Мистер Томсон, зная все эти хитрости охотников, безразлично относился к ним. Не все ли равно: сейчас он заберет пушнину или несколько позднее? Важно, чтобы пушнина поступила до прихода шхуны.
Сегодня охотники решили торговать до конца: дух у Чарли хороший. Они толпились у прилавка, и каждый из них ждал своей очереди.
Но вдруг Айе поразил всех. Он молча стоял около своих десяти предметов и, вместо того чтобы складывать их в мешок, медлительно набивал трубки табаком с древесными крошками. Затянувшись, Айе поднял голову и сказал:
- Чарли, все, что ты положил здесь, мне не надо.
Охотники замерли.
- Ка-ак не надо? Тебе не нужен этот настоящий американский табак, в то время как ты куришь древесную дрянь?
- Ружье я хочу.
- Год дэм!* На ружье у тебя не хватает хвостов. За ружье надо по меньшей мере доложить песцовую шкурку, - возмутился мистер Томсон.
- Песцовую шкурку я принесу в другой раз.
- О, ноу, ноу!** У меня мало винчестеров осталось. Все ружья запроданы Алитету. Он повезет их в горы кочевникам-оленеводам.
_______________
* Американское ругательство.
** О нет, нет!
- Что поделаешь? - спокойно сказал Айе. - Обратно давай лисицу.
У мистера Томсона от неожиданности перехватило дыхание, и он, словно утратив дар речи, замолчал. Наконец он снял лисий малахай, обнажив на рыжей голове полянки-лысины, провел по ним красным носовым платком, снял очки и, протирая их, понизив голос, заговорил:
- Вы видели такого охотника? Где он научился такой торговле? Тебя кто-нибудь учил так торговать?
- Да.
- Кто же? - почти крикнул мистер Томсон.
Айе не ответил. Он стоял, нерешительно переминаясь с ноги на ногу.
- Что же ты молчишь?
- Чарли, - начал Айе, - ты знаешь нашего старика Каменвата? У него есть дочь Тыгрена. Она предназначена мне в жены. Поэтому я всегда советуюсь с этим стариком. Это он мне указал место, где водятся черно-бурые лисицы. Я уехал туда и шесть дней сторожил капкан. Шесть дней жил в снегу. И когда я был в отлучке, в нашем стойбище проездом ночевал один русский. Партизан звали его.
Мистер Томсон насторожился. Он знал из американских газет о русской революции, о том, что на Камчатке последние годы происходили частые смены правительств - то колчаковцев, то каппелевцев, о том, что в горах Камчатки действовали советские партизаны. И появление партизан на чукотском берегу его неприятно поразило.
- Этот Партизан (Айе считал, что это имя русского) всю ночь говорил с нашим стариком. Тыгрена тоже слушала эти новости. Она мне сказала, что русский говорил про новый закон жизни, про новый закон торговли. Так она передавала. И когда я сидел на нарте, собираясь поехать к тебе, она подбежала и сказала: "Айе, попробуй торговать так, как говорил Партизан! Проси за лисицу товар сам. Ружье проси". Вот так, Чарли...
- Ха-ха-ха! Женщина учит торговать мужчину! Постыдное дело! Смотрите на этого охотника!
- Тыгрена - сама хороший охотник, она понимает толк в ружьях и метко стреляет, - с гордостью ответил Айе.
- Хорошо, - зло усмехнувшись, сказал мистер Томсон, - возьми обратно свою лисицу. Мне интересно будет услышать новость, как эта шкурка сгниет у тебя в яранге, не оплаченная товарами.
И когда Чарли Красный Нос нагнулся за чернобуркой, Айе, улыбаясь, сказал:
- Не сгниет. Я повезу ее к Питу.
- К Питу Брюханову? - Мистер Томсон задержал чернобурку и гневно крикнул: - Безумный, ты совсем потерял рассудок! Да знаешь ли ты, тюленья голова, что мистер Пит живет за пятьсот миль отсюда?
- Ничего. Пусть потрачу двадцать дней на дорогу.
- Мне жаль твоих собачонок. И только поэтому я отдам тебе ружье.
Мистер Томсон достал новый винчестер калибра 25 на 20 и подал его Айе.
- Ружье хорошее, - сказал Айе, - но из него можно убить разве только нерпу. А ведь ты сам знаешь, Чарли, из какого ружья бьют моржей. Мне надо ружье тридцать на тридцать.
- Настоящий охотник не должен быть таким попрошайкой, как ты! сердито проворчал мистер Томсон и все же, боясь, как бы Айе действительно не поехал к русскому купцу, подал требуемое ружье.
Удовлетворенный охотник поставил винчестер около своего мешка и вытащил вторую чернобурку, лучшую, чем первая.
- Какомэй!* - воскликнули охотники.
Какой-то парень, изумленно тараща глаза, проговорил:
- Можно лопнуть от удивления!
- Ол райт!** Из тебя вышел славный охотник. Наверное, ты в дружбе с духами, что они не мешают тебе ловить таких отличных зверей?
_______________
* Выражение удивления.
** Хорошо!
- Да, это правда. Я всегда стараюсь ублаготворить духов, - ответил Айе.
Мистер Томсон, рассматривая лисицу, впервые за двадцать лет спросил:
- За эту что ты хочешь?
Охотники оцепенели. Случилось невероятное: Чарли Красный Нос спросил Айе, что ему надо. Это может быть или очень хорошо, или очень плохо. Разобраться в этом было трудно.
- Нас два человека безружейных, - сказал Айе. - Мы никогда не имели хороших ружей. Еще давай ружье. Для Тыгрены давай ружье.
- Год дэм санвабич!* Ты с ума сошел! Первое ружье осталось не до конца оплаченным, а ты хочешь еще одно. Ты хочешь навести на себя гнев духов?
_______________
* Американское ругательство.
Охотники насторожились. Поступок Айе действительно был достоин возмущения. Айе словно намеренно портил настроение Чарли Красному Носу, а ведь они еще не начинали торга. Ясно становилось всем, что дух Чарли основательно портится.
С криком "Алитет! Алитет!" вбежал мальчик.
Открылась дверь, и в магазин вошел сам Алитет в нарядной кухлянке из пестрых новых пыжиков.
- Алло, Алитет! - крикнул радостно мистер Томсон.
Алитет важно прошел мимо расступившихся охотников прямо к прилавку и неуклюже протянул руку мистеру Томсону. Встретившись взглядом с Айе, он насмешливо спросил:
- А ты зачем приехал сюда? Поглазеть, как торгуют охотники, и заодно выпить чашку чая у Чарли?
- О нет, он сам великий охотник! - сказал Чарли. - Смотри, какую черно-бурую лисицу я у него купил. Но это не все. Вот его вторая черно-бурая лисица.
У Алитета завистливо блеснули глаза.
- А почему никто из людей не знал, что ты добыл этих лисиц? испытующе спросил он.
- Теперь все знают, - ответил Айе. - Вот смотри и ты.
- В каком месте ты их поймал?
- В тундре.
- Тундра велика, как море.
Айе молчал. Он вспомнил рассказ Ваамчо, как Алитет залил керосином его приманку, и ему неприятно стало говорить с Алитетом об охотничьих делах.
- Молчишь! Может быть, ты их поймал в чужом капкане? - язвительно спросил Алитет.
Айе вспыхнул. Кровь прилила к лицу. Слишком велика обида. Что подумают о нем люди? Трудно было стерпеть, и Айе хотел было рассказать сейчас же о проделках Алитета, но ведь Ваамчо просил никому не говорить об этом. Сдерживая волнение, Айе все же сказал, намекая на недостойный настоящего охотника поступок Алитета:
- Этих лисиц, Алитет, я поймал у Трех Холмов. Знаешь, там, где вместе с приманками Ваамчо лежали и мои. Только свои я облил таньгинским светильным жиром. Правда, песцы убегают от этого вонючего запаха, а вот черно-бурые лисицы, должно быть, любят этот запах! Я совсем не знал этого!
Айе насмешливо смотрел на Алитета и ждал, что он скажет. Но Алитет отвернулся и, обращаясь к Чарли, буркнул:
- Пустой разговор вести - все равно что снег есть: не утолишь жажды. Чарли, с дороги я чаю хочу.
- Ол райт! - воскликнул Томсон. - Сейчас мы прекратим торг, я и сам хочу закусить.
Мистер Томсон еще раз скинул взглядом чернобурку и бросил ее в общую кучу мехов.
- Торговать подождем. Сейчас - все на улицу. Товары получишь потом, сказал он Айе.
- Может быть, и лисицу к себе положишь потом? - робко спросил Айе.
- Год дэм! - вспылил мистер Томсон. - Не правда ли, что голова этого парня мало чем отличается от головы тюленя? Он боится, что лисица останется без оплаты. Чарли ни у кого из вас не оставался в долгу. Наоборот, почти каждый из вас должен мне.