– Да-да, – вставил Лю-чиновник. – Басагурен в письме рекомендует четверых.
Ман оживленно закивал:
– Отлично! Четвертый твой соотечественник или бодхаец?
– Бодхаец-южанин.
Привратник расплылся в улыбке:
– Сегодня нам определенно везет. Мы ведь идем на юг. Вы наняты. Впиши их, Лю. Давай-давай, не сиди, словно цон на ветке. А я пока обрадую хозяйку.
Ман направился к дому, но вдруг застыл на полушаге и вновь смерил взглядом Даана.
– Все-таки, знакомая у тебя физиономия. И дерешься ты знакомо. Но я никак не вспомню…
Даан был уверен, что горец ошибается: не могли они встречаться прежде.
Матурана толковал с Лю о плате, Ихо, позевывая, глазел по сторонам, Даан размышлял, почему это хозяйка должна радоваться еще трем охранникам и одному проводнику, и тут из дома вышла красивая молодая женщина, одетая не хуже императрицы.
«Дон Хи, – понял монах. – Богато живет…»
В запасе оставалось целых три дня.