Боги, что ждёт их в будущем? Как бы то ни было, Гвенваель чувствовал, окружающую их, магию. Нет, не так. Она не окружала их, а лилась из них потоком. Из каждой поры. Дети всё ещё слабы и ужасно уязвимы, но однажды... их сила станет феноменальной.
- Как они?
Гвенваель обернулся. Фергюс топтался в дверном проёме, не желая входить.
- Хорошо. Они здоровы - две руки, две ноги, и нет того, о чём нужно было бы беспокоиться. - По крайне мере, пока. - Тебе стоит на них взглянуть.
- Нет, мне нужно вернуться к Аннуил.
- Понимаю. - Гвенваель взял девочку на руки. Он уже дала так, и сразу же положил на место. Она явно хотела, чтобы её не трогали, но Гвенваелю нужна была та её реакция. И он её получил. Девочка покраснела и начала плакать.
- Что ты делаешь? - потребовал Фергюс. - Ты расстраиваешь... её или его.
- Её. Она, в итоге, прекратит плакать.
Но он знал, что она не успокоится, потому что не хотела быть на руках Гвенваеля. Да, очень похоже на то, как ведут себя только что вылупившиеся драконы.
Мальчик резко открыл глаза, угольно-чёрные, как у отца и деда, в которых сейчас плескалась злость, и тоже начал плакать, потому что это его сестра, и ему не нравилось, что она плачет.
- Какого чёрта ты творишь? - Фергюс забрал дочь из рук Гвенваеля. - Она явно хочет, что её трогали.
- Я просто пытался помочь.
- Бесполезно и глупо.
- Но она уже не плачет.
Фергюс моргнул и уставился на дочь.
- У неё глаза Аннуил.
- Точно. - Он усадил брата в кресло рядом с кроватками. - А у мальчика твои.
Гвенваель уложил девочку на изгиб одной руки Фергюса, а мальчика - на другой.
- Видишь?
- А волосы Аннуил.
- Да, и я по взгляду вижу - он уверен, что доставит отцу немало неприятностей.
- Уверен, ты ему в этом поможешь.
- Я? Нет, естественно. Мне не нужны конкуренты.
Гвенваель принялась расхаживать по комнате, пока не убедился, что Фергюс удобно сидит с детьми на руках; затем присел на корточки перед братом.
- Знаешь, Фергюс, держу пари, им очень не хватает мамы.
Фергюс поморщился и быстро заморгал.
- Что? - уточнил он, разрываясь между смущением и гневом.
- Ну, хоть на пару минут увидеться-то с ней можно.
Он успокоился, понимая, о чём говорил Гвенваель, и кивнул.
- Да, ты прав.
Гвенваель помог брату встать и пошёл за ним в комнату Аннуил. Внутри было невыносимо тихо, если не считать тяжёлого дыхания Аннуил. Вместе они положили малышей рядом с матерью на кровать. Малыши тут же прильнули к ней, их крошечные кулачки уже могли схватить то, что хотели.
Фергюс опустился на колени у кровати, поднял безвольную руку Аннуил и зажал её между своими большими ладонями.
Гвенваель сжал плечо брата и направился к двери. И заметил в дверном проёме вспышку белого одеяния. Он выбежал из комнаты, закрыв за собой дверь.
- Морвид, подожди.
Она отмахнулась.
- Отстань от меня, Гвенваель, пожалуйста.
Он смотрел, как она убегает, впервые не зная, что делать дальше. Через несколько минут из-за угла вышел Брастиас и резко остановился, увидев Гвенваеля.
- И?
Гвенваель открыл рот, но сказать ему было нечего, так что он покачал головой.
- А она?..
- Пока нет, но скоро.
Брастиас прислонился спиной к стене, глядя куда-то вдаль. Они с Аннуил всегда были близки, как брат и сестра, которые вместе прошли через ад. Генерал оглядел коридор и внезапно выпрямился.
- А где Морвид?
Гвенваель долго смотрел на мужчину-человека, прежде чем махнул рукой в сторону коридора.
- Подозреваю, в своей комнате.
Брастиас ушёл прочь, и Гвенваель почувствовал, как его сердце разрывается из-за невозможности помочь родным.
Морвид вбежала в комнату и захлопнула дверь, к которой прижалась лбом и, наконец, позволила слезам вырваться наружу.
У неё не вышло, она всех подвела - брата, подругу, племянника и племянницу. Именно она держала кинжал, которым разрезали Аннуил. Мать никогда прежде этого не делала, а Морвид да. Только две роженицы из десяти, которым Морвид помогла, не выжили, их беременность с самого начала была трудной. А Аннуил слишком слаба. Её тело настолько истощилось. У них не было другого выбора, кроме как вырезать близнецов или рискнуть потерять и мать, и детей.
Она знала, что Аннуил сделала выбор. Она поверила тому, что сказала им Дагмар. Но всё это ничуть не облегчало горе от неудачи.
Затем она пришла к Аннуил, когда Фергюс и Гвенваель положили младенцев к их матери. Как и все детёныши, они хотели внимания матери и были раздражены тем, что не получали его, но ещё не достигли того возраста, когда могли бы объяснить, почему. Но Фергюс знал почему, и больше от этого отразилась на его лице. Из всей родни они с Фергюсом ближе всех, и мысль о том, что она подвела его, что подвела его в чём-то столь важном, терзала так, как она никогда не считала возможным.
- Морвид.
Вздрогнув от голоса, донёсшегося из-за двери, она отшатнулась.
- Морвид, открой дверь.
- Мне... Мне нужно время...
- Открой дверь.
Не потрудившись утереть слёзы с лица, Морвид распахнула дверь и быстро отступила, отвернувшись. Брастиаса она тоже подвела. Морвид знала, как он относится к королеве. Аннуил и Брастиас много раз сталкивались со смертью. Ему тоже больно.
- Брастиас, мне жаль. - Она всхлипнула. - Мне так...
Он оказался перед Морвид, обнял и притянул к себе.
- Не говори так, - грубо приказал он. - Ты сделала всё, что могла. А теперь, дорогая, дай волю слезам.
Она так и сделала. Несколько часов Морвид рыдала в рубашку бедняги, пока не отключилась от изнеможения.
Иззи взбежала на один из самых высоких холмов в трёх лигах от Тёмных Равнин и закричала в ночь:
- Что ты наделал? - Не получив ответа, она взревела: - Не смей... Не смей игнорировать меня!
Вспыхнула пронизанная пламенем молния, и Иззи едва успела отступить, когда она ударила у ног.
- Приказываешь мне? - прогремел голос, который она знала так же хорошо, как и голос матери. - Мне?
- Ты должен был защитить её! Я сказала ей довериться тебе!
Появился Риддерх Хаель - отец-бог всех драконов. Он не столько вышел из темноты, сколько стал её частью. Его драконье тело растянулось на несколько миль, а волосы блестели в лунном свете.
Иззи уже трижды видела его так. Семь месяцев назад, когда мать пожертвовала собой, чтобы спасти Иззи, она видела Риддерха Хаеля только во сне. Чаще слышала его у себя в голове. Однако в последнее время всё изменилось. Он появился в первый раз, когда она тренировалась с копьём у одного из озёр. Она попыталась обнять его, но не могла даже надеяться обхватить, поэтому сжала его огромную драконью шею. Они проговорили несколько часов, и Иззи пообещала не рассказывать, что он пришёл к ней в физическом обличье. Но его голос продолжал звучать в голове самым непрошеным образом. Например, в то утро, когда он сказал, что пришло время Аннуил рожать.
Давным-давно она отдала сердце Риддерху Хаелю. А потом отдала душу, чтобы спасти мать.
- Мы все чем-то жертвуем, крошка-Иззи.
- Ублюдок, - отрезала она. - Самый настоящий.
Сверкнув тёмно-фиалковыми глазами, он склонил двенадцати роговую голову.
- А ещё Бог, которому ты посвятила свою жизнь и преданность.
- Моя преданность отдана моему роду. И они - мой род, а ты нет.
- Крошка-Иззи, ты произносишь опасные слова.
- Плевать, потому что моя королева умирает. И виноват ты. - Она вытерла лицо и в этот момент поняла, что плачет. - Я знаю, что ты бог, и мы ничего для тебя не значим. Но просто помни, эти малыши - твоё творение. Никто не защитит их так, как родная мать. Как Аннуил. Никто.
Риддерх Хаель зевнул и махнул ей лапой.
- Иди домой, крошка-Иззи.
Его чёрное драконье тело замерцало и исчезло. И предательство до самых костей пронзило Иззи.
Дагмар стояла перед дверью Гвенваеля, слабо постучав три раза. Так на неё не похоже и не знакомо. Она могла справиться со всем, но не знала, будет ли её визит... уместным? Самое подходящее слово. Единственная ночь вместе не значила ровным счётом ничего.
Но Дагмар беспокоилась о Гвенваеле. Все, казалось, воспринимали ситуацию слишком тяжело. Даже слуги и солдаты. По дороге она столкнулась с, убегающей, Иззи. Дагмар даже не потрудилась её остановить, понимая, что девочка должна сама с этим справиться.
Дагмар знала, Гвенваель любит Аннуил, и чувствовала почти непреодолимую потребность справиться о его состоянии, что казалось абсолютно нелепым. Кроме того, захочет ли Гвенваель такого утешения? Тем более от неё?
Она ненавидела чувства неуверенности и растерянности. Это так на неё не похоже, но, скорее всего, такие моменты случаются у каждого.
Дверь распахнулась, и Дагмар посмотрела на лицо Гвенваеля.
- И долго ты собираешься тут стоять?
- Я не хотела тебя беспокоить. Просто...
Схватив Дагмар за руку, Гвенваель втащил её в комнату и захлопнул за ними дверь. Затем подвёл Дагмар к кровати и толкнул на неё.
- Перевернись на бок, - приказал он, - лицом к окну.
- Ладно. - Она подчинилась, и сзади прогнулась кровать, когда Гвенваель - одетый - заполз на меха. Он обнял Дагмар за талию и притянул вплотную к себе. Затем положил подбородок ей на макушку, и они просто лежали, глядя в окно, молчали и не шевелились, пока на следующее утро не взошли два солнца.