Пока она переводила дыхание, Аса направила чувство и уловила, как умерла еще одна пара клинков на другом конце деревни. Коджи невозможно было остановить. Их штурм прошел лучше, чем они могли себе представить.
Но становилось все труднее. Остальные защитники поняли, что их тактика не работала. Тот, кто командовал, собрал их в центре деревни, на той же небольшой поляне, где Аса была вынуждена убить Дайки и Аяно.
Собравшись, Мари, Джун, Аса и другие клинки подошли к деревне. Каждая группа шла в стороне от других, пытаясь атаковать центр с разных сторон. Они двигались медленно, стараясь не попасть в ловушки. Было трудно бороться с импульсом к броску теперь, когда кровь кипела в телах, знакомый прилив энергии от боя. Теперь они превосходили своих противников численностью, и все, что Аса хотела сделать, это пробраться в гущу битвы и покончить с ней. Глядя на своих товарищей, она знала, что они чувствовали то же самое. Тем не менее, их дисциплина сохранялась.
До встречи двух сторон Коджи ворвался в центр Края Реки, как стихия. Хотя он был в меньшинстве семь к одному, он не возражал. Зная, как он сражался с несколькими противниками раньше, Аса поняла, что все еще недооценивала его мастерство.
Он был быстрым. Его меч был едва заметен, и даже обладая чувством, Аса едва могла уследить за Коджи. Против семи он все еще мог проиграть, но его товарищи были достаточно близко, чтобы воспользоваться преимуществом от его прибытия.
Битва была ожесточенной. Клинки-разбойники, казалось, знали, что им не будет пощады, и сражались с непоколебимой яростью. Без Коджи битва могла бы сложиться иначе. Но он был силой, которую невозможно было сдержать. Его меч был повсюду, сверкал в лучах раннего утреннего солнца.
Аса оказалась в битве один на один с разбойником. Ее противник уже был ранен и двигался не так быстро, но вкладывал все силы в атаки. Аса увернулась, но не смогла ответить, поскольку враг нанес ей слабый удар. Она продолжала отступать, вынужденная отбить следующий удар противника.
Она остановила атаку немного позже, чем хотела. Сила, вложенная в атаку, оттолкнула ее меч в сторону, оставив ее полностью уязвимой. Казалось, время замедлилось. Она увидела блеск удовлетворения в глазах врага.
Момент длился всего несколько секунд, но поток эмоций, который чувствовала Аса, заставил его казаться целой жизнью. Гнев быстро сменился отчаянием. Гнев из-за того, что она была недостаточно сильна, чтобы что-то изменить.
Клинок Коджи, казалось, появился из ниоткуда, из уголка поля зрения Асы. Его меч пронзил шею ее соперника, атака казалась Асе невозможной. Коджи посмотрел на нее с презрением, а затем исчез, пятно смерти на поле битвы.
Бой закончился через мгновения. Исход был понятен, но Асу удивил их успех. Один из их отряда получил глубокий порез, но Джун и другой клинок дня уже исцеляли рану. Остальные получили лишь несколько царапин. Она не могла в это поверить.
Причина была очевидна, все ее понимали. Коджи показал талант, какой никто не представлял. Аса все еще была в шоке. А она когда-то билась с ним один на один. Тихие поздравления звучали вокруг, но все обходили Коджи, боялись союзника с такой силой.
Аса выдохнула, поняв, что задерживала дыхание.
В ту ночь Мари и ее воины приняли решение разбить лагерь за пределами деревни. После битвы они устроили надлежащую церемонию телам разбойников, но все же никто не хотел проводить ночь в домах Края Реки.
Их костер горел ярко, деревенские дрова давали товарищам больше тепла, чем они получали за несколько дней. Несмотря на победу, настроение у костра было мрачным. Правосудие удовлетворило клинки, но не принесло им радости. Каждый предпочел бы избежать убийства своих братьев и сестер.
Для Асы пустота была особенно глубокой, вновь открылась та же пустота, которую она чувствовала после того, как свершилась ее личная месть.
Она не могла не думать, что все было бессмысленно. Она всю жизнь пыталась найти и убить человека, убившего ее отца и разрушившего ее семью. Это было сделано, но покоя она не чувствовала. Она отомстила за смерть пары, которая приняла ее в своем доме, и все еще не чувствовала себя лучше.
Ее мысли были сосредоточены на прошлом, и Аса становилась все более разочарованной. Воспоминания о том, как меч Коджи спас ее, крутились без конца. А потом сцены в ее голове изменились. Она увидела, как Джуро умирал от руки Коджи. Она увидела свой меч, когда она забирала жизни тех, кто дал ей убежище.
Пока играли воспоминания, она скрипела зубами, гнев нарастал. Она ненавидела быть той, кого нужно было спасать, ненавидела невозможность сделать больше.
У Коджи таких проблем не было. После битвы, которую он выиграл почти в одиночку, он бросился на очистку деревни и помощь в утилизации тел. Никто не сделал больше, чтобы выиграть бой, и никто не сделал больше, чтобы убрать после этого. Благоговение и страх, которые проявляли другие клинки, постепенно превратились в уважение. Джун по-прежнему был голосом отряда, а Мари была лидером, но Коджи стал сердцем, роль, которую он легко принял.
У Асы таких убеждений не было. Она согласилась вступить в группу для атаки на Край Реки, но потому что хотела отомстить. Теперь она не знала, что делать дальше.
Ее мысли прервал Коджи, севший рядом с ней с искренней тревогой на лице. Он заговорил тихо, чтобы их разговор не подслушали:
— Ты в порядке?
Она ответила неубедительной улыбкой.
— Нет.
Коджи не ответил, дал ей шанс объясниться, если она хотела. Она попыталась подытожить свои мысли.
— Коджи, после всего, что мы сделали здесь сегодня, я все еще не чувствую себя лучше. Нет радости от того, что мы сделали, даже от выполненной задачи. Часть меня рада, что мы принесли справедливость жителям, но они ушли к Великому Циклу, и я не уверена, что им это небезразлично. Что будет дальше?
Последовало долгое молчание, Коджи обдумывал ответ. Это напомнило Асе об их первой встрече, когда она подумала, что, возможно, он был глуп. Теперь, как и раньше, она осознала, насколько ошибочным могло быть это впечатление.
— Не знаю, как ты, Аса, но я не борюсь за мертвых. Я борюсь за живых.
Это простое заявление потрясло Асу до глубины души. Ее жизнь промелькнула перед глазами: день, когда она узнала о смерти своего отца, ее тренировка в качестве клинка ночи, ее вечера без сна от мыслей о лице убийцы ее отца. Могла ли жизнь быть такой простой?
Как бы ни была смущена Аса, она не смогла прийти к выводу, так как Мари подошла и села рядом с ними.
Она была прямой и точной:
— Я не знаю, что вы двое хотели делать дальше, но от имени всех присутствующих здесь я с удовольствием приглашаю вас присоединиться к нам.
Аса взглянула на леди. Мари двигалась грациозно и уверенно, не выказывая ни малейшего колебания, которое было у нее накануне вечером. Глядя на нее, Аса не могла сказать, что Мари только что участвовала в жестоком сражении. Но как бы она отреагировала, если бы узнала, что мужчина, рядом с которым она сидела, убил ее брата, лорда ее дома, а женщина рядом с ним не смогла защитить его? Сможет ли она по-прежнему выглядеть властно, как сейчас?
Аса отбросила эту мысль. Ей нужно было перестать жить прошлым и думать о настоящем.
— Куда вы пойдете?
Голос Мари был увереннее, чем Аса ожидала.
— Мы пойдем на юг и запад. У меня обширная сеть теней, и там я могу получить больше информации. Я планирую продолжить путешествие по Королевству, пытаясь помочь, чем могу. С клинками дня и ночи мы можем как лечить, так и применять силу. Я надеюсь сделать больше первого, но если второе необходимо, пусть так и будет.
Асе уже нравилась Мари, но решимость в ее голосе была лишь спусковым крючком, необходимым ей для принятия собственного решения.
Коджи ответил первым:
— Я буду рад присоединиться к вам.
Мари кивнула. Если она была лидером, как предполагала Аса, ответ Коджи не стал сюрпризом.
Ответ Асы был столь же уверенным:
— Я не испытываю ничего, кроме уважения к тому, что вы делаете, леди Мари, но сейчас я не могу присоединиться к вам.
Единственной реакцией Мари была приподнятая бровь.
Аса почувствовала необходимость объясниться.
— Вы мало знаете обо мне, миледи, но большую часть жизни мною двигала месть. Не так давно я совершила эту месть, но она не принесла мне покоя. Она только заставила меня усомниться в том, кто я. В Краю Реки я впервые почувствовала удовлетворение, о котором давно не вспоминала. Я не знаю, кто я без мести, и пока я не решу это, я скорее помеха, чем помощница. Я вынуждена с уважением отклонить предложение, хотя надеюсь, что приглашение останется в силе, и я смогу присоединиться к вам позже.
Мари кивнула.
— Я не буду делать вид, что понимаю твои доводы, но да, предложение останется открытым. Мы всегда будем рады видеть тебя.
С этими словами Мари встала и оставила двоих наедине.
Коджи посмотрел на Асу.
— Я удивлен. Я думал, ты точно присоединишься. Хочешь, чтобы я присоединился к тебе?
Аса почувствовала искреннюю благодарность к Коджи в этот миг. Возможно, он не понимал ее, но Аса осознавала важность вопроса и глубину содержащихся в нем чувств. Она печально покачала головой.
— Хотя мне не нравится твоя компания, я считаю, что для тебя будет лучше, если ты продолжишь работу с Мари. Она идет по тому же пути, по которому ты хочешь идти, и я бы не хотела, чтобы это у тебя отняли. Знай, что я найду тебя, если и когда смогу.
Коджи не обрадовал ответ, но он принял это.
— Куда ты пойдешь?
Аса улыбнулась от глупости своего решения.
— Мне нужно проведать друга.