ПЯТЬДЕСЯТ ПЕРВАЯ
Андре сказал, что можно подойти к любой стройке Табула Ра$а и увидеть, как "массажные" фургончики проезжают мимо, останавливаясь только чтобы подобрать клиентов во время обеда. Он отвёл их к чёрному грузовику и запрограммировал его маскировку: когда графика появилась, она на самом дел держала слово "массаж" в саркастичных кавычках (МАГИЧЕСКИЙ РАССЛАБЛЯЮЩИЙ "МАССАЖ" МАДАМ ЛЕ СТРЕЙД). Логотип состоял из розовых букв, следующих контуру обнажённой женщины. Проституция в городе была, конечно же, легальна, но тот факт, что фургоны предлагали настоящий массаж, давало адекватный аргумент против упрёков жён и девушек, которые замечают, как их мужчины выползают оттуда. Пороки были законны, но Блинк почти не давал хранить их в секрете.
Андре сказал:
— Строители выходят из общежитий каждую смену, нужно только подловить их на пути.
— Ребята, это самый заметный транспорт в Америке, — сказала Зои. — На нём самая настоящая голая жопа.
Уилл покачал головой.
— Сложнее всего будет бороться за место с остальными грузовиками, нас будет не отличить от остальной армии жоп.
— Серьёзно? Так много мужиков хотят мобильных проституток в шесть утра?
Андре сказал:
— Ну, в общежитиях строителей всегда общие душевые. Никакой приватности, если вы понимаете, о чём я, — она не понимала.
Чуть погодя, они все залезли в грузовик, припарковавшись в трёх метрах от обугленного куска дороги, куда прошлым вечером приземлился вертолёт, прямо в тени штаб-квартиры Молека. Пожалуй, там было не больше пятидесяти метров до человека, который может поджарить их щелчком пальца. Уилл уверял её, что это на самом деле последнее место, где Молек станет их искать, но ложь Уилла с добрыми намерениями всегда была самой неуверенной.
Зои, Эко и Уилл сидели на красном кожаном диване напротив стены с кучей трансляций. Уилл переоделся в костюм цвета и формы свежепроложенного асфальта, Эко была в чёрном комбинезоне с кучей ремней, скрещенных на талии (это было примерно то, что Зои не отважилась бы носить даже в мечтах). Ву охранял дверь, а Бадд и Андре опирались на барную стойку. Последний доедал остатки свинины, которые он нашёл в миниатюрном холодильнике. Все они смотрели трансляции, следя за сканированием рабочих и распознаванием их лиц в реальном времени.
— Так, мы ищем прораба по имени Эй Джей Скельник, — сказал Бадд. — Высокий, белый, с плохой осанкой, лысеющий на затылке.
Они нашли его три долгие минуты спустя, бледный поникший мужчина, тянущийся по тротуару, как будто на собственные похороны. Зои поняла, что у него к тому моменту уже не осталось ни капли отрицания по поводу натуры его работы. Эко выскочила из-за двери, чтобы перехватить его. Она шепнула что-то на ухо мужчине, и он направился прямо к грузовику.
Зои покачала головой и сказала:
— Нам везёт, что она использует свои способности во благо.
Скельник забрался в кузов грузовика, осмотрелся, и застыл, когда увидел Костюмов.
— Мы посмотрим, если ты не против, — сказала Зои.
Эко закрыла дверь.
— Знаете, кто я? — спросил Уилл.
Скельник кивнул.
— У меня ничего для вас нет. Я не знаю ничего, что вы хотите узнать. Если они поймут, что я разговаривал с вами, даже об этом коротком разговоре, я труп. Но вы это уже знаете, так ведь?
Уилл, без какой-либо симпатии в голосе, сказал:
— Именно эти риски мы принимаем, когда выбираем не того работодателя.
— Ты работаешь на плохого парня, — сказала Зои. — На худшего парня.
Скельник усмехнулся и осмотрел интерьер грузовика, вскользь встречаясь взглядом с Ву.
— Не то, что вы, ребята, ага? Артур Ливингстон. Великий филантроп. В том взорвавшемся складе он, наверное, готовил овсянку для сироток, да? Не смешите меня. В этом городе нет героев.
Зои вскинула руки и сказала:
— Эй, я даже не отсюда. Неделю назад я работала в кофейне. Я обычный человек, и я говорю тебе, что тебе платят грязными деньгами.
— В кофейне? Так ты наркоторговец. Думаете, вам платят по десять баксов за кружку, потому что им нравится вкус? Я видел документалки о местах, где выращивают эти кофейные зёрна, и некоторые работники там настолько юные, что могут называть тебя бабушкой. Мне плевать кто вы, но просто проследив чуть глубже за своей зарплатой, ты поймёшь, что всё это — грязные деньги. Выпустите меня.
Уилл сказал:
— Ладно, думайте обо мне, как об очередном работодателе, который хочет заплатить за ваши услуги. Хотя бы выслушайте моё предложение. К тому же, если вы сейчас уйдёте, это будет подозрительно: обычная сессия в массажном фургончике длится восемь минут.
— За нашу работу ты получишь столько, что можешь отправиться на заслуженный отдых, — сказала Зои. — Нанять свой собственный массажный грузовик, который будет ездить за тобой, куда захочешь.
Скельник продолжал смотреть на Уилла.
— Знаете, как я провожу собеседование для потенциальных работников, мистер Блэкуотер? Я задаю им один вопрос: "Покажи мне свой нож". Если человек без ножа, он бесполезен, это ведь универсальный инструмент. Даже обезьяны знают, что нужно держать острые камни при себе. Потом, если он показывает нож, я провожу им по руке, чтобы проверить остроту, и увидеть, срезает ли он мои волосы. Если нож тупой, я говорю: "Вали к чёрту, у тебя всего один инструмент, и он не работает". Но мой? Мой может обрезать муху. — Скельник запустил руку за спину и внезапно в ней оказался блестящий нож. — Вы же знаете, что я должен попробовать вас убить, так ведь?
Уилл придал этому так мало значения, что Зои не сразу поняла, что он только что сказал.
— Стоп, что?
Ву выступил вперёд, но Уилл просто сделал глоток своего напитка и сказал:
— Нет причин не выслушать сначала то, что я хочу сказать.
— Эй! — сказала Зои. — Никто никого убивать не будет!
Скельник сказал:
— Если я буду рассказывать Молеку об этой встрече и скажу что-то, кроме того, что я перерезал твою глотку, он превратит меня в гамбургер.
— Вы когда-нибудь убивали ножом? — спросил Уилл. — Это сложнее, чем вы думаете. Ваши шансы на успех экстремально низкие при таком поведении.
— Ну вот видите, в какое затруднительное положение вы меня поставили, затащив в ваш грузовик? Кажется, это был не самый продуманный ход, потому что мой лучший шанс в том, чтобы оставить Уиллу Блэкуотеру шрамы, которые ему придётся объяснять каждый раз, когда он снимает рубашку.
— Если бы люди Молека знали, что мы здесь, этот грузовик был бы кучей пепла, — сказал Андре. — Со стороны это всё не выглядит подозрительно, тебе нужно просто выслушать и выйти припеваючи через эту дверь.
— Тогда у вас минута, прежде чем я вас сдам, потому что миллионер-гамбургер — это всё ещё гамбургер.
Уилл включил трансляцию на противоположной от дивана стене: взгляд с улицы на "Обнажённый Город", где у них была встреча прошлым вечером.
— Знаете это место, мистер Скельник?
— Проезжал мимо. Место для гладкошёрстных педиков, у которых есть деньги, но им всё равно приходится платить, чтобы получить киску.
— Знаете, кому оно принадлежит?
— Не знаю и знать не хочу.
— Молеку. Через дочернюю компанию. Но то, что вы видите здесь, внешнюю сторону здания, не это приносит ему реальный доход. Реальные деньги идут из-под земли. Видите ли, ходит слух, что существует специальная карточка для парадного входа — как говорят, сделанная из чистого золота — которая проведёт вас вниз. В настоящий клуб.
— Мы там никогда не были, но говорят, что с каждым этажом вниз, девушки становятся моложе, — сказал Бадд. — И там... несколько этажей, если вы понимаете, о чём я.
— Меня не надо убеждать, что Молек больной уеб...
— Посмотрите сюда, — сказал Уилл. — Видите бетон перед главным входом? Дайте приближу. Видите?
— Я вижу бетон, да.
— А трещины видите? Вот тут, прямо в центре.
— Ну да, и что?
— Знаете, что их вызвало?
— Скорее всего сухой воздух Юты. Вытягивает влагу из влажного бетона прежде, чем он...
— Газы, от разлагающихся тел. Возьмите отбойный молоток, разбейте бетон, и вы найдёте кости. По меньшей мере сорок тел строительной команды здания и их семей. По большей части мигрантов. Видите ли, Молек не мог их просто так отпустить, знающих обо всех этих секретных подвалах и распространяющих слухи об их предназначении. Так что в последний день работы он их всех выстроил, и создал дырки в черепах у одного за другим. Похоронил всех у входа, прежде чем залить бетоном, как для ритуала. Говорят, это потому что он слышал, что так делали фараоны, закапывающие рабов в тенях своих пирамид, на удачу. Подумайте об этом, мистер Скельник. Вы говорите, что ничего не знаете, но он не станет так рисковать. Это последняя работа для каждого мужчины или женщины в вашей команде.
Скельник серьёзно уставился на экран, изучая трещины на тротуаре, представляя расширение сухих костей, который, как была уверена Зои, там точно не было.
— Можете отрицать логику того, что я говорю? — спросил Уилл.
— Хотите сказать, что у меня небольшие шансы выжить в любом случае, только вашим путём я хотя бы заработаю больше денег.
— Нет, — вмешался Бадд. — Мы можем вас вытащить. Вас и любого, кого вы с собой возьмёте. У нас есть целая сеть по перевозке людей: это мы делаем лучше всего. Новое имя, новый старт. Молек вас не найдёт. Вас и вашу дочь.
Они хранили этот козырь с дочкой для этого момента, подумала Зои. Она увидела, как пальцы мужчины сжали нож в правой руке сильнее. Взгляд Ву не покидал эту самую руку.
— Для начала, просто скажите, что вы знаете, — сказал Уилл. — Даже если это не кажется чем-то полезным.
Мужчина прикусил губу, но потом сказал:
— Работа появилась в августе. Босс сказал мне, что эта работа с наличной оплатой для пацана, который купил старые казино и хочет перестроить их в форме своей головы.
— Своей головы? — спросил Андре, — В смысле, буквально?
Мужчина кивнул.
— Хотел, чтобы оба были сделаны из обсидиана, один в форме его собственного лица с недовольным выражением, а другой в виде гигантского среднего пальца, как будто он посылает весь город нахер. Я подумал, что это звучит как-то мутно, так сразу и сказал... В смысле, одно дело сделать здание в форме твоего лица, но если настаивать на том, чтобы оно было злым, ты явно что-то задумал. Никто не захочет оставаться в отеле с большим злым лицом из обсидиана перед тобой, — Зои подумала, что она бы точно переночевала в таком месте, но не хотела ему перечить. — Пришлось отговорить его от настоящего обсидиана: его нельзя достать в таких количества и с ним невозможно работать...