- Че теперь делать будем? - озадаченно спросил, почесывая затылок, водитель.
- Репу твою чесать! - зло сказал командир - прапорщик Куценко. - Ты куда смотрел, раззява?
- А че? Я-то че? Не видать же ни хера.
- Пешком пойдем, - сказал Куценко. - Тут идти-то хрен да ни хрена.
Четверо милиционеров пошли пешком.
- Бегом марш! - подхлестнул Куценко. Менты перешли на бег.
Каратель поднялся… Сунул левую руку в карман и достал гранату. Зубами вырвал кольцо… выплюнул… Показалось, что в доме кричит женщина, но он решил, что это обман слуха. Такой же, как звездный звон. Каратель сделал шаг, размахнулся и левой рукой метнул гранату в проем двери… Из проема ахнуло, выбросило наружу щепки, битое стекло и зеркало, облачко пыли.
Каратель достал последнюю гранату, вырвал зубами кольцо. Скривился от боли, пронзившей шею, голову, позвоночник… выплюнул кольцо вместе с крошкой зубной эмали и шагнул в дверь.
Он перебрался через изувеченное трюмо, наугад двинулся вперед. Из простреленной руки капала кровь, под ногами хрустело. Он сделал шаг, другой, явственно услышал всхлипывание и пошел на голос… В ушах еще шумело после взрывов, и голос вполне мог оказаться галлюцинацией.
Каратель пересек холл и остановился перед лестницей. На ступенях лицом вниз лежало сильно иссеченное осколками тело. Оно еще шевелилось. Каратель перешагнул через Смирнова и пошел наверх. Он уже не очень хорошо понимал, что делает… Он знал только, что обязан довести до конца операцию "Караван".
Ступенька… ступенька… еще ступенька… и еще. Дверь. Золотая, изогнутая ручка… всхлипывание женщины. Слабый свет из-за двери.
Каратель ударил ногой, и дверь распахнулась.
…дверь распахнулась. Из полумрака в спальню шагнул человек - страшный, окровавленный. Жанна пронзительно закричала…
Дверь распахнулась. Каратель шагнул в спальню, слабо освещенную маленьким светильником у прикроватной тумбы. Посредине стоял высокий мужчина в халате, с пистолетом в руке. Каратель видел его только на фото, но сразу узнал… Они стояли друг напротив друга и смотрели друг другу в глаза. Было очень тихо.
Пронзительно закричала Жанна. Стрельцов очнулся, сделал шаг назад и начал поднимать пистолет.
Каратель улыбнулся, сделал два неожиданно быстрых шага вперед и ударил левой рукой с зажатой в ней гранатой по правой руке Стрельцова. "Беретта" выскользнула из руки советника, но и "фенька" выпала из руки карателя.
Жанна вскочила, оттолкнула мужчин и выбежала из спальни.
Четверо запыхавшихся милиционеров были метрах в двухстах от "объекта № 4", когда раздался взрыв… Они остановились.
- Кажись, граната, - сказал Куценко.
- Она и есть, - подтвердил Старостин. Он трижды был в Чечне, насмотрелся и наслушался. - Она и есть, сука такая… Это что ж там за война? Сперва - стрельба, теперь - гранаты…
- Пошли, - сказал Куценко строго. Четверо двинулись вперед, настроение было паршивым… Они внимательно вслушивались, но ни взрывов, ни выстрелов больше не было.
Дорога сделала поворот, четверо ментов увидели впереди кирпичную стену и слабое свечение над ней… выключили фонари.
- Че делать будем? - спросил водитель. Никто не успел ничего ответить - распахнулась калитка возле ворот и из нее выбежала… обнаженная женщина.
Жанну успокаивали, но толку от этого было мало. Она показывала рукой на дом и твердила: там! там!
- Что там? - спрашивал Куценко, но она твердила одно:
- Там! Там! Всех убили!
- Ясно, - сказал Куценко таким тоном, что стало понятно: ничего ему не понятно. Он повернулся к Старостину и спросил: - Ну, чего делать-то будем, Саня? Может, подмогу вызовем?
Старостин был самый опытный и толковый из всей четверки. Он подумал несколько секунд и сказал:
- Я схожу, посмотрю… может, там и нет уже никого. Ты оставайся с бабой, а щеглы пусть контролируют периметр снаружи…
- Каску возьми, - предложил Куценко. Старостин ответил:
- Каску-шмаску-пидораску… туфта все это, Вовец. Тут как карта ляжет. - Старостин сделал несколько шагов к воротам, снял с плеча автомат, а потом обернулся и сказал: - А вы, щеглы, клювом там не щелкайте. Не у тещи на блинах. Чуть что - на поражение! Ясно?
- Ясно, - хором ответили "щеглы". Им стало не по себе.
- Тогда - вперед. Позиции занимаете по углам по диагонали.
Водителю достался северный и западный участок стены. Водителя звали Влад Бобриков, ему было двадцать четыре. Совсем недавно Влад женился, и жена ходила уже с животом. Бобриков поставил АКСУ на автоматический огонь и двинулся вдоль стены… было страшновато.
Он прошел метров пятьдесят и ощутил явственный запах гари. Остановился, принюхался… подумал: доложить или нет? - и решил, что докладывать-то не о чем… Влад прошел еще двадцать метров и вдруг увидел, что впереди в стене светится щель. Он остановился. Вспомнил, что здесь в стене есть калитка.
Он подошел чуть ближе, намереваясь заглянуть в щель, но калитка вдруг открылась сама. Влад замер, прижался к стене. Из калитки вышел человек.
Секунду или две человек стоял, привалившись к стене. Потом оттолкнулся и медленно пошел прочь. Его покачивало, как пьяного. Водитель отпрянул, сглотнул сухой комок в горле.
- Стой! - скомандовал Влад. - Стой, милиция! Человек шел, как будто не слышал команды.
- Стой! Стрелять буду!
Человек продолжал идти. Бобриков поднял автомат… Он отлично помнил слова опытного Сашки Старостина: вы, щеглы, клювом не щелкайте… чуть что - на поражение!
А человек шел как зомби… как слепой.
- Стоять, сука! Завалю! - закричал Влад истерично. Человек шел. Влад задрал ствол вверх и дал короткую очередь. Только после этого человек остановился и начал медленно поворачиваться.
- Руки подними! - скомандовал Влад и снова направил ствол на преступника… Тот поворачивался, но рук не поднимал.
- Руки!
Не поднимая рук, человек обернулся. Свет из распахнутой калитки упал на его лицо, и Влад увидел, что человек улыбается… От этой улыбки веяло жутью. Он покачнулся, и Влад вдруг подумал, что сейчас зомби ринется на него.
- Лечь на землю! - закричал Бобриков и тут же отдал другую, прямо противоположную команду: - Стоять!