Глава 27
В полдень я еду в город, чтобы встретиться за обедом с Грейс. Мне не хочется никуда выходить, но я ей уже пообещала. По дороге в ресторан я понимаю, что на самом деле я буду рада с ней увидеться. Сейчас мы обе испытываем печаль и чувство утраты, и, возможно, просто общество друг друга поможет нам почувствовать себя немного лучше.
Мы встречаемся в кафе, расположенном в старинном историческом здании, в том самом, в котором состоялся наш первый совместный с Грейс обед. Странно быть здесь без Арлина. И очень грустно. Когда я подхожу, Грейс меня обнимает.
— Мне так жаль, — тихо говорю я, пока мы обнимаем друг друга.
Грейс гладит меня по спине.
— Все нормально, милая. Когда-нибудь мы с ним снова встретимся.
Когда мы отстраняемся и садимся, я замечаю, что Грейс глубоко дышит, чтобы обуздать свои эмоции. Она выглядит похудевшей, как будто с тех пор, как все произошло, толком не ела.
Мы немного говорим о похоронах, но потом Грейс быстро переводит тему на свой цветочный сад и рассказывает мне, что будет высаживать на следующей неделе, а также о новых семенах цветов, которые заказала. Она говорит об этом в течение всего обеда, а я просто слушаю. Я понимаю, что разговоры о герани и петуниях — это ее единственный способ пережить боль. Все мы справляемся с болью по-своему, и она — так.
Когда мы заканчиваем с едой, Грейс берет свою сумочку, и я решаю, что ей, видимо, пора уходить.
— Спасибо вам за обед.
Я достаю ключи от машины.
— Нет, милая, мы еще не закончили. Мне просто нужно было кое-что достать из сумочки. Ты улетаешь сегодня вечером, верно?
— Да, в шесть.
Я убираю ключи обратно.
— Тогда у нас еще есть время.
Грейс гладит рукой конверт, который положила на стол.
— Вы получили письмо? — спрашиваю я.
— Нет. Здесь кое-что для тебя.
— О. — Я смотрю в замешательстве на конверт. — Хотите, чтобы я его открыла?
Грейс качает головой.
— Пока нет.
Я вижу ее внутреннюю борьбу, но не знаю, с чем это связано. Я кладу ладонь на ее руку.
— Что такое, Грейс? Что-то случилось?
— Просто мне трудно говорить о нем. — Я замечаю, что ее губы дрожат, а глаза наполняются слезами.
Я придвигаю свой стул поближе к ней.
— Знаю. Я тоже по нему скучаю.
Грейс улыбается и промокает уголки глаз салфеткой.
— Он был так счастлив, когда брал тебя в плавание. Я не могу передать словами, как много это для него значило. Когда ты уходила, он говорил, как быстро ты усваиваешь все, что он дает. Он перечислял мне все вопросы, которые ты ему задавала, — посмеивается она. — Его лицо светилось, когда он говорил о тебе. Даже до нашей с тобой встречи он все мне о тебе рассказывал. Что ты произносила выпускную речь в школе. Про твои успехи в Мурхерсте. Он так тобой гордился.
Ну а теперь я готова расплакаться. Черт!
Глубоко вздохнув, Грейс улыбается, как будто твердо намерена перестать плакать из-за смерти Арлина. Мне это знакомо, ведь из-за ситуации с Гарретом я сама пытаюсь напустить на себя такую же решимость.
— Джейд, милая, — продолжает Грейс, — ты уже знаешь, что мы с Арлином хотели оплатить твое обучение в колледже. Так что этим все будет улажено. — Она постукивает по конверту, но все еще не отдает его мне. — Только мы хотели сделать для тебя больше.
Подходит официант, и, пока он доливает Грейс кофе, она ждет, чтобы продолжить.
— Арлин был очень успешным человеком, и он хотел поделиться своим успехом со своей семьей. Так что перед смертью он вложил немного денег в трастовый фонд для тебя. Мы сделали это сейчас, потому что если ждать до кончины нас обоих, это вызовет замешательство у остальных членов семьи. Они не поймут, почему мы дали тебе эти деньги.
Грейс протягивает мне конверт. Открыв его, я достаю лист бумаги. В тексте я замечаю юридическую лексику, внизу страницы стоит печать. И тут я читаю свое имя, а рядом с ним стоит число. Очень большое число со знаком доллара впереди.
У меня пропадает дар речи. Мне даже кажется, что я не дышу. Я просто в шоке. Я всматриваюсь в число, решив, что, должно быть, ошиблась, но оно не меняется.
Это пятьдесят миллионов долларов. Пятьдесят. Миллионов. Долларов.
Я заставляю себя снова дышать.
— Они твои, Джейд. Используй их так, как сочтешь нужным. Мы с Арлином хотели, чтобы у тебя было то будущее, о котором ты мечтаешь. Это поможет тебе осуществить планы.
— Нет. Это слишком. Мне не нужно столько.
Грейс улыбается.
— Это много, но не слишком. Не забывай, милая, что мы миллиардеры. А в миллиарде много миллионов.
Думаю, так и есть, но все же. Пятьдесят миллионов? Я достаю из бумажника кредитную карточку, которую Грейс дала мне еще в марте, и протягиваю ей.
— Тогда это мне больше не понадобится.
Она возвращает мне кредитку.
— Возьми и пользуйся, пока не окончишь колледж, а потом ты получишь свою собственную карту. Мы со всеми внуками об этом договариваемся.
— Но у меня есть…
— Джейд, пользуйся этой кредиткой до конца учебы. Арлин очень настаивал на этом, и я тоже. Деньги из траста будешь использовать позже.
Я снова смотрю на лист бумаги, на сумму на нем, и мои мысли обращаются к Фрэнку и Райану.
— А есть ли какие-нибудь ограничения на то, как я буду эти деньги использовать? Я только хотела узнать, могу ли я дать немного Фрэнку. Из-за болезни он не мог работать, поэтому ему действительно не помешала бы помощь. Он не станет транжирить, клянусь. Он просто тратил бы их на продукты или, может, оплатил бы ремонт своего дома. А его сыну очень нужна новая машина и помощь в оплате медицинской школы.
Грейс кивает.
— Это твои деньги. Ты можешь дать Фрэнку столько, сколько пожелаешь.
Осознание того, что я могу помочь Фрэнку, приводит меня в еще больший восторг по поводу этих денег. Он мог бы купить себе новый дом. Переехать в более хороший район. Мог бы выплатить кредиты Райана. Это изменит их жизнь.
Я тянусь и обнимаю Грейс.
— Спасибо. Даже не знаю, что сказать. — Я отстраняюсь и смотрю на нее. — И все же я хочу, чтобы вы знали: я никогда в жизни не ждала от вас с Арлином денег. Я лишь хотела получше узнать своих дедушку и бабушку.
Грейс похлопывает меня по руке.
— Да, милая, я знаю.
— Ну и когда мы снова увидимся?
— Когда захочешь. Я очень люблю Калифорнию. — Грейс улыбается. — Вообще-то у нас есть небольшой коттедж в Санта-Барбаре. Этим летом я планирую провести там несколько недель.
Мне бы очень хотелось узнать, что она считает небольшим коттеджем.
— Тогда я приеду с вами повидаться. Или вы можете погостить у меня. В моем распоряжении будет целая квартира, и я буду там одна.
— Джейд. — Грейс заключает мои руки в свои и ждет, когда наши глаза встретятся. — Вопрос с Гарретом будет решен. Я сама об этом позабочусь, если понадобится. Если бы эти идиоты-мужчины пускали в свой маленький клуб женщин, они бы не принимали таких глупых решений.
Обычно Грейс мягкая, но эти слова она произносит с такой силой, словно одновременно сыта по горло и очень сердита. Я и не подозревала, что ей известно обо всем, что происходит с Гарретом. Мы никогда с ней это не обсуждали. К тому же, по словам Гаррета, члены организации обычно не посвящают жен в свои дела.
— Мне не по себе. В понедельник состоится собрание.
— Да, я знаю о собрании. Мой сын Уильям тоже член организации и будет на нем присутствовать.
— Ему известно, что там будет?
— Нет, но ты не должна так быстро сдаваться, Джейд.
— Я и не сдаюсь. Я…
— Нет, ты сдаешься. — Грейс сжимает мою руку. — Весь обед я наблюдала, как ты боролась с эмоциями, потому что решила, что все кончено. Но ты слишком рано сдаешься. Ты должна надеяться. Иногда все просто получается само собой.
Я киваю, словно верю ей, хотя это совсем не так.
— Ты должна знать, что перед смертью Арлин боролся изо всех сил, чтобы не впутывать в это дело Гаррета. И я имею в виду не только негативную информацию в прессе о Гаррете. Арлин давал знать о своих мнении каждому члену организации. А так у них не принято, это против правил.
— Тогда почему он это делал?
Грейс делает глоток кофе.
— Когда много лет назад выбрали Ройса, Арлин просил их изменить решение, но ничего не сделал, чтобы это прекратить.
— Но разве Ройс не хотел стать президентом?
— Да, но президентство было не для него. Ройс всегда был одержимой личностью. Если он что-то задумывал, то никто и ничто не могло встать у него на пути. Организация воспользовалась этим в своих интересах. Когда мы с Арлином узнали о плане организации относительно нашего сына, то поняли, что это его погубит. Так и вышло. Арлин всегда жалел, что приложил недостаточно усилий, чтобы остановить то, что они сделали с Ройсом. Думаю, помощь Гаррету была его способом исправить ошибки, допущенные в прошлом. И еще он хотел, чтобы ты была счастлива.
Я задаюсь вопросом, что именно сделал Арлин? Что, если его попытки помочь Гаррету привели к неприятностям? Что, если это организация что-то сделала с Арлином? Что, если сердечный приступ не был естественным, а был спровоцирован? Подождите-ка… о чем это я? Я рассуждаю как Карсон, выдумывающий свои безумные теории заговора. Я быстренько прогоняю из головы эти мысли и вижу, что Грейс встает из-за стола.
— Тебе пора возвращаться в колледж и собрать оставшиеся вещи. У меня есть еще кое-какие дела в адвокатской конторе, а потом я возвращаюсь домой и буду работать в саду.
Мы вместе выходим на парковку.
— Тебе следует попробовать заняться садоводством, Джейд. Это очень расслабляет. Всякий раз, когда меня что-то тяготит, я понимаю, что мне нужно движение, например, прогуляться или поработать в саду.
— Мне тоже. Только я бегаю.
— Бег — это нагрузка на колени, — подмигивает она. — Попробуй садоводство.
Я улыбаюсь.
— Хорошо. Увидимся.
— Не прощаемся?
— Я не люблю прощаться.
— Ну тогда еще увидимся, Джейд.
Мы еще раз напоследок обнимаемся, перед тем как разъехаться.
В Мурхерсте царит полный хаос: люди загружают свое барахло в автомобили и грузовики. Я выбираюсь из машины, все еще пытаясь принять тот факт, что теперь я миллионерша. Мультимиллионерша.