёгких, и Вон притянул меня к своей груди. Он обхватил меня двумя сильными руками и просто держал. В крепкой хватке Вона я нашла в себе силы продолжить.
— Я схватила Логана и поцеловала его в последний раз. Охранники кричали на меня, кричали, чтобы я отошла от него, но я не могла. Я знала, что буду в безопасности. Я знала, что Миллер будет в безопасности. Как и знала, что Логана ждет другая участь. Мой отец долго искал предлог, чтобы покончить с ним. Я умоляла его бежать, хотя бы попытаться убежать, иначе отец превратит его в Пожирателя. Сначала он спорил со мной, а потом нас разделили. Он смотрел мне в глаза и просто повторял "нет" снова и снова, пока не появился мой папа. Я думаю, что до этого момента он каким-то образом верил, что мой папа его простил, что там был какой-то остаток человека, на которого он работал, или отец его школьной подруги.
— Мой отец появился с улыбкой на лице и огоньком в его ублюдочных глазах. Я наблюдала, как Логан принимает решение. Я видела, как понимание изменило выражение его лица, и он понял, что его ждёт. Я знала, что он любит меня, что он сделает для меня всё. Я знала, что он будет бороться за меня до последнего вздоха. Но он не мог стать Пожирателем, не мог. Это было бы хуже, чем всё остальное, что они могли бы сделать со мной. И он знал это. И он знал, что мой отец никогда бы так не поступил со своими собственными детьми, что мы с Миллером были в относительной безопасности, по крайней мере, от этого. Именно тогда он начал сражаться. Он всегда был хорошим бойцом. Всю свою жизнь он, так или иначе, работал на ферме. А когда он служил в полиции, то был одним из лучших. Он побежал и скрылся в лесу, но мой папа не колебался. Он поднял руку и нажал на курок. Я даже не вскрикнула. Я даже не издала ни звука. Я только видела, как тело Логана упало посреди леса, и помню, как почувствовала облегчение. Облегчение, потому что Логан не будет зомби, облегчение, потому что он сбежал из этого ужасного мира, даже когда я не могла... потому что я знала, что он был в лучшем месте. Любое место было лучше, чем это. И Логан теперь в безопасности. Ему не нужно сражаться, чтобы выжить или поесть. Он свободен, — убежденно прошептала я последние слова.
Вон крепче прижал меня к себе, и я прильнула к его теплу и твёрдости и просто выдохнула. Рыдания сотрясали моё тело, а из глаз текли слёзы. Я уже давно так не плакала, с тех пор, как у меня была своя комната, где я могла запереться. Эмоциональная разрядка казалась катарсисом, чувствовалась необходимой. Я оставалась в объятиях Вона столько, сколько он мне позволял. В какой-то момент я услышала, как дверь открылась, а затем снова закрылась, я предположила, что Вон отпустил того, кто стоял у меня за спиной, вероятно, ночного сторожа.
Я знала, что уже поздно, далеко за полночь. Мы долго разговаривали, а потом я плакала неизвестно сколько. Когда я, наконец, отстранилась, рубашка Вона была мокрой от моих слёз, и я почувствовала тошноту не только от рассказа, но и от количества энергии, которую я вложила в эти слёзы. И всё же я почувствовала себя лучше. Я чувствовала себя лучше, чем когда-либо за долгое время.
Хотя часть меня задавалась вопросом, станет ли "лучше" когда-нибудь "хорошо". Потому что "лучше" всё ещё колебалось между "ужасно несчастна" и "отчаянно несчастна".
— Могу я спросить, как давно это было? — спросил Вон через некоторое время.
Его голос был грубым от сочувственного горя, и я позволила своему сердцу смягчиться ещё немного.
— Около полутора лет назад, — хрипло ответила я. — Мы с Миллером не нашли другого шанса сбежать, пока не появились вы.
— Но Миллер раньше появился у нашей парадной двери, вернее, у вашей. Он каким-то образом сбежал.
— Да, он месяцами наблюдал за патрулями, выясняя их распорядок. Он очень хитёр и ловок в темноте. Он сидел на деревьях и часами молчал, когда патруль проходил мимо. Правда, это было довольно умно. Но он искал оружие, поэтому и вернулся в дом. Мы знали, что без оружия долго не протянем. А в городе держат оружие под постоянным наблюдением, так что мы не могли взять его оттуда. Это было рискованно, но, так или иначе, я позволила ему осмотреть ферму и выяснить, не осталось ли там чего-нибудь. Какое-то время он хотел сбежать, но я колебалась. После Логана... Я просто не могла... И если поначалу всё было не так уж плохо между моим отцом и Миллером, то постепенно отношения становились всё хуже, намного, намного хуже. Именно по этой причине я колебалась и в итоге согласилась, чтобы он ушёл. Но вместо оружия он нашёл вас, — я рассмеялась при воспоминании. —
Я уже была готова бежать, когда Миллер вернулся в город с двумя незнакомыми людьми, до зубов вооружёнными, но достаточно глупыми, чтобы оказаться пойманными почти сразу. Теперь у меня было больше жизней, о которых нужно было беспокоиться, а Миллер заработал проблемы. И только когда у меня появилась возможность поговорить с Миллером и придумать новый план, я снова смогла поверить и снова начала надеяться. Хотя сначала у меня были сомнения насчёт вас. Я просто не могла понять, как две группы людей, которые были пойманы сразу же, собирались спасти нас.
Вон усмехнулся.
— Честно говоря, я до сих пор не понимаю, как мы все попали в плен. Обычно мы не настолько беспечны.
— Я знаю, — кивнула я и отстранилась, чтобы мы с Воном больше не касались друг друга. — Я вижу это каждый божий день.
— Тайлер, мне так жаль, что я когда-либо осуждал тебя, — выдохнул Вон, снова абсолютно серьёзный. — Я понятия не имел.
— Всё в порядке, — прошептала я. — Может быть, когда-нибудь ты расскажешь мне свою историю, и я перестану осуждать тебя.
Он удивлённо рассмеялся, но потом спросил:
— Откуда ты знаешь, что у меня есть история?
— Я почти так же сломлена, как и они, Вон. Я могу распознать настоящую боль за милю.
— Может быть, это и правда, но... — он осёкся и мгновенно насторожился.
Если бы он был собакой, то в этот момент его уши встали бы по стойке "смирно". Его голубые глаза вспыхнули, и я затаила дыхание, когда он пришёл к внутреннему решению.
— Оставайся здесь, — приказал он и вскочил на ноги.
Он проверил свои пистолеты, которые появились из ниоткуда? Может, из карманов? Оружие всегда было при нём? И бесшумно двинулся к входной двери. Он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, и посмотрел в щель между досками. Он постоял так несколько мгновений, наблюдая за тем, что происходит на улице, а потом обернулся. Он постоял на месте ещё, вдыхая и выдыхая так же ровно, как всегда. Однако его глаза были невидящими, и это меня забеспокоило. Он уставился в пол, но даже в темноте я видела, как у него в голове крутятся колёсики. Наконец, после того, как казалось прошла вечность, он резко поднял глаза и встретился со мной взглядом.
Что-то произошло между нами, но чёрт меня побери, если бы я знала, что именно. А потом он снова двинулся, как-то быстро и в то же время тихо. Он жестом пригласил меня следовать за ним, и я последовала, хотя и не с такой непринуждённой грацией.
По ту сторону двери все спали. Фонари и свечи погасли.
— Что случилось, Вон? — прошептала я, пытаясь разглядеть его фигуру в густой темноте.
— Пожиратели, — прошептал он в ответ. — Пожиратели по всей улице перед зданием. Лишь вопрос времени, когда они нас обнаружат.