56 ПЕРЕГОВОРЫ
— Ты хочешь поговорить об этом? — спросила Керриган, когда нашла Фордхэма, глядящего пусто на огонь.
Одрия приподняла бровь, но Керриган только покачала головой. Не было смысла втягивать ее. Боль Фордхэма не мог понять тот, кто не видел его с его народом.
Это было сложно. Он ненавидел Дом Теней глубоко. Но он сильно любил свой дом и свой народ. Он был их кронпринцем. Он всегда планировал стать их королем. Но все изменило его изгнание. Он тяжелым путем узнал, что все было лучше и хуже, чем он знал.
— Нет, — прорычал он.
— Ладно. Я могу просто посидеть тут.
— Разве ты не должна тренироваться?
— Зина сказала, что я знаю все, что нужно.
Он пожал плечами.
— Наверное, это так.
— И она не хотела, чтобы ты наделал глупостей.
Он повернул голову к ней, в его глазах был гнев.
— Например, предать свой народ, выдав, как их одолеть, Обществу?
— Например, предать Общество и выдать информацию Дому Теней.
— Я бы так никогда не сделал, — рявкнул он. — Общество выше племени.
— На словах — да. В реальности это все еще твой народ.
Он молчал, скрестил руки и смотрел на огонь. Она не заговорила снова, и он спросил:
— Ты убрала стену?
— Не знаю. Возможно? Я все еще была связана со стеной через Мэй, — Керриган опустила взгляд, а потом посмотрела в его мрачные глаза. — Она была одной из вас, знаешь?
— Одной из чего?
— Она была из Шарбоннэ. Она была послом.
Фордхэм посмотрел на нее с упрямым видом.
— Не была. Я бы знал об этом. Наш народ так не сделал бы с нами.
— Общество собиралось разбить гору и убить всех внутри, — сказала Керриган. — Мужчин, женщин и детей.
Он напрягся.
— Они собирались уничтожить гору Равиния?
— Да. Мэй верила, что спасти вас можно было, заставив Общество забыть, где Дом Теней. Она не знала, какими будут последствия, это длилось явно дольше, чем она думала.
— Это было сделано защитой… а не наказанием, — сказал он, словно пробовал это впервые.
— Да. И когда я узнала это, я была связана со стеной, с ее воспоминаниями.
Фордхэм серьезно кивнул.
— Хорошо, что ее нет. У народа должен быть выбор.
— Точно, — согласилась она. — Жаль, что дошло до этого.
Он кивнул, без слов ушел в палатку и поправил ткань на входе. Она закрыла глаза, вздохнув. Она пыталась. Он знал теперь все, что знала она. Другое дело — что он будет делать с этим.
* * *
Керриган не знала, что ее разбудило.
Лагерь был живым всю ночь. Все сторожили по очереди. Разведка двигалась туда — сюда. А еще шорохи, стоны и храп создавали военный лагерь. Было грязно, вонюче и громко.
Но что — то отличалось, и не лагерь разбудил ее посреди ночи. Задолго до рассвета, когда они собирались обсудить атаку. Она схватила плащ и вышла из палатки. Она тихо прошла к соседней палатке. Как можно тише она сдвинула ткань и увидела только воздух.
Фордхэма тут не было.
Она это знала.
Она и Фордхэм был связаны доверием и любовью. И она ощущала связь с ним задолго до встречи на горячих источниках. Нечто свело их, та часть нее, которая получала видения о нем во время турнира. И эта часть дрожала, а так было, когда один из них или оба были в беде.
Керриган посмотрела на лагерь. Его там не было. Он был где — то в глубокой тени. Она последовала за ощущением от сердца лагеря к лесу вокруг. Она дошла до деревьев и услышала шорох крыльев.
Она увидела, как сокол полетел в лес. Она пошла по лесу тихо, как мышка, и наткнулась на Фордхэма с птицей на руке.
Его лицо изменилось от ее тихой поступи, и тени окружили его тело.
— Погоди, это я, — прошипела Керриган, выходя к нему.
Тени пропали.
— Что ты тут делаешь?
— Могу задать тот же вопрос! — она скрестила руки. — Помнится, я сказала не делать глупостей.
— Я и не делаю.
— Ты общаешься с Домом Теней. А если бы тебя увидели?
— Не увидели.
Она хотела встряхнуть его.
— Подумай, что было бы, если бы увидели.
— Я думал об этом, — холодно сказал он. — Вернись в лагерь, пока кто — то не заметил.
Она фыркнула.
— Я не уйду без тебя.
— Ты не пойдешь никуда со мной.
— Нельзя говорить с ними, Фордхэм. Ты их лидер. Ты нам нужен.
— Я не могу, — он повернулся к ней. — Мне нужно что — то сделать. Я не могу сидеть и ждать всю ночь, пока мой народ убьют. Я должен хоть попробовать их спасти. Они послушают меня.
— А если нет? — спросила она.
— Тогда ладно. Они выберут свою судьбу. Но я должен сделать все, что в моих силах, чтобы покончить с этим.
Керриган вздохнула. Она понимала. Лучше, чем он знал. Она все еще была помолвлена с Марчем, чтобы спасти свой народ. Она не нашла выхода, который спас бы ее народ от войны с ним. Она не была в Брионике двенадцать лет, но все еще была готова сделать все, чтобы защитить их. Она не ожидала другого от Фордхэма.
— Позволь пойти с тобой.
— Что у тебя снова были проблемы?
— Тогда не дай, чтобы нас увидели, — сказала она.
— Я не могу перенести далеко нас обоих. Я не возьму тебя.
— Мы прикроем друг друга. Что бы ни изменилось, Фордхэм, это остается, — она скрестила руки и ждала, как он оспорит это.
К ее удивлению, он не спорил. Он вздохнул.
— Нужно подойти ближе к месту встречи.
Керриган скрыла шок. Он, наверное, уже понял, что от нее тяжело избавиться, когда она что — то задумала.
Они пошли по лесу, были все ближе к Лэтбриджу, избегали разведки и патрулей неподалеку. Как только город стало видно, Керриган увидела поразительную высоту каменной стены, и Фордхэм сказал остановиться.
— Ладно, держись за меня, — сказал он.
Керриган шагнула в его объятия. Ее тело прильнуло к его, будто всегда должно было находиться там. Она хотела опустить голову на его грудь, но ее тело уже реагировало на его близость. Ей не нужно было думать о прошлом разе, когда они были так близко. Или как ощущалось его тело, прижатое к ее. Или обо всем на горячих источниках. Ее щеки порозовели, она опустила голову.
Он кашлянул и крепко обвил ее руками.
— Идем, — сказал он, дыхание обжигало ее шею.
Она невольно поежилась, и они пропали. Тени окутали их. Керриган охнула. Но так же быстро они остановились, пошатнувшись, на другой стороне стены.
Две фигуры вышли из тени.
— Вовремя, — сказала Бентон с улыбкой.
— Боги, — сказала Керриган. Она выбежала из рук Фордхэма к близняшкам. Она не могла поверить, что они были тут. И мысль задрожала в ней. Они были тут. Они могли пострадать в перекрестном огне. — Что вы тут делаете?
— Нас взяли помочь с приготовлениями, — сказала Бентон.
Бейтон крепко обняла ее.
— В прошлый раз вы спасли мою жизнь.
— Не верится, что она угрожала убить тебя. Прости, что не смогла забрать тебя с собой.
— Мы теперь вышли, моя леди, — сказала Бентон. — Подозреваю, что из — за вас.
Фордхэм закончил воссоединение.
— Нужно шевелиться. Мы открыты.
Близняшки быстро сделали реверансы.
— Да, ваше высочество, — сказала Бейтон. — Сюда.
Керриган и Фордхэм пошли за девушками по темным коридорам Лэтбриджа. Керриган мало знала о городе, кроме того, что он был самым большим, помимо столицы Саяира. То, что Дом Теней захватил его за дни, ужасало.
Бентон и Бейтон остановились у большой деревянной двери и постучали дважды. Дверь открылась внутрь, перед ними появился Прескотт. Он поймал взгляд Керриган и улыбнулся шире.
— Ты не говорил, что приведешь мозги операции, — Прескотт притянул Керриган для объятий.
Она рассмеялась, а Фордхэм нахмурился.
— Давайте зайдем, — буркнул он.
Прескотт оставил руку на плечах Керриган, завел ее в комнату. Никто не понял бы тут, что город был охвачен войной. Все было роскошным, с подушками и толстыми коврами. Свечи горели, воск стекал по большим подсвечникам. Арбор лежала на диване, как щедрая богиня, а не узурпатор.
— Ты не сказал, что приведешь девушку, — сказала Арбор, пышные красные юбки опустились на пол.
— Планы изменились, — сказала Керриган. — Мне указали не давать ему совершать глупости. Так что я совершаю глупости с ним.
Фордхэм нахмурился сильнее.
— Это не глупости. Это необходимо.
— Да, Керриган, — Прескотт подмигнул. — Необходимо.
— Прес, оставь ее в покое, — сказала Арбор.
Он состроил гримасу сестре и прошел к столу, налил из графина красное вино.
— Тост за нашу победу? — спросил он, предлагая всем напитки.
Фордхэм и Керриган отказались. Ей нравились Арбор и Прескотт, но они были на другой стороне боя.
— Ладно. Сестра, — он передал бокал Арбор.
— Зачем ты провоцируешь?
— Это моя лучшая черта, — пошутил он и прислонился к столу.
— Вы сказали, что готовы послушать, — сказал Фордхэм кузенам.
— Так и есть, — сказала Арбор. — Если и ты готов.
— Нужно прекратить это, пока не стало хуже.
Арбор поднялась, и Керриган впервые увидела то, что пропустила в Доме Теней. Арбор не была забытым щенком, грустящим из — за кузена, у которого была вся власть. Она стремилась к власти.
— Пока не стало хуже? Как по мне, стать может только лучше. Стена пала, Фордхэм. Этого мы всегда хотели. Теперь мы можем покинуть гору и найти свое место.
— Завоевав ближайшие города? Убив всех внутри?
— Мы не убили всех, — сказала она с хищной улыбкой. — И я думала, что ты присоединишься к нам. Было бы проще свергнуть твоего гадкого отца, и ты занял бы законное место на троне.
— Правление меня не интересует, — сухо сказал он.
— И так не выйдет, — вмешалась Керриган. — Тут Общество. Вы не выстоите против нас.
Арбор окинула Керриган взглядом и отмахнулась.
— Что такое сорок драконов против десяти тысяч обученных воинов? Это не первая наша война. Мы знаем, против чего идем.
— Я так не думаю, — сказал Фордхэм. — Если сдадитесь сейчас, я смогу договориться об условиях лучше.
— Сдаться? — спросил Прескотт. — После того, как мы справедливо завоевали Лэтбридж? Это смешно.
— Вас всех убьют, — рявкнул Фордхэм. — Я пытаюсь поступить правильно. Если не послушаете, я найду того, кто послушает.
— Кого же? — спросила Арбор. — Своего отца? Он хотел этого боя дольше, чем мы жили. Думаешь, Винтер тебя послушает? Я была там в день, когда стена пала. С ней были ее прислужники, когда это случилось. Они думают, что она — пророчица, посланная богами, чтобы спасти нас.