Глава 21
Капитан Климов, пособник фальшивомонетчиков
Сегодня было нечётное число, и Ксанфа работала во вторую смену. Поэтому я не слишком удивился, когда столкнулся с ней, выходя из дома.
— Ну, привет, партнёр! — сказала она, поднимаясь со скамейки. — Идёшь просить прощения за оставленный в комнате бардак, и выбивать ключи на следующий раз? Правильное решение! Я с тобой. Не зря же ты меня вызвал!
— Да ничего я никого не звал! — попробовал было возразить я. — У меня просто дело...
— Ну да, не звал! — фыркнула она. — А с кем это ты во сне в бассейне плескался? И потом, под зонтиками, на пляже, чем мы занимались?
— А ты что, и сны подсматривать умеешь? — опешил я. — Ну, тогда мне точно кранты. А что будет, если я с кем-то другим во сне...
— Если другим, то ещё ладно, — разрешила она. — Но если с другой, да ещё и меня не позовешь в тройничок, то убью. Жестокой и мучительной смертью. Потом, правда, оживлю, скорее всего. Но убью это точно. Так куда мы идём? В ту самую квартиру?
— Ага, — вздохнул я. — А тебе точно со мной нужно?
— Ну, если с мамой ты меня не знакомишь, то познакомь хоть с дядей, — притворно вздохнула она. — А вдруг твой дядя подпольный миллионер? Тогда я тебя брошу, и пойду его трахать.
— Вот прямо так? А как же наш договор?
— Да не переживай ты так! Если дядя старый, я его быстро затрахаю до смерти. Только он сперва перепишет на меня завещание. И я вернусь к тебе, с богатым приданным. Хорошо я придумала?
— Неплохо. Только нет у него миллионов, ни одного. Зато есть жена, сын и дочка. Живут с ним вместе. Они его у тебя отобьют, а я внесу в протокол «смерть от многочисленных повреждений, не совместимых с жизнью». А мне тебя жалко. Кого я во снах видеть буду?
— Ну, ладно. Оставлю тебе дядю. А друг его, у которого квартира?
— Маркович? Тебе его отчество ни о чем не говорит? Ну да, залезть ты на него сможешь. Крепкий дедок, раз тридцать подтягивается, больше меня. Но это конь ещё тот, где сядешь, там и слезешь. Там кто кого заездит, ещё вопрос!
— Хм, а ты умеешь девушку заинтриговать! Пошли к твоему коню. За хвост подергаем!
Вот так, с шутками и прибаутками, мы пришли к нужной квартире. После звонка в дверь, за ней послышался какой-то шум, а потом как будто шлепки босых ног.
— Кто там? — спросил строгий голос.
— Семен Маркович, это Игорь Климов, племянник Николая, — ответил я, чуть удивлённо. Раньше мне открывали, просто поглядев в глазок.
— Минутку, — прозвучал голос, и шаги удалились от двери.
— Он что, ванну принимает? — Прошептала мне на ухо Ксанфа.
— Сейчас узнаем, — сквозь зубы проговорил я.
Наконец, внутри хлопнула какая-то дверь. Опять послышались шаркающие шаги. Входной замок щелкнул, открываясь.
За дверью стояли оба старикана. В спортивных костюмах и тапочках.
— Ба, кто к нам пришёл! — Преувеличенно радостно воскликнул дядя Коля. — Герой любовник!
— И Героиня любовница, — влезла в разговор моя спутница, протягиваю руку. — Здравствуйте, Ксанфа.
— Эээ, Николай Петрович, — чуть промедлив, осторожно пожал протянутую руку дядя Коля.
— Семен Маркович.
Этот, вместо того, чтобы пожать руку даме, взял её за кончики пальцев и поднес к губам.
— По какому поводу имеем честь? — поинтересовался он.
— Ой, вы такой галантный кавалер, — почти натурально застеснялась Ксанфа. — Мне Игорь так про Вас по дороге и рассказывал. Мол, такой обходительный, энергичный, сильный мужчина...
— Да, это он может, — подтвердил дядя Коля. — С детства врать умел виртуозно. Я смотрю, и пару себе такую же подобрал. Ну, проходите, коль пришли. А к тебе, племяничек, у Марковича особое дело будет. Даже два, если осилишь.
И стариканы как-то загадочно переглянулись.
— Ну, рассказывай. Чем там дело с горе-рекетирами закончилось? — спросил дядя Коля, когда мы уселись в кухне за столиком вытащенным по такому поводу на средину.
При этом я автоматически обратил внимание, что на столе стоят три стакана со следами пива. Один Маркович сразу убрал в мойку, выставив на стол чистый. Достал из холодильника бутылку пива и вопросительного глянул на Ксанфу. Та кивнула.
— Тебе не наливаем, — проворчал он. — Ты на службе. Давай, рассказывай, а мы с дамой выпьем. За знакомство.
— А чего там рассказывать, — вздохнул я. — Отпустили мы их. Адвокат уж больно шустрый попался. Поговорил со следаком, написали всем троим «мелкое хулиганство» и отправили домой. На поруки.
— Некоему депутату, небось?
— Ага.
— Понятно. А теперь давай подробности.
— Ну вот, — попытался возмутиться я. — Как пива налить, так «на службе». А как раскрыть тайны следствия, так «мы же родственники»?
— А что за рекетиры? Почему не знаю? — заинтересовалась Ксанфа, подставляя опустевший стакан.
— Да эти два престарелых терминатора вчера вечером повязали банду рекетиров, вооружённых холодным оружием, — пояснил я, подходя к раковине и ополаскивая стоящий там стакан. Боялся, что на нем окажутся следы губной помады. Но, к своему облегчению, не обнаружил таковых. Кого же они прячут в «нашей» комнате?
— Настоящих рекетиров? — ужаснулась Ксанфа. — вдвоём троих, да ещё и вооружённых?
— Ага, — подтвердил я, наливая пиво в вымытый стакан. — Да ещё и заручившихся поддержкой оборотней в погонах из патрульной службы и коррумпированного депутата. В общем, боевиков мафии.
— Да ты гонишь! — не поверила наша «героиня-любовница» . — Шо, взаправду?
— Могу протоколы дать почитать, — подтвердил я. — Век моря не видать!
— А чего тогда отпустили?
— Давай угадаю, — хохотнул дядя Коля. — К утру примчался тот самый депутат? Борис свет Александрович? Ака Барон?
— Он самый. Вот только следак к тому времени допросы уже провёл, и под протокол оформил. А рекетир нынче пошел хлипкий, не то, что раньше, когда вода мокрее была, а трава зеленее. В общем, только Ефимыч наш на бандюков слегка надавил, те и раскололись до самой задницы. И поперло из них дерьмо фонтаном. Кто заказал, где подошёл, сколько предложил...
— И что заказчик приказал сделать?
— Слегка попугать, немножко настучать по морде владельцу, забрать из сейфа все деньги. Работников не трогать, особенно девку. По сценарию, хозяин мастерской должен был побеждать к заказчику. Тот бы, типа, «отыскал» и «наказал» напавших. Вернул «отнятые» бабки. И обеспечил мастерской крышу, за 10 или 15 процентов оборота. В общем, и правда, мелкое хулиганство. Но тут появились бравые охранники гаражей и все пошло по пи... В общем, вкривь и вкось. А потом и прикупленный патруль обосра... Сел в лужу.
— Ну, и как, разрулили?
— Да все как обычно. Следак довел до Барона, что доказуха железная, есть показания подозреваемых и вещдоки, они готовы описать «неизвестного мужчину на крутой тачке» художнику, по фотороботу того найдут и впаяют, как организатору банды. По полной. Пятнадцать лет расстрела через повешенье, с конфискацией. Ибо бандитизм и в составе группы.
— И? — с хитринкой в голосе спросил Николай.
— Тут, как положено, появился «общественный адвокат». И начал втирать, что мальчики не виноваты, ребята смирные, со справкой и отличными характеристиками из лечебницы и школы для детей с задержкой развития. И в итоге недееспособны, ибо за свои действия не отвечают. Так что максимум «мелкое хулиганство». А вот тому гаду, который их на это хулиганство подбил...
— Так чем закончилось?
— Барон перетер с адвокатом, и выкупил славных ребят. За восемь тонн баксов. Три адвокату, пять следаку. Тот на радостях мне штуку зелени отслюнил. Вещдоки пропали, показания потерялись, все довольны. Да там, и правда, толковый адвокат бы дело развалил, а судьи тоже кушать хотят. Да ещё и сытнее, чем простые менты. Так что пусть деньги достанутся честным ментам, а не продажным судьям. Правильно я рассуждаю, дядь Коль? Кстати, половина ваша, мне чужого не нужно!
— Себе оставь, — небрежно махнул рукой Маркович. — Тебе, вон, ещё девушку в ночной клуб вести. Не крохоборничай там, девушка, вроде, хорошая.
— Дорогой, — тут же прильнула ко мне Ксанфа, — Если тебя мучит вопрос, куда девать лишнюю тысячу долларов, я тебе с удовольствием помогу!
— Но как же... — пробормотал я, держа в руках пять бумажек с портретами. — Но это же вы...
— Считай это платой за консультацию, — заявил Маркович. — К тебе вопрос, как к профессионалу. Конфиденциальный. Нужно сделать документы одному иностранцу. Желательно, настоящие. Или очень на них похожие. Взамен похищенных.
— Эй, дядя Коля, вы тут что, решили организовать международную террористическую ячейку? Так это без меня!
— Не торопись, — почему-то усмехнулся дядя Коля. — Ещё сам в эту ячейку проститься будешь. Ну, так как, узнаешь, где такое делают?
— Иностранцу или иностранке? — вдруг спросила Ксанфа.
— А есть разница?
— Если иностранке, то я сделаю. За сто баксов, через неделю. Нужны фотки, выходные данные и привести оригинал, в смысле, тело. За двести — только фотки, фио, дата и страна рождения. И никого приводить не нужно.
Старики переглянулись, и Маркович вытащил из кошелька две бумажки. А ещё пару фото на паспорт и написанный от руки листок.
— Держи.
— Так, стоп! — накрыл я ладонью фото и деньги. — Как представитель закона, требую объяснений. Иначе никто никуда не пойдёт. Первое: Ксанфа, что за мастерская у тебя делает документы?
— Да какая мастерская! — возмутилась Ксанфа. — Официальная контора, бюро эмиграции, или как его там правильно. При нашей общаге есть филиал. Там есть милейшая тётя Роза. Делает всем девкам, независимо от цвета жопы, чётко законные документы. Со всеми печатями и подписями. Можно бесплатно, но бегать по инстанциям замучишься. А можно чуть упростить и ускорить.
— Ладно, тут понятно. Обыкновенная коррупция. Теперь второй вопрос: что за интуристка, откуда взялась, почему на вас вышла? И почему без документов?
— Родственница моя, — буркнул Маркович. — Или ты не веришь, что у меня могут быть родственники за границей?