Он ждал.
— Гостевой дом, — она размяла плечи. — Мои ноги были покрыты грязью. И у меня не оставалось воспоминаний, как я там оказывалась.
— Ты могла направиться прямо в огонь.
— Ещё одна причина, по которой я рада, что ты находился рядом, — это правда. И она закончила есть яичницу. Он предложил ей стакан с апельсиновым соком, и она быстро его выпила. — Я имею в виду, ну ты понимаешь. — Её рука напряглась вокруг стакана. — Я рада, что ты со мной. Ты столько раз спасал меня с момента нашей встречи.
Он отвел взгляд в сторону. И его челюсть напряглась.
— Всё это… понимаю, что это намного больше, чем ты подписывался. — Она изо всех сил пыталась найти правильные слова, но ему нужно было знать, что она чувствует. Она опустила стакан, и пальцы обернулись вокруг его запястья. — Я благодарна тебе.
Он посмотрел на её руку.
— Я не хочу твоей благодарности.
— А чего же ты хочешь? — вопрос выскользнул из неё.
Его губы сжались в тонкую линию.
— Заканчивай завтрак. И мы поговорим после того, как закончишь. — Он поднялся на ноги, сглотнул, и его руки сжались и разжались в кулаки по бокам. — Думаю, мне лучше закончить принимать тот душ, что я начал.
Она поняла, что улыбка, которую он ей подарил, — фальшивая. Она так и не затронула его глаз.
Дверь в ванную за ним закрылась, и она услышала шум включившегося душа. Она всё доела (поскольку была по-настоящему голодна, и бекон никогда-никогда не должен переводиться впустую) и затем соскользнула с кровати. Кеннеди подхватила брошенную рубашку (одну из его рубашек), натянула на себя, перед тем как добралась до двери ванной. У двери она остановилась. Может, ему нужна компания?
Или возможно она сама просто хотела оказаться с ним снова.
Но когда потянулась к дверной ручке, Кеннеди услышала слабый звенящий звук. Её плечи напряглись, когда она обернулась. Это телефонный звонок. Она в этом уверена.
Вот только звук раздавался не из спальни.
Следуя на звук, она поспешила из спальни и направилась дальше по коридору. Когда она попала в его логово, телефон по-прежнему звонил. Она оглянулась по сторонам…
Звук прекратился.
Ладно. Так странно. Потому что она увидела телефон Реми — брошенный на диван. А её телефон находится в спальне, но Кеннеди была уверена, что слышала звук отдаленного звонка телефона (одного из тех стандартных звонков, которые, казалось, были у всех и…).
Снова раздался звонок.
Её взгляд устремился вверх. Звук шёл сверху. Она поспешила туда, заинтересовавшись, случайно ли Реми оставил там другой телефон. Прежде он говорил ей, что второй этаж дома на реконструкции. Наверху лестницы она направилась вправо. Дверь была немного приоткрыта, и она проскользнула в комнату.
Телефон продолжал звонить.
Но Кеннеди больше не была сосредоточена на звонке. Она пялилась на большую пробковую доску. Ту, которая занимала большую часть дальней стены и на которой были прикреплены фотографии…
«…убийств сломанных кукол».
Она рассматривала фотографии с мест преступления, тщательно прикрепленные кнопками к доске. А когда продвинулась вперёд, беспомощно притянутая всем, Кеннеди осознала, что здесь были и доклады судмедэкспертов, с выделенными подчеркиванием целыми разделами, а также фотографии её и брата были разбросаны по всей доске.
Телефон перестал звонить. Холод прокатился по её позвоночнику. Возле доски стоял стол, а на столе ноутбук. Который был закрыт. Рядом с ним лежал телефон, и когда она бросила взгляд на экран телефона, то увидела два пропущенных звонка.
«От Джошуа Моргана».
Её пальцы заскользили по столу, а затем переместились к ящику. Ни один замок не помешал ей открыть ящик, и тот выдвинулся со слабым скрипом. Внутри лежал пистолет в кобуре. А рядом с пистолетом…
— Кеннеди?
Она дернулась от звука его голоса, и её голова быстро взметнулась вверх.
Реми стоял в дверном проёме. Его волосы были мокрыми, гладко зачесанными назад ото лба. И он надел джинсы. Реми прищурившись смотрел на неё, и да в его глазах было подозрение.
«Подозрение».
— Что ты здесь делаешь? — спросил у неё Реми.
Распрямив спину, она ответила.
— Твой телефон звонил. Я услышала это и последовала на звук.
— Тебе не стоило сюда подниматься. Тут ведётся много работ по реконструкции…
— Я не вижу никаких работ по реконструкции в этой комнате, — её голос звучал слишком спокойно. Слишком нормально. Странно, потому что нормальность и спокойствие не были абсолютно близки к тому, что она чувствовала. Её рука поднялась и указала на стену. Как копы её называют? Доска для расследования убийств? Она видела подобные вещи в сериалах. — Зачем тут это художественное творчество?
Он сделал шаг к ней.
— Это помогает мне с делом. Как только мы начали работать вместе, я собрал все улики, что смог найти, — его взгляд пробежался над столом. Он наклонился и взял свой телефон.
— Это Джошуа Морган. Звонит тебе на… отдельный второй номер? — Кеннеди позволила этому вопросу повиснуть в воздухе.
— У меня есть рабочий и личный номера. Я дал ему оба. Звонки из моего офиса автоматически переадресовываются на этот телефон.
— У тебя есть ответы на все вопросы, — прошептала она.
Если это только возможно выражение его лица стало ещё больше суровым.
— Кеннеди, пошли вниз. Нам нужно…
Она потянулась к ящику, вытаскивая предмет, который попался ей на глаза.
— А есть ответ на этот вопрос? — она подняла удостоверение со значком. Чёртовым значком ФБР.
И она увидела ответ на его лице. «Черт возьми». Он мог бы с таким же успехом произнести эти слова вслух, потому что только что осознал, что она держит в руках.
Для полной уверенности она изучила удостоверение со значком. О, да, это была его фотография, всё верно. Но вот имя под фотографией…
Холод, что она ощущала, стал ещё хуже. Он, казалось, проник под её кожу прямиком в её кости.
— Ты не частный детектив.
— Кеннеди…
— Кто ты, чёрт возьми, на самом деле?