Глава 26
— Просто говорю, я думаю, что с образовательной точки зрения фильм мог многое предложить, — сказала Ханг, жуя соломинку.
В пятницу вечером мы были на вечеринке в поле за скейтпарком. Достаточно далеко от города, чтобы избежать какого-либо интереса со стороны обеспокоенных родителей, граждан или полиции. И все же достаточно близко, чтобы пришло много людей из нашей школы и еще несколько человек.
Автомобильные фары освещали пространство. У одной был поднят багажник, и из динамиков сзади доносилась музыка. У другой был необходимый пивной бочонок и красные стаканчики, работающие сверхурочно.
— Человек-зверь, — сказала Ханг низким голосом.
Я рыдала. Ну, притворялась, что рыдаю.
— Это было так неправильно. Я все еще хочу выколоть себе глаза.
— Да ладно. Тебе это понравилось.
— Нет, это не так.
— Да, не отрицай. Еще один первый раз — теперь ты посмотрела порно. — Ханг ухмыльнулась. — Не могу поверить, что у моего брата это было на компьютере. Это материал для шантажа на всю жизнь.
— Никогда больше не буду смотреть ничего подобного, — сказала я, сделав глоток пива из своего стаканчика. Нравилось это или нет, но это было единственное, что можно найти на этой вечеринке. — Чувствую себя грязной, как будто моя душа запятнана.
— О, так и есть. Теперь ты будешь гореть в аду вместе со всеми нами.
Я печально кивнула.
— И я продолжаю видеть эту бедную, невинную пещерную девушку, приносящую себя в жертву неестественным похотям Человека-зверя. Она была такой храброй.
— Она спасла клан.
Я приложила руку к сердцу.
— Образец для подражания всех молодых женщин.
— Да, — вздохнула Ханг. — Я хочу быть такой же, как она, когда вырасту.
Мы обе потеряли самообладание, разразившись хохотом.
— Добрый вечер, дамы, — сказал Андерс, появившись из ниоткуда, как обычно.
Как кто-то такой большой может так легко подкрасться?
— Привет, Андерс. — Я улыбнулась, вытерев слезы от сильного смеха.
— Чем вы двое занимаетесь? — спросил он с любопытством в глазах.
— Жизнью. Мы кайфуем от жизни.
Он не выглядел убежденным.
— Джей Си катается на скейтборде. Мне стало скучно, и я решил подойти и поговорить с вами, девчонки.
— Нам повезло, — сказала Ханг. — Знаешь, что здесь полно других девушек, которых ты мог бы побеспокоить.
Андерс бросил на нее странный взгляд. Понятия не имела, что это значило.
Локоть Ханг коснулся моего, и она кивнула на кого-то поблизости.
Рыжеволосый, среднего роста, симпатичный. Парень с тригонометрии. Очевидно, тот самый парень, который расспрашивал обо мне мою новую подругу и выразил живой интерес к встрече со мной. Я выпила еще пива, стараясь сохранять хладнокровие, а не обычную потную, нервную развалину. Это не сработало.
— Он здесь, — сказала Ханг.
— Вижу. — Глубоко вдохни и медленно выдохни. — Но я не уверена.
— Милый, неугрожающий, знает, что делает, если верить его последней подружке.
— О чем мы говорим? — прошипел Андерс, опустив голову на наш уровень. — На кого мы смотрим?
— Ни на кого. Уходи, — сказала Ханг.
— Но я хочу быть одной из девочек!
— Нет. — Она положила руку ему на лицо и надавила.
Он издал странный звук «тьфу» и удалился.
— Ты та, кто хочет, чтобы твою V-карту пробили, — спокойно сказала она. — Это полностью зависит от тебя, Иди. Ты все контролируешь.
Еще пива.
— Напомни мне. Повтори, каковы были мои рассуждения?
Подняв руку, она загнула свои пальцы один за другим.
— Это может быть грязно, болезненно, потенциально неловко. И ты просто хочешь покончить с этим, чтобы, когда ты встретишь кого-то, с кем захочешь завязать отношения, а это может произойти через много лет, вы были бы равны.
— Верно, в этом есть смысл. — Я кивнула. — Логика вполне здравая.
— Плюс, если он действительно знает, что делает, это должно кончиться для тебя оргазмом. Победа! И это также еще один первый опыт, который ты хотела бы испытать на случай, если завтра каким-то образом погибнешь в результате странного несчастного случая, — сказала она. — Попадешь в давку сбежавших лам. Будешь растерзана стаей бешеных ши-тцу. Что-то в этом роде.
— Ты смеешься надо мной, но это может случиться. — Я щелкнула пальцами. — Вот так просто ты исчезнешь, умрешь. Конец.
— Хорошо, мой болезненный друг. Как скажешь. — Она взяла мое пиво и допила его. — Столкнись с ним, когда пойдешь за новой выпивкой. Поговори с ним — слышала, что парням это нравится.
Мои ноги остались на месте.
— Или нет. И ты просто заночуешь у меня, так что у тебя впереди целая ночь, — сказала она. — Ты всегда можешь решить позже. Никакого давления.
— Никакого давления. — Если не считать руки, медленно сжимающей пальцами мое сердце. Если бы у меня не было панических атак, я бы так не нервничала.
— Ты могла бы подождать еще немного, волшебным образом встретить кого-то замечательного и захотеть, чтобы он был твоим первым. — Ханг пожала плечами. — Никогда не знаешь наверняка. Ты в школе всего пару недель.
— Ты права.
— Или, может быть, вон тот парень — тот самый, и ты влюбишься, выйдешь замуж после колледжа и заведешь детей. — Мечтательная улыбка появилась на лице Ханг. —Тогда ты сможешь всем рассказать, что вышла замуж за свою школьную любовь.
— Мм.
— И ты будешь заниматься сексом только с одним человеком.
Я нахмурилась.
— М-да, — сказала она. — В конце концов, я не уверена, что это отличный вариант. Вечность — это очень долго.
— Мне всего семнадцать, но я тоже так думаю. Хотя мы можем и ошибаться.
— Согласна. Давай просто сосредоточимся на том, чтобы лишить тебя девственности, и оставим «долго и счастливо» для другого раза.
— Думаю, это было бы лучше всего.
В прошлом году Ханг встречалась со старшеклассником. Они расстались, когда он уехал в колледж. Ее карточка уже давно была пробита во имя любви.
— Твои длинные светлые волосы блестят, подводка для глаз идеальна, ботинки классные, и мне действительно нравится то платье, которое на тебе надето, — сказала она, окинув меня беглым взглядом.
— Спасибо. — Я поправила черное хлопковое платье. — Надо любить хорошее макси.
— Это правда.
— Это просто бессмысленный кусок кожи с дурацким названием, — сказала я, расправив плечи, выпятив грудь и выпрямившись. — Мне это не нужно.
— Да. Не нужно. — Ханг сунула мне в руку пустой пивной стаканчик с серьезным лицом. — Действуй жестко. Или делай все, что тебе удобно, ты же знаешь. Это твое тело и твой выбор, и я уважаю это.
— Рада, что мы друзья. — Взяв ее за плечи, я слегка обняла ее. Ее губы приоткрылись от удивления. Видимо, я не часто проявляла привязанность. Мама тоже не была особенно ласковой, как правило.
— Я тоже, — сказала она, глаза затуманились.
Больше никаких колебаний. С пустым стаканчиком в руке я направилась в толпу. Каждая моя мысль крутилась вокруг того, что, черт возьми, ему сказать. Неудивительно, что я чуть не сбила парня с ног.
— О, — сказала я, внезапно остановившись и встав гораздо ближе к нему, чем намеревалась. — Извини. Не смотрела, куда иду.
Друзья, стоявшие рядом с ним, продолжали разговаривать. Но он повернулся ко мне, посмотрев на стаканчик.
— Ты девушка на задании.
— Да. Да, это так. — Я выдавила из себя улыбку. — Я Иди.
— Дункан. — Его взгляд был теплым, дружелюбным. — У нас с тобой тригонометрия, верно?
— Верно.
Мы были примерно одного роста, но его руки были мускулистыми, и на его носу была россыпь веснушек. Вблизи он был симпатичнее.
— Как тебе школа?
— Намного лучше, чем предыдущая.
— Хорошо. Давай-ка я помогу тебе с этим напитком.
— Спасибо. — Я протянула ему свой стаканчик, и он начал прокладывать себе дорогу сквозь толпу людей. Часто он оглядывался на меня и улыбался.
Сегодня та самая ночь.
Что-то в этом просто казалось правильным, несмотря на бушующую во мне нервозность.
Довольно много людей наблюдали за нами; понятия не имею почему. Один из парней, собравшихся вокруг бочонка, хлопнул Дункана по спине, в то время как другой сказал «привет». Пиво лилось рекой, и он наполнил мой стаканчик до краев, прежде чем передать его обратно и взять свой. Холодное пиво охладило мою руку всего на секунду, прежде чем Джон взял мой стаканчик, выплеснув содержимое на траву.
Что за черт?
— Никогда не позволяй другим людям брать твои напитки, — сказал он, поучая меня, как ребенка.
— Я стояла здесь все это время, — сказала я.
— Он стоял к тебе спиной, когда наливал. — Голубые глаза превратились в лед. — Туда можно было подсыпать что угодно.
— Я бы не стал этого делать, — сказал Дункан обиженным тоном.
Джон едва удостоил его взглядом.
— Иди, ты хоть знаешь этого парня? Как ты можешь быть такой глупой?
— Прекрати, — сказала я, понизив голос и придвинувшись ближе. — Ты прав, я должна была сама налить себе выпить. Но тебе, черт возьми, нужно успокоиться.
— Прости меня, если я нахожу мысль о том, что тебя накачают наркотиками и изнасилуют, немного тревожной.
— Джон!
— Коул, ты мудак. — Дункан сжал кулаки. — Ты дилер, а не я. Я ничего не сделал с ее напитком. Не стал бы. Иди…
— Не разговаривай с ней, — прорычал Джон. — Даже не смотри на нее.
— Вау, — сказала я.
Люди начали собираться вокруг нас, тесниться, приходить в возбуждение. Тестостерон наполнил воздух, как зловонные миазмы. Стиснув зубы и вздув вены на шее, Джон сделал шаг вперед. Явно готовый к бою.
Я положила руку ему на грудь, удерживая одной лишь силой воли и чертовски злым выражением лица.
— Достаточно. Пойдем.
Его яростный взгляд метался между моим лицом и лицом Дункана.
Дункан ничего не ответил. Интересно, что, несмотря на весь его прежний настрой, теперь в глазах появилась настороженность.
— Джон. — Я вложила свою свободную руку в его, заставив его пальцы разжаться и принять мои. — Давай же.
Совсем чуть-чуть его поза расслабилась, широкие плечи потеряли напряжение. Я наполовину вела его, наполовину тащила сквозь толпу. Подальше от людей, огней и музыки. Прочь, пока не остались только я и он наедине на парковке, стоя рядом с его машиной.