— Но ещё останутся мечи.
— Они увязнут в десятитысячном войске. На каждый меч — шестьдесят индейских воинов. Они голыми руками возьмут вас, задавят количеством. Отвечая жестокостью на жестокость, я разрешила им использовать сок манганилового дерева. Знаете, что это за сок? Это яд, который, попадая в кровь, довольно быстро убивает. Так что раненых в вашем отряде не будет.
— Если принять на веру то, что вы мне сейчас сказали, я сделаю вот что. Я возьму детей в кольцо и буду продвигаться к своим кораблям, при малейшей попытке к атаке убивая по одному пленному.
— Я же сказала вам, что до кораблей вы не дойдете, а если и окажетесь, то рядом с обугленными остовами.
Командор взбеленился.
— Но какие же тогда, к чертовой матери, переговоры?! Это замкнутый круг, который, если не разрубить, постоянно приводит в одну и ту же точку. Чего ради вы пришли? Чтобы я заточил вас вместе с остальными пленниками?
Джулия равнодушно пожала плечами.
— Вы можете делать все что угодно.
— Опять! Не слишком ли вы уверены в себе?
— Как только я уйду отсюда…
— Никуда вы не уйдете! — Командор снова оказался на ногах.
— Я повторяю: как только я уйду отсюда, ваши товарищи потребуют от вас объяснений — кто я такая, почему и зачем приходила. Вам придется дать им объяснения, и вот тут начнется паника. Кроме вас, наверное, золота всем достаточно, и вас просто-напросто задвинут под лавку. Я подозреваю, что золото они ни за что не оставят, но поторопиться убраться отсюда захотят многие. Ваше иррегулярное войско подвергнется дезорганизации, расколется, начнется хаос, и вы будете бессильны что-либо изменить. Созывайте совет, твердо сказала Джулия.
Она неторопливо развязала парчовую ленту — двусмысленный элемент своей прически и тряхнула головой — волосы красиво легли на плечи. Огни горящих по стенам светильников матово отразились в каждом волоске.
— Ничего не выйдет, уважаемая донья. Я лично вот сейчас убью вас и никаких объяснений никому давать не буду. Я представляю единовластие, что уже доказывал одному твердолобому вроде вас. Но вы куда упрямее!
Джулия молчала, глядя на темные окна. Дон Иларио тоже посмотрел в ту сторону.
Глава XI
Лори, чертыхаясь, орудовала неудобной лопатой, у которой предварительно укоротила черенок; но все равно это было мучением. Фундамент под стеной был шире самой стены, а грунт изобиловал камнями всевозможной величины. Она углубилась сантиметров на сорок, а основание фундамента ещё не показалось.
— Все, тайм-аут.
Она со стоном выпрямилась, протягивая лопату Паоле.
Та, едва спустившись, тихо подала голос:
— Есть! Можно копать под стену.
Лори приблизила губы к уху Тепосо:
— Она потом скажет, что сама докопалась под фундамент.
— Нет, это ты. Я видел! — Он стукнул себя кулаком в грудь.
— Тихо! — зашипела Лори, прищурившись на темную стену.
Там, на площадке, распластавшись за небольшим уступом в полторы ладони высотой, вела наблюдение Фей. У самого угла городской стены — точно на северо-восток, находился ещё один пост, где устроилась Дороти. Сара взяла под контроль южную сторону.
Все было тихо, Фей спокойно продолжала наблюдение.
Тепосо тоже перешел на шепот.
— Я могу подтвердить это, — сказал он.
— Хорошо, тренер, ты отличный малый, но это не так уж и важно.
— Для меня важно. Ты всегда все делаешь лучше всех. И сейчас тоже. Я возьму тебя в жены, — решил он.
Лори опешила. Она даже забыла улыбнуться.
— Что ты сделаешь?!
— Возьму тебя в жены, — настойчиво повторил он. — Ты будешь женой вождя.
— Спасибо, конечно. Но мне надо подумать.
Наверное, это было единственное, что могла ответить Лори. Да и место, надо сказать, было подходящее, не говоря о времени.
В данный момент они вели саперные работы, подводя мину под стену города. А затем, когда грохнет взрыв и в городе начнется переполох и неразбериха, они будут выводить детей из подземелья.
Но, видимо, Тепосо считал жриц достаточно могущественными. К тому же он знал, точнее, помнил слова предостережения, что дети будут спасены. Свой вопрос он считал тоже немаловажным, поэтому нахмурился.
— Думай.
— Не заводись, тренер, сначала нужно дело сделать. Потом поговорим, ладно?
— Ладно.
Лори покачала головой, как-то по-новому смотря на Тепосо. "Мальчишка еще. Сколько ему — 18? 19?" — подумала она, забывая о том, что выглядит сейчас едва ли не моложе его.
— Лори, дай кинжал, — попросила Паола, протягивая наверх руку. Булыжник, зараза, попался, никак не выковырну.
— Успеем? — спросила Лори.
— Обязаны успеть, — кряхтя, отозвалась Паола. — Все, поддался наконец. — Она встала, разминая спину. — Сейчас сделаю ответвление на полметра и для бочонка чуть-чуть подкопаю. Пока ты ходишь за Дороти, у меня все будет готово.
— Так мне идти?
— Да. And take your fiance.[47]
— Что она сказала? — спросил Тепосо, подозрительно глядя на улыбающуюся Паолу.
— Сказала, чтобы мы шли вместе. Ты идешь со мной?
Тепосо взял её за руку.
— Я всегда буду с тобой.
— Глупый, — покачала она головой и чмокнула его в щеку.
Дороти ещё раз проверила воздушные отводы для направления силы взрывной волны — не скатился ли камень, не осыпался ли сверху грунт. Было два ответвления от основного канала, где установили бочонок с порохом. Засунув руки в оба канала, Дороти встретила свои пальцы: порядок. Утоптав площадку вырытой ямы, она кинжалом сделала на ней спиралевидную нарезку и аккуратно стала сыпать порох в образовавшуюся канавку спирали, упиравшуюся в бочонок.
— Готово. — Она выбралась наружу и отряхнула руки. — Будет гореть ровно минуту. Спорим, Тепосо, что на воздух взлетит ровно пять метров стены?
— Не вздумай, — одернула его Лори. — Проспоришь.
— Внимание! — подала сигнал Фей. — Начали.
Ей очень хорошо было видно в окне дворца Джулию и Хуана де Иларио. И так же отчетливо она увидела условный сигнал к началу операции.
— Ты смотри, уложились секунда в секунду! Давай, Тепосо.
Вождь быстро достал две сухие дощечки, круглую палочку с обугленными концами, мох в пакете из сухого листа и бечевку. Перехлестнув палку бечевкой, он вставил один её конец в углубление одной дощечки и прикрыл сверху второй, прижав её ногой. Лори слегка придавила мох к основанию этого сооружения для добывания огня, помогая Тепосо. Тот сделал несколько быстрых движений руками, держа бечевку в натяг. Своеобразный редуктор заработал, придавая палке довольно большие обороты.
Дыма видно не было, и мох вспыхнул как-то неожиданно.
Лори придавила большим пальцем кнопку воображаемого секундомера, останавливая бег невидимой стрелки.
— Сорок секунд. Режим ошпаренной кошки. Молодец, Тепосо!
Дороти подожгла сухую ветку, переложила её в левую руку и перекрестилась.
Порох, шипя, огненной змейкой потянулся по спирали, потихоньку добираясь до бочонка.
А Лори, Тепосо и Дороти мчались вдоль стены к заваленному камнями ходу подземелья. Их быстро нагнали Фей и Паола.
… Дети не теряли надежды. Хотя увели Аницу и не приходит больше тот высокий солдат. Но они стали более беспокойными, даже подчас нетерпеливыми. И когда очередной раз открывалась плита, впуская в подземелье слабый, рассеянный свет, сердца вытворяли в груди что-то непонятное. Здесь было и радостное ожидание посланника Дилы, и страх перед злым воином, отнявшим у них подругу, и то, что они снова увидят Аницу живой и невредимой; а может, сама Дила появится в светлом проходе и укажет им твердой рукой путь на свободу. За всем этим снова пропал аппетит, не хотелось больше видеть старого солдата, который готовил им пищу.
Когда же явится Дила, когда даст знать о себе, о скором освобождении? Каждый представлял это по-своему.
47
Прихвати с собой жениха (англ).