Глава 15
— Но это какая-то чушь. Зачем бы Гаррету…
— Мне жаль, Джейд.
Похоже, сегодня это выражение дня. Все сожалеют, только не говорят, о чем. Я опускаюсь на землю, но охранник, которого я раньше не видела, подхватывает меня под мышки и поднимает.
— Это частная территория. Вам нельзя здесь находиться. Перейдите на другую сторону улицы или отойдите от ворот на полметра.
Я не шевелюсь. Тогда он подталкивает меня, пока я не начинаю идти к девочкам-подросткам, оккупировавшим улицу через дорогу. Некоторые из них сидят на раскладных стульях, другие — на спальных мешках. У девушек рядом со мной в руках плакаты с надписями «Я люблю тебя, Гаррет» и «Гаррет, женись на мне».
— Ждешь, когда появится Гаррет? — спрашивает меня одна из девчонок.
Она сидит на розово-зеленом спальнике и смотрит на меня снизу вверх. Ей лет двенадцать, голубые пряди в светлых волосах гармонируют по цвету с ее пуховиком.
— Да, жду.
Я стою, скрестив руки и уставившись на железные ворота.
— Ты чья-то мама?
Мама? Она что, слепая? Неужели я правда похожа на чью-то маму? Мне всего девятнадцать! Хотя сейчас — с мешками под глазами после бессонной ночи — я, возможно, и впрямь выгляжу слишком взрослой. Но все равно.
— Нет, я не чья-то мама.
Я бы с удовольствием сообщила ей, что являюсь девушкой Гаррета, но это вызвало бы массу проблем, поэтому я притворяюсь еще одной фанаткой. Очевидно, я самая старая фанатка Гаррета, если судить по толпе.
Это просто нелепо. Я не собираюсь торчать здесь весь день. Я проберусь через эти проклятые ворота, а потом заставлю Гаррета или его отца рассказать мне, что, черт возьми, происходит.
Я бреду вдоль толпы, пока не миную ее, и оказываюсь перед еще одним большим особняком с точно такими же железными воротами, как и у дома Гаррета.
И что теперь? Мне нужно придумать план, но я очень устала, и у меня урчит в животе, хотя я не чувствую голода. Я ничего не ела со вчерашнего вечера, так что вполне естественно, что мой пустой желудок молит его накормить. Но поскольку в ближайшее время ему ничего не светит, я стараюсь не обращать на него внимания.
Присев на тротуар, я ищу в сумочке мятную конфету или жвачку. Затем роюсь в бумажнике в поисках денег — как будто они могли магическим образом там появиться с тех пор, как я расплатилась с таксистом. Там нет даже четвертака, но в боковом кармашке на молнии я нахожу визитную карточку — ту самую, которую мне дал Арлин.
Я решаю позвонить ему. Не знаю, как он сможет мне помочь, но я в отчаянии, устала и других идей у меня больше нет.
После двух гудков в трубке раздается запись женского голоса: «Для соединения требуется пароль. Пожалуйста, введите пароль».
Арлин предупреждал, что мне потребуется код, но я об этом забыла. Он называл мне его. Что это были за цифры? Никак не могу вспомнить.
«Пожалуйста, введите пароль, или соединение будет прервано», — сообщает автоответчик.
— Да знаю я! — кричу я. — Подождите минуту!
Сообщив код, Арлин сказал мне что-то еще. О чем же он говорил? О моем дне рождения! Он сказал, что сожалеет, что пропустил все мои дни рождения. Я быстро набираю цифры «1008» и снова слышу гудки. Телефон все звонит и звонит, и я начинаю думать, что Арлин уже не ответит, но тут раздается голос:
— Джейд? Это ты?
Как он узнал, что это я? Точно, по коду. Блин, что-то я сегодня торможу.
— Да, это я.
— Я рад, что ты позвонила.
— Вы заняты? Я могу позвонить позже.
Зачем я это сказала? Я не могу перезвонить ему. Я застряла среди огороженных особняков, а мой сотовый вот-вот разрядится. Проснись, Джейд! И прочисть свои долбаные мозги.
— Что-то случилось? — Арлин спрашивает так, словно уже знает ответ, и это кажется очень странным.
— Да, кое-что произошло. Мне нужна помощь.
— Конечно. Скажи, что тебе нужно.
Беспокойство в голосе Арлина вызывает желание довериться ему. Слова слетают с моего языка прежде, чем мозг успевает их отфильтровать.
— На весенних каникулах я уезжала домой, а когда сегодня вернулась, то обнаружила Гаррета в его комнате в общежитии в стельку пьяным. Он нес какой-то бред о том, что ему очень жаль, что он не знал, и все время повторял, что я должна уйти. Я позвонила мистеру Кенсингтону. Он приехал и забрал Гаррета, а мне сказал возвращаться в Айову. И что он лишает меня стипендии. Потом я приехала к Гаррету на такси, но охранники не пропустили меня за ворота. И теперь я торчу здесь, у меня закончились деньги, и я не могу вернуться назад.
Я замолкаю, чтобы перевести дух.
— Джейд, успокойся. Где ты сейчас?
— На улице, недалеко от дома Гаррета.
— Я кого-нибудь пошлю за тобой. Я бы приехал сам, но на Манхэттене сейчас пробки, и дорога займет целую вечность.
— Но я приехала, чтобы поговорить с Гарретом, и не уеду, пока не узнаю, что происходит.
— Джейд, тебе необходимо уехать оттуда. Я обещал, что помогу тебе, и сдержу слово. Мы устроим тебя в другой колледж, а твои расходы я возьму на себя.
— Подождите, вам известно, что здесь происходит? Похоже на то, что известно.
— Просто оставайся на месте. Я пришлю кого-нибудь за тобой.
— Я не уеду, пока не узнаю, что здесь творится. Или вы мне все расскажете, или я заночую на улице и, скорее всего, замерзну до смерти.
— Джейд, тебе нужно выбираться оттуда.
— Мне нужны ответы. И я не уеду, пока не получу их.
Арлин тяжело вздыхает.
— Когда мы познакомились, я сказал тебе, что на Гаррета есть некие планы. Теперь эти планы утверждены и скоро будут окончательно доработаны.
— Какие планы? Вашей секретной организации?
Он не отвечает.
— Так что это за планы?
— Я не могу тебе рассказать.
— Тогда я клянусь, что расскажу о вашей организации всем, а потом выложу всю правду о Ройсе. Я обращусь в прессу и все им расскажу.
Неужели я дошла до того, что шантажирую своего родного дедушку? Никогда никого не шантажировала, но я в отчаянии и мне нужна правда.
— Если ты это сделаешь, Джейд, то последствия тебе не понравятся.
— Почему? Эти люди придут за мной? Попытаются мне навредить?
— Не тебе, а Фрэнку и Райану. Тем, кто тебе дорог.
Черт! Кто эти люди? Я делаю глубокий вдох, пытаясь придумать, как заставить Арлина говорить. Я решаю идти путем предположений о том, что происходит, и посмотреть на его реакцию.
— Эта организация хочет заставить отца Гаррета ответить за убийство вашего сына. А вы говорили, что мистер Кенсингтон не хотел, чтобы его сын имел к ним хоть какое-то отношение.
— Джейд, не начинай.
— Эти люди связаны с политикой. Они подбирают кандидатов. На прошлых президентских выборах в Огайо и Флориде они что-то сделали с машинами для голосования.
Поверить не могу, что цитирую бредовую теорию Карсона, но надо же мне что-то сказать, и, черт возьми, кажется в этом есть доля правды. Карсон был прав насчет некоторых вещей, так что, возможно, и тут не ошибся.
— Зачем ты говоришь такое? — торопиться прервать меня Арлин, его тон резок. — Это неправда.
— Это правда. Один журналист раскопал информацию. Но перед тем, как он собрался ее обнародовать, ваша организация убила его.
— Перестань нести чепуху. Это не поможет…
— Дайте мне договорить. — Я не могу понять, как, но моему невыспавшемуся мозгу удается соединить кусочки мозаики в одно целое, и у меня возникает теория. Возможно, абсолютно ошибочная, но все равно. — Вы сказали, что эти люди потратили много лет на подготовку вашего сына к президентству. Теперь, когда Ройс мертв, они должны подыскать ему замену. Однако у них нет времени, поскольку на это уходят годы, верно? Им придется довольствоваться тем, кто им не слишком по душе, например, Кентом Глисоном. Несколько недель назад Кент был в доме Гаррета, и мистер Кенсингтон сообщил ему, что он будет президентом — как будто этот вопрос уже решен. Ведь все уже решено, не так ли? Они сделают так, чтобы это произошло.
— Хватит. Ты запуталась и, очевидно, начиталась теорий заговора, которые распространяет в сети какой-нибудь идиот-блоггер с воспаленным воображением.
Игнорируя его, я продолжаю:
— Их план относительно Гаррета имеет отношение к политике. И это нечто грандиозное, нечто важное.
Пока я говорю это, меня осеняет.
Причина, по которой им нужен Гаррет.
Их план.
— Они хотят сделать его президентом, — медленно произношу я, поднимаясь с земли. — Они готовят его к президентству. Ведь так? Вы сказали, что для подготовки нужны долгие годы. Для участия в выборах человеку должно быть минимум тридцать пять лет. Получается, у них есть по крайней мере пятнадцать лет, чтобы подготовить Гаррета.
Арлин молчит, и его молчание красноречивее слов. Это правда. В этом и состоит план.
Пока длится молчание, я все обдумываю. В тот раз, когда Арлин сказал мне, что относительно Гаррета есть план, он также упомянул, что это будет наказанием Пирсу за убийство Ройса. Арлин говорил, что Пирс никогда этого не одобрит. Мистер Кенсингтон не согласился бы на этот план, потому что тогда тайная организация завладеет Гарретом и будет контролировать его жизнь. Гаррет навсегда потеряет свободу воли. И будет долбаным президентом! Ни за что. Это не может быть правдой. Я начинаю приходить в себя и понимаю, что мой вывод слишком безумен.
Но Арлин продолжает молчать, и это пугает.
— Ну давайте, скажите, что я сошла с ума, — говорю я.
Наконец он заговаривает:
— Ты не сошла с ума.
— Они правда хотят, чтобы в будущем Гаррет стал президентом Соединенных Штатов? Просто чтобы наказать мистера Кенсингтона? — Я останавливаюсь, осознав, что хожу взад-вперед. — Как можно принять такое решение только затем, чтобы кого-нибудь наказать? Я имею в виду, с чего вообще они взяли, что Гаррет подойдет для этой роли? Они даже не знают его. Разве не должен он пройти собеседование, тестирование или что-то еще?
— Они уже провели свое исследование, и Гаррет соответствует всем критериям. Более того, он идеальный кандидат.
— Ладно, погодите минутку. — Я снова начинаю расхаживать по тротуару. — То есть, эти люди настолько могущественны, что могут выбрать любого, кого захотят, в президенты? Заранее, на годы вперед? И организовать все так, чтобы их кандидата действительно выбрали? Зачем им это? Просто для того, чтобы держать все под контролем?