Кейн был высоким чернокожим чуваком с мускулами. Для тех, кто его не знает, он представлял собой того самого качка, но на самом деле он был одним из самых занудных и умных парней, которых я знал. Иногда он был немного психопатом - не проявлял особых эмоций и проводил время за чтением книг о философии или на играх, но я мог честно сказать, что он был одним из моих (если не единственным) самых близких друзей.
Ему также было наплевать на своих товарищей по команде, за исключением, может быть, его лучшего друга Лахлана, что облегчало дружбу с ним. Иногда я сомневался, что ему вообще нравится быть в команде или играть в футбол. Кейн никогда не рассказывал о своей жизни, но он был прекрасным слушателем. Он также не относился ко мне как к безнадежному дерьму и действительно помогал мне учиться время от времени, когда занятий с Дани было недостаточно.
И он был любезен, чтобы не задавать вопросов, когда я спросил его, могу ли я одолжить его куртку. Она казалась тяжелой на моих плечах, пока я смотрел на здание передо мной.
Я сглотнул.
Почему я чувствовал себя девственником, который впервые попробует киску? Я был далеко не девственником, но не могу отметить то, что так нравиться это ощущение новизны, головокружения, которое охватывало меня всякий раз, когда я думал о Дани.
Я: Да, блядь, котенок. Прямо сейчас захожу внутрь (прим. Захожу/кончаю. С англ. Come - идти, кончить и тд.).
Я взбежал по ступенькам, ведущим к входу в библиотеку, и едва успел войти в двери, как мой телефон снова завибрировал.
Котенок: Не сегодня. Но, может быть, в другой раз...
Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что она имела в виду, но когда я понял, удивленный смешок вырвался из меня. Черт, мне нравилась эта девушка.
Библиотекарша, стоявшая у входа, шикнула на меня, и я озорно улыбнулся, прежде чем пойти к проходам. Если бы она знала, что мы собираемся сделать прямо сейчас... она бы не только свирепо смотрела на меня.
По моей спине пробежали мурашки, и я прикусил внутреннюю сторону щеки, чтобы удержать глупую улыбку. Это было захватывающе, вызывающе... черт, это было даже немного страшно. Мне нравилось это, нравилось, насколько спонтанным и в то же время безопасным это казалось.
Сунув телефон в карман, я начал искать ее в проходах, некоторые люди задерживались, разглядывая книжные полки, но ее нигде не было видно. Дойдя почти до конца библиотеки, я наконец заметил ее, и все мое тело замерло.
Она тянулась на цыпочках, чтобы взять книгу на самой верхней полке, и от этого движения ее маленькая клетчатая юбка задралась, едва скрывая ее задницу. Мысль о том, были ли на ней трусики, заставила мой член затвердеть, и мне пришлось сделать глубокий вдох и привести себя в порядок, прежде чем незаметно подойти к ней.
Из-за ее школьного наряда было трудно даже вспомнить свои реплики, но я протиснулся вперед, не желая разочаровывать ее. Я хотел, чтобы она была довольна мной. Даже гордилась мной. Хотел, чтобы ей захотелось сделать это снова и не пожалела о своем решении, когда выбрала меня.
Как только я оказался прямо за ней, я почувствовал, как она напряглась. Она знала, что я рядом.
— Что-то ищешь, малышка? — Я дышал ей в шею.
Она вздрогнула, опустилась на ноги и повернулась. Она была такой миниатюрной. Мне нравилось, что из-за разницы в росте ей приходилось смотреть на меня снизу вверх. Ее большие карие глаза были широко раскрыты, изображая удивление. Я был так очарован ею, той легкостью, с которой она вжилась в образ, что на мгновение забыл, что мы играем.
— Привет, Леви.
Мы решили впредь пользоваться своими именами. Тот первый раз в ее комнате в общежитии был невероятным, но я хотел, чтобы она выкрикнула мое имя, когда я заставлю ее кончить. А не имя какого-то случайного вымышленного парня.
— Вовремя я тебя нашел. В отличие от тебя, у меня есть своя жизнь, и я не хочу проводить весь свой обеденный перерыв в библиотеке. — Я вздохнул, притворяясь раздраженным.
Дани покраснела и отвернулась, крепко прижимая к груди книгу, которую только что схватила.
— П-прости. Я ждала тебя там, где ты мне сказал, но через десять минут я подумала, что ты уже не придешь.
Я закатил глаза.
— Тренер хотел поговорить со мной, поэтому я и опоздал. Ты знаешь, что у меня нет выбора, я вынужден заниматься с тобой, если я хочу остаться в команде.
Она мягко кивнула, все еще глядя вниз.
Мы решили использовать этот сценарий для нашей сцены первой встречи, потому что он не так далеко отходил от реальной. Единственное, мой персонаж был настоящим засранцем и немного хулиганом. Персонаж Дани была паинькой, слишком милой для своего собственного блага.
— Ну что? Мы будем проводить наше занятие здесь или мы может пойдем уже в комнату для преподов, которую ты заняла для меня? — Честно говоря, было странно говорить с ней с таким презрением. Господи, это было бы странно говорить так с кем угодно, но с Дани особенно, потому что наши отношения всегда были легкими.
— Конечно. — тихо ответила она. Она кивнула головой и повернулась направо к комнате для репетиторов, которую я забронировал вчера вечером.
Я специально выбрал самую уединенную, в ней не было окон, и она находилась рядом с кладовкой уборщика. Никто никогда не пользовался ею из-за желтого света и обветшавшей краски на стенах. Наверное, это была единственная комната в библиотеке, которая не была отремонтирована, и хотя в большинстве дней я старался держаться от нее подальше, сегодня она была идеальна для нас. Никто не придет нас беспокоить, скорее всего, никто даже не услышит нас. Я надеяюсь.
Я позволил Дани войти первой, чтобы еще раз взглянуть на ее ноги. Школьная юбка была настолько короткой, что большая часть ее бедер выглядывала наружу. Я был уверен, что она не была такой короткой, когда она выходила из общежития, но она, кажется, приподняла ее, когда пришла в библиотеку. Непослушная Дани.
Оно плотно облегало ее талию и, честно говоря, оставляло очень мало места для воображения, что мне нравилось. Я умирал от желания задрать материал еще выше, чтобы увидеть ее круглую маленькую попку.
Мой член пульсировал в штанах, когда идея внезапно забралась в мой мозг.
Закрыв за нами дверь, я повернулся к Дани и выбил книги у нее из рук. Она ахнула и посмотрела на меня большими круглыми глазами. Этого не было в сценарии, который она прислала мне вчера вечером, но она сказала, что мы можем что-то добавить и действовать так, как посчитаем нужным.
— Упс. — Я ухмыльнулся. — Похоже, тебе стоит быть осторожнее. Подними их.
Что-то блеснуло в ее глазах, когда приказ слетел с моих губ, и она прикусила губу, чтобы не улыбнуться. Я плюхнулся на стул и проводил ее взглядом до тех пор, пока она не решила повернуться и согнуться в талии, чтобы понять свои книги.
Ее маленькая юбочка задралась, и я почувствовал, как у меня перехватило дыхание при виде ее голых гребаных ягодиц, смотрящих на меня в ответ, и влажной маленькой киски, выглядывающей между ними.
Дерьмо. На ней не было трусиков. О, блядь.
Маленькая шлюшка оставалась нагнутой гораздо больше времени, чем требовалось, чтобы поднять две книги, устраивая мне шоу и заставляя мое сердце биться быстрее.
Когда она убедилась, что достаточно довела меня до безумия, Дани выпрямилась и села на стул рядом с моим. Я наблюдал за ней как ястреб, запоминая каждую черту лица, каждую ямочку, каждую родинку на ее прекрасном лице. На ее розовых пухлых губах были следы укусов, потому что у нее была плохая привычка жевать их, когда она нервничала - как сейчас.
Подсознательно мой большой палец надавил на ее нижнюю губу и потянул ее вниз, освобождая ее от зубов. Карие глаза встретились с моими, когда она посмотрела на меня. Даниэлла тоже завелась. Конечно, похоже, что моя реакция возбудила ее до предела.
— Не кусай губу — приказал я, и она повиновалась. Блядь.
Я никогда раньше не увлекался игрой во власть. Для меня секс был просто развлечением, своего рода отдушиной. Мне всегда говорили, что у меня от природы доминирующая личность, но я никогда не отдавал реальных приказов в спальне. Я просто направлял своих партнеров.
Эта сцена, однако, заставила меня полюбить эту доминирующую сторону меня.
— Прости.
Я хотел только одного - схватить ее прекрасное лицо и поцеловать ее до потери сознания. Она начала открывать свои книги, указывая на что-то в них, и читая некоторые отрывки вслух, но я не обращал внимания. Мои глаза были устремлены на нее, затуманенные желанием, когда я представлял, как нагибаю ее над этим столом и поглощаю ее на обед. Прошло несколько дней с тех пор, как я ощущал ее вкус на своем языке, и я уже скучал по нему.
— Леви? Ты меня слушаешь? — Я вынырнул из своих мыслей и увидел, что она смотрит на меня, нахмурив брови.
— Не совсем, я слишком занят, пытаясь представить, как будут выглядеть твои губы, обхватывающие мой член.
Она ахнула, глаза расширились от шока. Черт, эта маленькая распутница умела играть. Я подумал, не увлекалась ли она актерством в старших классах. Она выглядела именно такой.
— Ч-что... почему ты так говоришь? — Она уставилась на стол, не решаясь поднять на меня глаза. — Это неуместно.
Я хихикнул.
— Ты никогда не делала этого раньше, не так ли? — Я наклонился к ней, пока мои губы не коснулись ее уха.— Скажи мне, Даниэлла, ты девственница?
Ее щеки приобрели красивый розовый оттенок, и я был поражен тем, насколько сильно она смогла вжиться в образ. Я обхватил ее лицо и заставил посмотреть на меня.
— Я задал тебе вопрос, не так ли?
— Да.
— Что да?
— Да, я девственница.
— Конечно. — размышлял я, откидывая прядь волос с ее лица. — Такая хорошая девушка, как ты, вероятно, ждет замужества, не так ли?— Она кивнула, ее глаза все еще смотрели в мои. — Тебе нравится быть хорошей девочкой, Даниэлла? — Она посмотрела вниз, сглотнула, прежде чем снова нерешительно кивнуть головой.