Глава 2

2007

По прошествии семи лет все, наконец, закончилось. От «нас» не осталось ничего.

Захлопнув белую дверь нашей уютной трехкомнатной квартиры в коттедже на две семьи, я прошла по идеально мягкой дорожке, которую мы подремонтировали всего шесть недель назад, и открыла дверь моей голубой «Хонды». Пристегнув нашу сонную десятимесячную малышку к сиденью, я тихонько захлопнула дверь как раз в тот момент, когда Питер со злостью вышвырнул пакеты с моими вещами на лужайку перед домом. Один из них порвался, и я увидела, как детские нагрудники и бутылочки для кормления Грейс разлетелись по газону. Стараясь не злиться, я спокойно принялась собирать их. Не позволю ему вывести меня из себя! Я успела пригнуться, когда следующий пакет пролетел рядом с моей головой. Демонстративно игнорируя и это, я продолжила путь к порвавшемуся пакету.

— Я никогда не прощу тебя, — орал он мне. — Никогда!

— Не простишь меня за что? — пробормотала я остановившись, чтобы поднять любимую бутылочку-мишку Грейс. — За то, что мне хватило смелости закончить эти фальшивые отношения?! Я хочу, чтобы у нашей дочери была счастливая жизнь, чтобы ее не воспитывали люди, ненавидящие друг друга. Я хочу…

Его смех оборвал меня.

— Ты сама не знаешь, чего хочешь! Наслаждайся одиноким материнством, долбаная пустышка! Ты — идиотка, Кэт! Но опять-таки, ты всегда ею была. Я понял это еще тогда, когда встретил тебя.

Буквально захлебываясь собственным ядом, он глумился надо мной, заставив меня отшатнуться. Я смотрела на него и не узнавала того мужчину, которого полюбила когда-то, — того обаятельного блондина, с которым мы повстречались на концерте White Stripes. Он позаботился обо мне, когда я, выпив лишнего, потеряла из виду друзей. Мужчину, который каждый день посылал мне цветы, пока я не согласилась пойти на свидание с ним. Мужчину, который однажды признался мне, что я стала для него целым миром. Этого мужчины больше не было.

Мне нужно было уходить. Не обращая внимания на оставшиеся разбросанные по лужайке вещи, я схватила последний пакет и села в машину. Едва я отъехала, Грейс громко заплакала. И я заревела вместе с ней.

— Но он был очень мокрым. ПОЧЕМУ ОН БЫЛ ТАКИМ МОКРЫМ?

Хелен плотнее прикрыла дверь кухни и нахмурилась, Грейс уже уснула, а мой рассказ звучал слишком громко и эмоционально. Адам, ее муж, с усмешкой фыркнул и положил еще кусочек сахара в мой кофе.

— Может это был просто пот? — усмехнулся он. — Слышал в офисе, что он часто потеет, но это никогда не бросалось так явно в глаза… Хотя, похоже, стоит обратить внимание на прозвище, которым его наградили наши сотрудницы.

— Какое?

— Э…

— Ну же, говори!

— Они прозвали его «потным Колином».

Я заметила, как Хелен подавила смешок, сидя за столом из клена, сделанным для них на заказ, и аккуратно поставила свою кружку на желтую подставку. Я бы тоже посмеялась, если бы не была так раздражена.

— Черт возьми, становится только хуже. Ты меня знаешь целых восемь лет, Адам. С чего ты взял, что я хочу ходить на свидания с такими типами, как Колин? Неужели я похожа на женщину, которая способна увлечься мужчиной, покрытым постоянно стекающими каплями пота и цитирующим Шекспира?

Хелен решила вмешаться, одновременно подкладывая мне еще один кусочек морковного пирога.

— У нас нет никаких мыслей по поводу твоего типа мужчин, Кэт.

Я откусила от пирога и дальше продолжила говорить с набитым ртом, просто чтобы позлить ее.

— Питер! Питер был моим типом.

Россыпь мелких крошек от пирога вывалилась из моего рта прямо на стол, рядом с ее кружкой. Она смерила меня таким взглядом, будто бы я высморкалась в ее рыжие волосы.

— Питер? После всего, что он натворил? Я презираю этого мужчину. Кстати, нам нужно поговорить о нем…

— О, нет. Я не имела в виду лично его, но ты же понимаешь, что по физическим характеристикам он — мой типаж. Высокий блондин. Спортивный. Прекрасен в тесных штанах. Запомни это на будущее. Ладно, забей. Не будет никакого следующего раза. Я готова доверить вам обоим свою жизнь, но не поиск бойфренда для меня. Никогда больше! Вы больше не в деле!

Я видела красноречивый взгляд Хелен, обращенный на Адама и ясно говоривший: «Ага, когда рак на горе свистнет».

Я тут же сменила тему.

— Могу я оставить у вас Грейс на ночь?

Хелен кивнула.

— Она сама хотела остаться. Мы не рассчитывали увидеть тебя раньше завтрашнего утра. Иди и хорошо проведи этот вечер. Я приведу ее после завтрака. Кстати, твой кот тоже здесь.

— Вот так сюрприз, — я закатила глаза. — Хорошо. Если он здесь, значит сегодня некому будет прятаться под кроватью, чтобы сцапать мои босые ноги. Клянусь, этот кот ненавидит меня. Вообще-то он ненавидит всех, кроме Грейс. Ее же он просто обожает.

— Мы все ее обожаем, — улыбнулась Хелен. — Она просто прелесть.

Грейс тоже очень любила Хелен и Адама, поэтому мне не стоило так ворчать на них. Они постоянно мне помогают, но иногда я хочу, чтобы моя милая квартирка не располагалась прямо через холл от их квартиры. Хелен вечно перемещается из одной квартиры в другую, когда ей заблагорассудится, неся всякий вздор и отвлекая меня от работы. Но когда бы мне ни потребовалось присмотреть за Грейс, она всегда оказывалась рядом, и я очень благодарна ей за эту помощь. Питер скорее бы засунул свой член в блендер, чем помог мне присмотреть за ребенком.

Я поставила кружку в раковину и пожелала им доброй ночи. Было только без пятнадцати десять, но я уже запланировала длительный прием ванны, джин с тоником и фильм Хичкока. Перед уходом я заглянула в комнату, где спала Грейс. Звуки ее мерного дыхания несколько успокоили меня и смягчили впечатление от неприятного свидания. В полумраке я увидела Хайзенберга, свернувшегося в белый клубочек рядом с головой моей малышки, охраняя ее, как делает это каждый вечер. Я осторожно подвинула его, и он грозно заурчал, на что я тут же рыкнула в ответ: «Закрой свою пушистую пасть». Убрав белоснежные кудри с лица Грейс, я прикоснулась к ее щечке легким поцелуем и вдохнула ее запах. Она удивительно вкусно пахла. Я не могла устоять и еще раз глубоко вдохнула. Малышка зашевелилась.

— Мам, ну хватит. Я чувствую, как ты дышишь мне в ухо.

— Прости, Грейс-милое личико. Я всего лишь хотела пожелать тебе спокойной ночи. Увидимся завтра.

— Хорошо, мам. Мы будем печь блинчики на завтрак!

— Это здорово! Ну, засыпай.

— У меня будут блинчики с джемом.

— Спокойной ночи, Грейс.

— Если бы ты могла стать медведем, то каким бы медведем ты хотела быть?

— Полярным. А теперь пора спать.

— Спокойной ночи, мама. Кстати, дядя Адам пукнул в зале, и это ужасно пахло.

— Спи уже, — засмеялась я и повернулась, чтобы уйти.

Она захихикала и снова притянула меня к себе в объятия, затем обняла своего медвежонка и уснула в считанные секунды. Я закрыла дверь, ругнулась, увидев кота, уставившегося на меня в темноте, и направилась к себе, радуясь, что остаток вечера принадлежит мне одной. Открыв дверь квартиры, я вошла внутрь… конечно же, преследуемая Хелен.

— Нам надо поговорить, — прошептала она, подталкивая меня в гостиную.

— Что Адам сделал на этот раз? — спросила я, скидывая свое любимое зеленое пальто на стул. — Речь о том, что он пукнул?

Хелен нахмурилась.

— Речь не об Адаме. Речь о Питере.

— О, Боже мой! Да я просто хотела отвязаться от тебя, сказав, что он мой тип.

— У тебя точно больше нет к нему чувств?

— Абсолютно! Он отец Грейс, на этом все! О чувствах нет и речи.

— Я очень надеюсь на это, потому что он женится.

Я уставилась на нее, не веря своим ушам.

— Что? Какого хрена?! Откуда ты знаешь? — Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица, а губы задрожали. Боже, я сейчас расплачусь.

— Мелани с работы дружит с Эммой. Она написала мне пару часов назад.

Я присела на подлокотник дивана и пожала плечами. Мне придется пережить это. В конце концов, Эмма, подружка Питера, хорошая женщина, и несмотря на ее внешность гота, она добра к Грейс.

— Что ж, они достаточно долго вместе. Думаю, это был всего лишь вопрос времени. Интересно, когда он сообщит об этом мне, будет наслаждаться каждым моментом, не так ли?!

— Конечно, будет. Знаешь, я удивлена, что ты говоришь об этом так спокойно. Помню, как сильно ты была раздавлена, когда попросила его жениться на тебе, а он отказал.

— Спасибо, что лишний раз напомнила.

— Ладно, не нервничай. Послушай, тебе действительно пофиг?

— Да, мне все равно, — соврала я.

Хелен, скорее всего, догадалась, что это неправда, но по крайней мере, сегодня вечером не заставила меня признать обратное.

Она поцеловала меня в лоб и произнесла:

— Отлично. Увидимся завтра. Выше нос!

— О, он у меня на высоте с тех пор, как я ушла от него. На такой высоте…

Никто из нас не знал, куда меня заведет все это. Но она улыбнулась и вышла из комнаты, оставив меня повторять слово «нос» снова и снова.

Через пару минут придя к выводу, что стоять посреди гостиной, рассматривая стену, не лучшее времяпрепровождение, я решила принять ванну и разделась. Обнаженная я прошла в комнату Грейс и взяла ее заячий iPod, надеясь, что несколько песен Регины Спектор помогут все расставить по своим местам. Я нырнула в теплую мыльную воду и закрыла глаза, разрешая музыке наполнить меня всю.

К моменту, когда «Самсон» закончилась, мне хотелось утопиться. Он не только собирался жениться, но ему еще хотелось втереть мое одинокое лицо во все это.

К одиннадцати часам, натянув пижаму панды, которую Грейс подарила мне на Рождество, я выбрала фильм и налила себе «Бейлис» со льдом. Я продефилировала обратно в гостиную с напитком в одной руке, другой рукой одергивая пижаму, которая надоедливо впивалась между ягодиц. Плюхнувшись на диван, я включила Netflix как раз в тот момент, когда зазвонил телефон.

Неизвестный номер. Ненавижу это.

— Алло?

— Это я. Как все прошло?

— Керри? Почему твой номер скрыт? Я не хотела отвечать.