— Потом.
— Может, не будет никакого "потом"!
К ним подошёл китаец в чёрном жилете, с бритой головой, улыбающимися глазами и катаной за спиной. Зои едва успела подготовить себя к кунг-фу бою на мечах, когда Армандо взглянул на него и кивнул.
— Зои, это Ву, мой напарник. Не думаю, что вы уже знакомы, вы вечно спали, когда была его смена.
— Оу, а я думала, что ты вообще не спишь.
— Рад знакомству, мисс Эш, — сказал Ву.
Зои сказала Армандо:
— А почему у тебя нет меча?
— Вы хотели сказать, почему у меня нет ненастоящего меча?
Ву сказал:
— Уверяю вас, меч настоящий. Клинку триста лет. Когда я купил его, он был в засохшей крови. Когда я его очистил, вода в ведре стала красной от крови людей, погибших на поле боя несколько веков назад.
Армандо закатил глаза и сказал:
— Ву родился в Окленде, кстати говоря. Помните это, когда он начнёт бросаться древними восточными мудростями. Меч для показухи. Я точно знаю, что он им даже не пользовался.
— Конечно для показухи. Но он всё равно настоящий. Только дурак решит, что это взаимоисключающие понятия.
— Ладно, вернёмся к делу, — ответил Армандо.
Группа перестала играть, и по громкоговорителям прозвучало объявление, что скоро зажгут погребальный костёр. Зои только сейчас поняла, что куча брёвен под восковым телом Артура была погребальным костром, но как ещё он мог уйти, если не в глупом пламени величия?
Уилл и Андре взошли на помост, к ним присоединилась группа людей, которых Зои не узнала: предположительно друзья Артура, коллеги по бизнесу и... семья? Зои даже не думала об этом, но если у Артура был брат, значит у неё был дядя. И тётя, и кузены. Странно.
В руках Уилла уже был микрофон, он попросил всех замолчать, а затем сказал:
— Я бы хотел сказать несколько слов об Артуре Ливингстоне. Я бы хотел, но его завещание прямо запрещает мне устраивать хвалебную речь в его честь, потому что он боялся, что это, цитата, "всех расстроит". Вместо этого, он хотел бы, чтобы мы выразили единственную просьбу гостям, и я уступлю эту честь Андре Ноксу по причинам, которые скоро станут ясны.
Он передал микрофон Андре, которого встретили громом аплодисментов. Он вытащил маленький клочок бумаги.
— Так, я прочитаю точные слова самого Арта, чтобы никто не подумал, что они от меня, — он театрально поправил листок. — Те из вас, что слышат эти слова, в праве вкусить бесплатную еду, напитки и различные незаконные вещества за мой счёт, — громкие крики толпы. Андре жестом попросил тишины, и продолжил читать. — Я прошу лишь отплатить за этот акт благотворительности тем же способом, что и многие леди, отплатившие мне — сексом с кем-то на несколько категорий ниже вас по шкале привлекательности, — смех и одобрительные возгласы в толпе. Андре снова попросил тишины. — Если вы девятка, отправьтесь домой с четвёркой. Вы подарите им историю, о которой они будут говорить до конца своих дней и будут в шоке от того, что они захотят сделать при выключенном свете. Сделайте это в мою честь. Спасибо.
Толпа заверещала и засвистела. Так громко, что это поглотило внезапные панические переговоры в ушах Зои. Она прищурилась, сканирую толпу в поисках Молека, затем небо. Он как-то скрывался? Узнает ли она его, если увидит снова? Она прислушивалась, чтобы услышать полезные указания, но слышала только мужчин, выкрикивающих вопросы и команды друг другу.
На помосте, Уиллу передали факел, которым он прикоснулся к костру, и тот тут же вспыхнул так, словно был пропитан бензином. Со сцены зазвучало гитарное соло "Amazing Grace".
Зои выловила Уилла, когда он проходил мимо неё от костра, разгорающегося позади него.
— Эй. Что-то происходит.
Уилл прислушался, затем повернулся к костру. Армандо проследил за его взглядом и вытащил пистолет. Наблюдатели в её ухе кричали им уйти с дороги. С дороги чего?
Затем толпа с криком разбежалась. Зазвучал приближающийся массивный двигатель, а за ним взрывная рок-музыка заполнила всё пространство.
Погребальный костёр Артура Ливингстона взорвался, пылающие брёвна разлетелись в разные стороны. Грузовик-монстр прорезался сквозь него, стирая восковое тело Артура под гигантскими шинами. Грузовик был электрическим, но на нём были установлены динамики, транслирующие звуки топливного двигателя и старую хэви метал песню, в которой певец с хрипящим голосом предлагал встряхнуть всех, как ураган.6 Напротив решётки мерцали жёлтые анимированные буквы в огне, составляющие слово "МОЛЕК".
Уилл сказал:
— Думаю, это он.