— Винтер не обрушила стену, — сказал Фордхэм.
Арбор рассмеялась и покачала головой.
— Не важно. Важно, что они ей верят, а она верит своему бреду. Она не отступит, когда считает бой священным.
— Так вы предпочтете умереть? — спросила Керриган.
Арбор прищурилась.
— Нас десять тысяч, а вас сорок. Сорок, — повторила она, будто говорила с ребенком.
Керриган закипала от этих слов. Они не знали, на что было способно Общество. Что мог сделать отряд драконов, что все они могли сделать. Они тренировались так, что чуть не сломались. Дом Теней был с армией, но без воинов в воздухе. Будет кровавая бойня.
Она не успела ответить, Арбор повернулась к Фордхэму.
— Я люблю тебя, кузен. Трон всегда был твоим. Займи свое законное место и покажи им, на что мы способны. Те сорок драконов — пустяк, по сравнению с мощью наших воинов.
Фордхэм стоял на месте.
— Я думал, вас двоих можно вразумить. Что вы захотите выбрать путь, где меньше вреда. Похоже, я ошибся.
— Видимо, так, — Прескотт подошел к сестре.
— Как бы это ни случилось, стена пала. Мы заслуживаем шанса на свободу. Год с ними так изменил твою верность? — осведомилась Арбор.
Керриган закипала. Она понимала теперь, почему Трулиан не хотел вести переговоры с врагом. Это было тщетно. Они не заставят их понять. Фордхэм сжал локоть Керриган, и она удивленно взглянула на него. Ярость овладела ею. Он явно ощутил это. Что она могла поступить глупо.
Она отступила, прогоняя ярость. Не было смысла. Завтра они встретятся на поле боя, и Арбор поймет, как ошибалась.
— Тогда мы в тупике, — сказал Фордхэм.
— Видимо, так, — сказала Арбор.
Фордхэм быстро поклонился кузине.
— Счастливой охоты.
— И тебе, кузен.
Фордхэм без слов окутал их тьмой. Керриган зажмурилась, они перенеслись в лес. Фордхэм упер ладони в колени, тяжело дыша. Не стоило использовать столько сил перед боем.
— Ты в порядке? — спросила она. — Сможешь использовать это завтра?
Он откашлялся, вытер пот со лба и медленно выпрямился.
— Я развил способность за год. Хотя бы на один прыжок завтра, если нужно, хватит.
— Хорошо, — прошептала она.
Они пошли по лесу, избегая патрулей с обеих сторон, добрались до края леса. Лагерь был почти полностью тихим так поздно ночью.
Она взглянула на Фордхэма.
— Готов к завтра?
Он скрипнул зубами.
— Я сделал все, что мог, кроме разговора с отцом и сестрой, что привело бы только к моему плену. Но мне нужно было попытаться.
— Знаю, — прошептала она.
— Если они не сдадутся, я буду готов. Завтра мы пойдем на войну.