Хелот тихонько вздохнул, вспомнив свои благие намерения. Робин как будто прочитал его мысли, потому что сказал:
– Вот и увидишь скоро свой Ноттингам. Заодно поймешь, что не имело смысла так туда рваться.
– Нашего брата, – сообщил Джон, – возят туда с единственной целью – повесить.
– Ну, с сыном вдовы этот номер у них не пройдет, – заявил Робин. – Поехали к дому, ребята, по дороге обсудим.
– По-моему, все просто, – сказал Джон, разворачивая лошадь. Надо устроить у подножия виселицы небольшую, но смачную потасовку... – Его глаза мечтательно затуманились.
Робин тронул коня и сделал Хелоту знак следовать за ним. Забавляясь, Хелот покосился на Локсли. Сейчас в этой светловолосой голове складывается какой-то хитроумный план. С такой энергией можно было бы завоевать Иерусалим, а он тратит столько сил на освобождение безвестного крестьянского паренька, имевшего неосторожность подстрелить королевского зайца.
Малютка Джон почти дружелюбно толкнул его в бок.
– Эй, Хелот, о чем задумался?
Хелот не ответил.
Робин остановил коня, соскочил на землю, и оба стрелка последовали его примеру. Локсли свернул с дороги в лес.
– А кони? – спросил Хелот.
Джон радостно облапил его за плечи:
– Дурачок, кони сами найдут дорогу домой.
Хелот с неудовольствием высвободился из непрошеных объятий. «Ну тебя к черту, – подумал он. – Ведь повесил бы несчастного Тома Бушби, если бы Робин не подоспел вовремя».
Робин остановился возле лесной хижины, где хранилось разнообразное платье, оружие и, как выражался отец Тук, «галантерея».
– Я вот что надумал, братцы, – заговорил Робин. – Один из нас должен отправиться в город, разведать, что и как. Дело это опасное...
– О чем речь, Робин? – загремел Джон. – Я пошел.
– Стой! – крикнул Локсли, хватая его за рукав.
Джон ужасно разобиделся и покраснел под огненной бородой так, что, казалось, еще немного – и от его волос повалит дым.
– Как знаешь, Робин. Кроме меня все равно идти некому. По-твоему, от этого, – он кивнул в сторону Хелота – будет хоть какой-то толк?
– Не знаю. Хелот, ты был хоть раз в бою?
– Был, – отозвался Хелот. – Неоднократно. Одно сражение даже выиграл.
Локсли насмешливо сузил глаза, а Джон загоготал на весь лес.
– Могуч как лев! – заливался верзила. – Что бы делали без тебя победоносные армии крестоносцев?
Хелот прикусил губу.
– Не обижайся, – сказал Робин. – Просто ты забавно выразился. У нас в Англии так не говорят. Переоденешься торговцем. А еще лучше – рыцарем. Хотя... не знаю. Ты сможешь изобразить рыцаря?
– Могу, – сказал Хелот.
– Я тоже могу, – встрял Малютка Джон. – Ты-то можешь, да кто тебе поверит? – возразил Робин. – Не говоря уж о том, что твою рожу видела половина ноттингамских богачей, ты погляди на свои руки. Хелот, по крайней мере, не изнурял себя ни пахотой, ни косьбой. Кстати, Хелот, чем ты себя изнурял? Может, признаешься наконец?
– Мыслями, – сказал Хелот.
– Все-таки ты беглый монах, – с сожалением заметил Робин. – Грустно, но факт. Иди, подбирай себе одежду... твое преосвященство.
Хелот скрылся в хижине. Пока он возился, перерывая содержимое доброго десятка сундуков и сундучищ, два стрелка ждали, сидя на упавшей березе.
– А какой он, сын вдовы? – спросил Джон. – Ты знаешь эту семью?
– Знаю, – ответил Робин. – Обыкновенный парнишка. – По голосу было слышно, что он улыбается. – Его зовут Робин. Пятнадцать или четырнадцать лет. И глаза синие, как будто в черепе просверлили две дырки в погожий день.
– Ну ты скажешь, – заметил Джон и вдруг вскочил и невольно схватился за нож.
Из хижины вышел подтянутый воин в очень дорогой одежде. На руке кольцо с редким изумрудом чистой воды, на груди цепь из белого золота. Черно-красное одеяние поверх кольчуги, плащ тамплиера, из-под которого топорщится меч-бастард.
Рыцарь остановился, бросил на онемевших стрелков надменный взор.
– Мужичье! – процедил он и вдруг заорал: – Встать!
Локсли вскочил как ужаленный.
Рыцарь расхохотался. Он смеялся до слез, до боли в животе.
– Я тебя убью! – крикнул Локсли. Он бросился на Хелота с кулаками, но тот встретил его таким жалобным стоном сквозь слезы, что даже Локсли растерялся.
– Сейчас умру! – стонал Хелот. – Ведь вскочил, надо же! Вот что значит воспитание... дай я тебя поцелую, Локсли!
– Да отстань ты! – рассердился Робин и вдруг фыркнул: – Здорово он нас, а, Джон? Где ты научился этим манерам, Хелот?
– А тебя кто приучил вставать при виде знатного сеньора, Робин?
– Врасплох ты нас застал, – принялся оправдываться Робин. Хелот еще не видел его таким смущенным.
Хелот вытер слезы. Локсли тихонько свистнул, и неожиданно поблизости раздалось нежное ржание. К избушке выбежал из леса вороной конь.
– Шериф, – ласково позвал Робин и погладил коня по шее.
– Вот, прошу. Шериф – не лошадь, а любимое дитя Эпоны. Береги его, пожалуйста. Заодно узнаешь, каково кататься на шерифе...
Коня оседлали. Хелот забрался в высокое рыцарское седло и направился к славному городу Ноттингаму...
Город был хорошо виден с холма. Северные его ворота, посвященные святому Дунстану, были открыты. Летом часы длиннее, чем зимой, поэтому можно было особо не торопиться. Впереди целый день.
Впервые за свою жизнь Хелот был хорошо вооружен и красиво одет. Он подумал о том, что ему это, пожалуй, нравится. Надо будет побеседовать со святым Сульпицием об умерщвлении плоти. Вдруг святой что-нибудь дельное присоветует?
Когда Хелот подъезжал к воротам святого Дунстана, до захода солнца оставалось совсем немного. Конь зацокал по мощеному внутреннему дворику башни, и вскоре всадник оказался на узкой улочке, круто поднимающейся наверх. Хелот шагом ехал по вечернему городу. Сворачивая из улицы в улицу, он вскоре оказался на ратушной площади города Ноттингама. Огляделся: ратуша, церковь во имя встречи Марии и Елизаветы, несколько лавок, трактир «Казни египетские». Наискось от трактира на площади был сколочен помост. Посреди площади колодец, над ним ажурная башенка и статуя Роланда с мечом.
Хелот спешился и подошел к тяжелой деревянной двери трактира. Судя по воплям, жизнь била там ключом. Хелот открыл дверь и тут же увернулся от пущенной в его голову кружки. Грянувший было хохот смолк, когда мрачные черные глаза обвели багровые лица подгулявших ноттингамцев. В полной тишине, грохоча оружием, Хелот сделал несколько шагов и подозвал хозяина, согнув палец.