Голос принадлежал человеку явно молодому, авторитарному и уверенному в себе. Он высказал всего лишь предположение, но по тому, как это было сделано, не вызывало сомнений, что по существу речь шла о приказе.
Кейт был уверен, что голос принадлежал Допеллю, самому великому Допеллю, в которого Бетти Хэдли, его Бетти Хэдли, была столь безумно влюблена. То был блистательный Допелль, фактический правитель этого мира… за исключением той его части, где засели арктуриане.
«— Хорошо, — ответил Мекки. — Пусть его доставят на борт адмиральского флагмана».
В герметичную дверь глухо постучали. Кейт побыстрее освободился от ремней, пристегивавших его к пилотскому креслу.
— Минуточку, — крикнул он. — Сейчас одену комбинезон.
Как и следовало ожидать, тот оказался под сиденьем. Для тесной кабины комбинезон был несколько громоздок, но Кейт достаточно быстро справился с ним. Все в этом скафандре застегивалось на молнии на вид самые, что ни на есть ординарные, но по тому, как стали глохнуть внешние звуки, Кейт понял, что космическая одежда обеспечивала полнейшую изоляцию от внешних условий.
Шлем автоматически соединился с воротничком. На груди виднелась коробочка — должно быть, респиратор. Кейт включил его, прежде чем закрыть прозрачное забрало каски.
Облачившись в комбинезон, он нажал на клапан постепенной разгерметизации кабины. Едва прекратился свист вытекавшего воздуха, он открыл дверь.
В его «Старовер» вплыл человек в более сложном и тяжелом, чем у него, скафандре. Не говоря ни слова, он сел в кресло пилота и начал колдовать над приборами. Несколько секунд спустя он показал Кейту на дверь. Тот кивнул в знак того, что понял, и открыл её.
Его кораблик почти прижался к борту громадного звездолета. Настолько плотно, что Кейт даже приблизительно не смог бы определить размеров гиганта.
В корпусе флагмана открылся шлюз величиной с комнату. Кейт вошел вовнутрь, и дверь за ним тут же бесшумно задвинулась. В столь могучем корабле, понятно, и должен был существовать специальный входной шлюз — не то, что в его малютке Эрлинге, где проще было выпустить весь воздух из кабины.
Раздался свист нагнетаемой в шлюзовую камеры дыхательной смети. Затем открылся вход во внутренние помещения корабля.
Недалеко от порога стоял, дружелюбно улыбаясь Кейту, высокий молодой человек, писаный красавец, с черными сверкавшими очами и вьющимися волосами антрацитового цвета.
Никаких сомнений: тог был Допелль.
Он не смахивал на Эррола Флинна, но выглядел куда более соблазнительным, чем тот. Кейт напрасно пытался убедить себя, что ему следовало бы ненавидеть этого человека. Нет, он сразу же почувствовал к нему скорее симпатию.
Допелль двинулся навстречу Кейту и помог ему освободиться от шлема.
— Меня зовут Допелль, — произнес он. — А вы — уинтон или Уинстон, о котором мне рассказывал Мекки. Снимайте ваш скафандр.
Непринужденный тон, которым все это было сказано, не мог скрыть проскальзывавших в нем ноток обеспокоенности.
— Наше нынешнее положение действительно незавидное. Надеюсь, вы правы, утверждая, что, возможно, располагается какими-то знаниями, которые могли бы оказаться нам полезными. В противном случае…
Кейт освободился от комбинезона и зыркнул по сторонам. Он находился, вероятно, в главном зале этого исполинского звездолета. Помещение было не менее тридцати метров в длину при десяти-двенадцати в ширину. В нем теснилось довольно много народу, особенно в глубине, где, по всем признакам, размещалась лаборатория.
Взгляд Кейта вернулся к Допеллю, но тут же скакнул вверх, поскольку над головой героя парил Мекки — металлическая сфера, представлявшая собой электронный мозг. Он-то и заговорил.
«— Не исключено, что вы попали в точку, Кейт Уинтон. Зондируя ваш мозг, визу, что там хранятся сведения об одном приборе — в вашей Вселенной его называют потенциометр. Его изобрел некий Бартон и, похоже, он как-то был связан с ракетой, посланной на Луну. Прибором такого рода мы не располагаем. Известны ли вам детали его конструкции, монтажный план? не надо говорить вслух. Просто думайте. Так будет быстрее, поскольку время нас поджимает… Постарайтесь вспомнить… Так, убеждаюсь, что вы видели его чертеж и формулу… уравнение. Вы даже не отдаете себе в этом отчета — все зафиксировало подсознание. Думаю, что эти сведения можно извлечь, подвергнув вас гипнозу. Вы согласны?
— Само собой разумеется, — воскликнул Кейт. — А каково сейчас положение дел?
— Ситуация выглядит следующим образом, — вместо Мекки ответил Допелль. — арки должны напасть в самом скором времени. Мы не знаем, когда точно, но это — вопрос часов. Известно, что у них появился новый вид оружия. Мы пока не в состоянии противостоять ему… кое-какие сведения о нем получены от взятого в плен арка, но он не знал многих важных деталей. Речь идет о каком-то уникальном звездолете в единственном экземпляре, над которым они работали несколько лет. С одной стороны, это не так уж и плохо: если мы сможем уничтожить этот корабль, нам не составит труда затем атаковать весь их флот и положить конец войне. Но…
— Но что? — настаивал Кейт. — Вы, получается, безоружны перед одним-единственным кораблем?
— Вопрос не в количестве и даже не в размерах. — Допелль сделал досадливый жест, — … хотя, надо признать, что этот звездолет поистине чудовищен по своим размерам. В длину — три тысячи метров, в десять раз крупнее самого большого корабля, который когда-либо пытались построить. Но дело не в этом… У него броня, с которой не может справиться ни одно известное нам оружие. Мы можем хоть целый день забрасывать его атомными бомбами — у него даже царапины не появится…
Кейт покачал головой.
— У нас такое тоже случалось… в фантастических журналах. Я как раз один из них и издавал.
Лицо Допелля внезапно озарилось.
— В молодости я зачитывался ими, — признался он. — Просто обожал этот жанр литературы. Теперь, конечно…
Кейт вздрогнул.
Где-то он уже видел этого человека… и не так давно. Нет, то была не личная встреча, а фотография. Молодого парня, намного моложе и неизмеримо менее привлекательного, но очень похожего…
«Джо Доппельберг!» — вспыхнуло в мозгу Кейта. Пораженный этой мыслью, он даже рот раскрыл.
— Что? — На лице Допелля читалось недоумение. — что вы хотите этим сказать?
Кейт закрыл рот. Он буквально впился взглядом в Допелля.
— Я вас знаю, — наконец выдавил он из себя. — По крайней мере, начинаю понимать, что произошло. Появилась зацепка. Вы — Джо Доппельберг… скорее даже Доппельбенгер[8] Доппельберга.
— Кто он такой, этот Доппельберг?
— Любитель фантастики… там, откуда я прибыл, — пролепетал Кейт. — Вы похожи на него… и вы — то, чем он хотел бы стать! Естественно, постарше, в тысячу раз привлекательнее, обворожительнее, умнее… Вы — именно то, Кем он мечтал бы стать. Вы… одним словом, он писал мне длиннющие письма в «Почту звездоплавателей», называя меня «Дежурный астронавтом» и заявляя, что не любит обложек наших журналов, потому что изображенные на них монстры недостаточно устрашают…
Он замолчал.
— Мекки! — Допелль нахмурился. — Этот человек — не более, чем свихнувшийся тип. Никакой нам пользы от него не будет. Ему впору надевать смирительную рубашку.
— Нет, — ответил механический голос. — Он не из числа тех, кто тронулся. Он, разумеется, ошибается, но находится вполне в здравом уме. Я слежу за ходом его мыслей и понимаю, почему он считает правдой то, что только что изложил вам… это не так уж и алогично, просто он впал в заблуждение. И я могу кое-что взять от него. Я почти уже вижу этот прибор, не хватает лишь плана монтажа и ключевой формулы. И этот аспект проблемы надо ставить превыше всего, иначе никому из нас не выжить.
Мекки подлетел поближе и застыл над головой Кейта Уинтона.
— Пойдемте, чужестранец из другой Вселенной, — произнес он. — Следуйте за мной. Вас подвергнут на короткое время гипнозу, дабы я смог извлечь из самых потаенных уголков вашего подсознания ту информацию, в которой мы так нуждаемся. Потом, после того, как мы начнем работать над полученными от вас данными, я сообщу вам то, что вы так жаждете узнать.
8
«Двойник»