Для нас с Зуиласом эта связь была гораздо глубже. Чем ближе мы становились, тем крепче была связь — она стала такой крепкой, что мы могли не только слышать мысли друг друга, но и делиться магией.
Слёзы снова застили мне глаза.
— Vayanin?
Я быстро вытерла слёзы:
— Прости.
— Что не так?
— Всё в порядке, — вот только это была ложь, и он это знал. — Я просто думала… наши души были связаны благодаря инферно и это… хотелось бы мне, чтобы мы этого не утратили.
Он опёрся локтем о столик, уставившись на меня:
— Тебе нравился инферно, потому что наши души были соединены?
— Да.
— Мне нравилось знать, о чём ты думаешь, — сморщился он. — Ты никогда не говоришь мне, о чём думаешь. Я задаю вопрос, а ты отвечаешь: «Всё нормально», но это ложь.
Щёки вспыхнули от смущения. Я знаю, что мне следует быть с ним откровенной, но это так сложно! Особенно, когда я не знаю, как он отреагирует.
— Мне тоже этого не достаёт, — неохотно признался он.
— Только чтение мыслей, а всё остальное тебе не нравилось, — рассмеялась я.
Ужасно хотелось зевнуть, и я задумалась о том, стоит ли поспать ещё пару часиков или нет.
— Может нам всё-таки нужен инферно, — признал он, уставившись на демонические руны в гримуаре.
Я осторожно спросила, не разрешая себе надеяться:
— Ты согласишься снова быть связанным с ним?
Его хвост дёрнулся и ударился об пол:
— В нём хорошо прятаться. С ним проще. Он нужен тебе, чтобы притворяться подрядчиком.
— Но я смогу тобой командовать.
— Мне не нравятся команды по той причине, — скользнул он взглядом по моему лицу, — что ты думаешь, что тебе нужны команды.
Я прикусила нижнюю губу. Несмотря на то что логическая и эмоциональная часть моего мозга знали, что я могу ему доверять, моё подсознание не заботилось о доверии — только о выживании. Подсознание видело в нём хищника.
Сердитый голос Амалии эхом раздался в моей голове. Я вспомнила её слова том, что рано или поздно он причинит мне боль.
— Возможно, — прошептала я, — Возможно я была неправа.
— Неправа?
Потеря инферно сделала меня уязвимой, но только потому, что я полагалась на то чувство контроля, что он мне давал. Без инферно я не была в безопасности — точнее я так думала.
— Возможно я была неправа, думая, что я всегда буду тебя бояться, — во мне загорелась решимость, и я вскочила с дивана. — Зуилас, прижми меня к полу.
— Ih? — моргнул он.
— Хочу посмотреть, напугает ли меня это.
— Я не хочу тебя пугать.
— Я знаю, но хочу проверить, — я провела рукой по одеялу, расстеленному на полу, — Если мне станет страшно, ты остановишься.
— Я не знаю о чём ты думаешь, — прищурившись, взглянул он на меня.
— Давай просто попробуем.
Запыхтев, он встал на колени. Его дёргающийся хвост выдавал неуверенность, но он всё равно протянул ко мне руки. По спине пробежали нервные покалывания, когда он положил свои руки мне на плечи, а в голове начали всплывать сомнения.
Но он остановится, если мне станет страшно. Я знаю, что он остановится. С тех пор как он специально пугал меня, прошло много времени — я даже едва вспоминала эти дни. Его агрессия и моя робость… неужели мы и правда были такими?
Хотя, если быть предельно откровенной, я так до конца и не преодолела свои страхи.
Он толкнул меня, и я откинулась назад. Когда моя спина коснулась одеяла, он положил свои руки по обе стороны от моей головы, а затем уселся на меня, прижав колени бёдрами. Его руки сомкнулись вокруг моих запястий, и, вытянув их над моей головой, он прижал их к одеялу,
Я уставилась на него широко распахнутыми глазами.
Он оценивающе смотрел на меня, раздув ноздри — вдыхал запах, пытаясь учуять страх. В его груди раздался рёв, который затем вырвался из горла.
Моё сердце быстро забилось. Я не могла отвести глаз от его лица, от его охотничьего взгляда.
Он опустился ниже, полностью накрывая меня, прижимая меня к полу. Я чувствовала телом его твёрдые мускулы. Одной рукой он обхватил мои запястья, а другой слегка потянул за волосы, обнажая шею.
Его тёплое дыхание опалило моё горло.
Сердце билось, как сумасшедшее. Тело наполнилось адреналином. Я явно реагирую на него, вот только это не паника, к которой я так привыкла.
— Зуилас? — прошептала я. — Ты чувствуешь мой страх?
Он прижался носом к моему горло и сделал глубокий вдох:
— Нет.
От его низкого голоса по телу побежали мурашки.
— Мне кажется мне немного страшно.
— Это не страх, — он снова сделал глубокий вдох. — Это не запах страха.
— Ты увер…
Его губы сомкнулись на пульсирующей вене.
Я ахнула. Тело буквально наэлектризовалось. Он провёл влажным, горячим языком по моему учащающемуся пульсу, а затем слегка прикусил кожу.
Меня колотило, а из приоткрытых губ вырвался слабый стон.
Он поднял голову. У меня перехватило дыхание от его хищного голодного взгляда. Он прижимал меня к полу. Он держал мои руки. Его рука была в моих волосах.
Он опустил голову и захватил мои губы в плен. Это не было нежно и осторожно. Он настойчиво целовал меня, а затем его язык прошёлся по моим губам, и из меня вырвался громкий стон.
Он жадно, требовательно изучал мой рот. Я даже не могла пошевелиться, полностью поддавшись его власти. Сама мысль о том, чтобы прервать этот поцелуй, была нелепой.
Он слегка оттянул мою голову назад, ещё больше обнажая моё горло. Лёгкие укусы. Нежные посасывания. Скольжения языка. Он спустился вниз, прикасаясь губами к ключице.
Отпустив мои волосы и запястья, он упёрся локтями в пол и скользнул ещё ниже. Его нос пробежался по мягкой ткани моего свитера, а затем уткнулся мне в грудь. Я забыла, как дышать.
Он опустился ещё ниже, нежно поглаживая мои бока, пока его лицо не оказалось на уровне талии — возле пояса джинсов. Он остановился, приподнял голову и его глаза встретились с моими.
Он положил руку на нижнюю часть живота — его пальцы сомкнулись на свитере. Он ждал.
Пульс громко стучал в ушах. Я накрыла своей ладонью его руку и на мгновение заколебалась, но тут же направила наши руки вверх. Свитер поднялся, обнажая кожу.
Его рот мгновенно оказался на моём животе. Губы скользили по мягкой коже, язык пробовал меня на вкус. Он сместился в бок и нашёл губами мои косточки, выглядывающие из-под джинсов.
Его клыки слегка покусывали нежную кожу, а нос зарылся в мягкой впадине. Я задрожала, прикусив нижнюю губу.
Он переместился на другую сторону, одаривая её таким же вниманием, затем скользнул носом по талии. Я подняла свитер ещё выше — ткань собралась под грудью — и он провёл по моим рёбрам. Его руки присоединились к исследованию моего тела. Горячие ладони гладили бока. Пальцы нежно касались кожи.
Когда его нос снова уткнулся в свитер, мои пальцы задрожали. Собравшись с силами, я подняла свитер ещё выше — до подбородка.
Он снова зарычал. Его руки и рот нашли мою грудь, губы заскользили по обнажённой коже поверх спортивного бюстгальтера. Он коснулся эластичного материала, после чего его зубы прошлись по ткани в поисках самой чувствительной точки.
Из лёгких вырвался хрип, и я выгнулась, подставляясь его жадному рту. Он провёл пальцами под полоской ткани и снова издал приглушённое рычание.
— Зуилас! — охнула я.
Он поднял голову. Его глаза светились мягким светом, а зрачки полностью расширились.
— Зуилас, если… — раздался мой прерывистый шёпот, — если бы я была payashē и пригласила бы разделить со мной постель, что бы ты сделал?
Его взгляд прожигал меня насквозь. Рука, сжимающая бретельку, на мгновение напряглась, и я услышала треск ткани.
— Ты не payashē.
— Но, если бы я была ею.
— Я бы сразу же взял тебя.
Моя грудь вздымалась и опускалась, пока я смотрела на него, нависшего надо мной. Багровые глаза, спутанные волосы, твёрдые мышцы под гладкой красноватой кожей. По полу скользил длинный хвост.
Демон. И я хотела его.
— Тогда возьми меня, как payashē, - прошептала я. — Прямо сейчас.
Он заколебался. Его ноздри расширились, и он сделал вдох, чтобы ещё раз проверить мой запах, а затем резко рванулся вперёд. От этого неожиданного движения одеяло, на котором я распласталась, слегка заскользило по полу.
Его рот накрыл мой. Я почувствовала прикосновение, а затем раздался треск рвущейся ткани. Грудь опалило холодным воздухом. Его рука прошлась по моему боку, затем он натянул свитер повыше, заставляя меня выпрямить руки.
Оставив свитер болтаться в моих руках, он скользнул вниз и накрыл ртом мою обнажённую грудь. Я снова выгнулась, одновременно выкручивая руки, пытаясь избавиться от свитера. Он лизал, и ласкал, и покусывал, а я извивалась под ним, задыхаясь и всхлипывая. Его руки скользнули вниз по коже и остановились на талии.
Он подтянул мои бёдра к своим, и я почувствовала его возбуждение. Сердце билось уже где-то в районе горла. Внутри меня разгорался пожар.
Слегка отодвинувшись, он стянут с меня джинсы вместе с трусиками. Пока он разбирался с нижней частью, я наконец выпуталась из свитера и сняла бюстгальтер. Я подняла руки и…
Он схватил меня за запястья, и в мановение ока мои руки снова оказались над головой. Глаза широко раскрылись, рот открылся в изумлённом выдохе, и он прильнул к моим губам. Одной рукой он держал мои руки.
А вторая нырнула мне между ног.
Я снова ахнула, когда его пальцы двигались во мне, гладили меня, исследовали. Затем его рука исчезла — она мелькнула между нашими телами, когда он потянулся к своим шортам.
Он стоял на коленях между моим бёдрами, притягивая меня ещё ближе. Я буквально впечаталась в его бёдра, чувствуя его горячее возбуждение. Он был готов.
Я смотрела на него, прерывисто дыша. Я была абсолютна беспомощна в его руках, которые удерживали меня на полу.
Его глаза сияли ярко-красным светом, зрачки расширились ещё больше (хотя куда уж больше). Его рука, сжимающая мою талия, немного напряглась.
Он притянул меня к себе и медленно вошёл, растягивая и наполняя собой. Он гортанно зарычал и вошёл ещё глубже.