— Это комната Винтер, — сказал Фордхэм. Глаза Керриган расширились. — Мы использовали эти коридоры, когда были младше. Но они кажутся нетронутыми.
Она согласилась. Паутина висела в темных коридорах, и она вступила во что — то, не хотела знать, во что. Воздух был затхлым. Несколько факелов, которые попались им по пути, не зажигали годами.
— Нужно поспешить. Она пьет чай с королевой в это время, но я не хочу попасться, если она вернется раньше. Ищи то, что кажется неправильным. Все, что может объяснить, зачем она собирает фейри.
Керриган кивнула. Ее мутило от волнения.
— Я готова.
Фордхэм нажал на кнопку, и дверь открылась. Керриган прошла в безупречную спальню Винтер. Огромная кровать с пологом была белой. На письменном столе все лежало на местах. Куда Керриган ни смотрела, она видела богатство и внимание к деталям. Дверь спальни была открыта, и она видела гостиную с мебелью из пекана и белоснежными подушками.
— Я начну в ее гостиной, — сказал Фордхэм. — Проверь ее спальню. И ничего не двигай.
Керриган кивнула. Она поспешила к письменному столу. Она запомнила, как все лежало, и стала проверять бумаги. У Винтер была личная бумага с выведенной W сверху. Буква была всюду — вышитая на платках и подушках, на восковой печати. Но она не нашла ничего странного на столе. Она проверила выдвижные ящики, порылась в них, открыла пару писем, прочла бессмысленные послания. Они лежали тут, словно она ожидала, что кто — то будет проверять ее вещи.
Она задвинула последний ящик, фыркнув, и прошла к шкафу. Он был огромным с десятками расшитых и украшенных камнями платьев всех оттенков белого, черного и красного. Она проверила карманы некоторых платьев, но на них не было ни волосинки, ни пылинки. Она вернулась к кровати, сунула ладонь под матрац, нашла только гусиные перья. Под кроватью ничего не было. Даже туфель.
Она прошла к дверному проему.
— Есть что — нибудь?
Фордхэм покачал головой.
— Нет, все не то.
— Словно место подстроено, и это не ее настоящая спальня.
Он нахмурился.
— Да. Боги, почему я не подумал об этом раньше?
— О чем?
Но он уже прошел мимо нее в шкаф.
— Эти покои у Винтер с детства. Я думал, что что — то в них не так, но я не был тут… не знаю, как долго, — он постучал по дверце шкафа, и звук был пустым. — Ее няня была в смежной комнате. В маленьком чулане. Таком маленьком, что там нельзя было жить.
— Дай угадаю… полуфейри?
Фордхэм кивнул, прижал ладонь к задней стенке шкафа, и они услышали щелчок. Дерево открылось внутрь, и стало видно темную комнату. Он разделил платья пополам, сдвинул, перешагнул ее обувь и прошел в комнату. Керриган пролезла следом, озираясь в месте, которое озарил Фордхэм.
Там был бардак. Бумаги были всюду. Винтер даже написала что — то неразборчивое на стенах. Груда одежды для маскарада лежала в углу, полка была забита старыми затхлыми книгами. Керриган взяла одну с полки, название было на древнем языке фейри — «Вор хест мас Бесремей, Равиния».
— Что это значит? — спросила Керриган.
Фордхэм хмурился, глядя на название.
— «История Изначальной горы, Равиния». Где она это взяла? — он проверил все названия. — Откуда все это? Многое должно было сгореть тысячи лет назад.
— Не знаю, — Керриган вернула книгу на полку к другим.
Он передал ей плотную карточку, которую поднял.
— Похоже, это ответ.
Керриган посмотрела на карточку.
— Она устраивает маскарад?
— «Маска Винтер», — сказал он, хмурясь. — Выглядит как эксклюзивная вечеринка, но это что — то другое. То, что объяснит все это, — он указал на стены. — Она исследовала стену и гору, пытаясь найти способ разрушить заклинание.
— Маскарад через неделю.
Он вздохнул.
— Ясное дело.
— У тебя есть маска? — Керриган убрала конверт в корсет. — Потому что она нам понадобится.