Глава 12
Клэр
Я сидела в «Старбаксе», щеголяя новым загаром и светло-серым платьем, которое девочки выбрали для меня в последний день поездки. Короткое, с глубоким V-образным вырезом, идеально облегающее все мои изгибы.
Джонатану понравится это платье, когда он увидит меня в нем сегодня вечером на нашем свидании. По крайней мере, я надеюсь на это.
Он сказал, что хочет отвезти меня в какое-то особенное место. Оставлял маленькие записочки в моем шкафу, сумочке, даже в машине: «Сегодня будет лучшее свидание, которое у нас когда-либо было». «Нет… Я не собираюсь снова закрывать мост Золотые Ворота… но я могу, если ты этого хочешь». «С нетерпением жду нашей встречи». «Ты — всегда лучшая часть моего дня».
— Мисс Грэйсен? — Моя клиентка прокашлялась, выводя меня из раздумий. — Это все? Нужно ли мне еще что-то подписывать?
— Извините. Завтра утром моя секретарша пришлет вам копию контракта. У вас остались еще вопросы ко мне, мисс Кейн?
— Вовсе нет. — Она встала. — Спасибо, что угостили меня кофе. Это было… по-другому.
Я засмеялась и смотрела, как она выходит из кафе.
Благодаря моим сотрудникам, которые не смогли отключить кондиционер, пока меня не было, вентиляционная система моего магазина сломалась, и мне пришлось перенести все сегодняшние встречи за пределы офиса.
Я просмотрела свой ежедневник, чтобы убедиться, что у меня больше нет встреч на сегодня, и вдруг зазвонил мой телефон. Эшли.
— Привет, Эшли.
— Это Кэролайн. — Она фыркнула.
— Ты звонишь с телефона Эшли, Кэролайн. Откуда мне знать, что это ты? — Я практически видела, как она пожимает плечами.
— Эшли и я хотели бы знать, почему нас не пригласили на твой девичник. Мы приглашены на свадьбу, к тому же подружки невесты.
— Потому что вы не можете отпроситься на неделю из школы, и мои подруги решили, что вам двоим не стоит ехать. И после поездки туда, я абсолютно уверена, что они сделали правильный выбор.
— Точно… В любом случае, я звоню, чтобы сообщить, мы получили твое письмо. Нам нравится и думаем, Джонатану тоже понравится.
— Вы ведь ничего ему не сказали, правда?
— Нет. — Она сделала паузу. — Хотя нам кажется немного странным, что в последние дни мы слышим от него больше, чем от тебя.
— Что? Это неправда!
— Так и есть. Он звонит или пишет нам каждый день.
— И он присылает нам посылки с гостинцами каждый понедельник! — крикнула Эшли на заднем плане.
— Извините. — До меня дошло, что они правы. В последнее время я связывалась с ними всего раз или два в неделю, но мне казалось, что именно это им и нужно. — Я исправлюсь. Клянусь. Буду чаще вам звонить и…
— Нет, нет, нет. — Кэролайн цокнула языком. — Просто пришли нам несколько посылок. Вообще-то, раз уж мы заговорили о посылках… Джонатан кладет нам триста долларов в неделю в свои коробки в дополнение к куче других приятных подарков. Мы обе знаем, что ты зарабатываешь не так много, как он, но достаточно, чтобы давать нам двести долларов в неделю, не прилагая особых усилий. Так что…
Я повесила трубку и отправила им обеим сообщение: «Я люблю тебя».
Смеясь, начала убирать свои вещи. Я почувствовала какое-то движение возле моего столика, и когда подняла глаза, увидела Райана, сидящего передо мной с самодовольным выражением лица.
— Тяжелый денек, да? — спросил он. — Встречалась со многими клиентами.
— Отвали. — Я встала, чтобы уйти, но он схватил меня за локоть.
— Пожалуйста, Клэр. Дай мне две минуты. Большего не прошу.
Я посмотрела в его глаза — знакомые зеленые и серые радужки, которые любила раньше, и увидела мир, полный боли. Я хотела уйти — знала, что должна уйти, — но выражение его глаз заставило меня пожалеть его.
— Две минуты.
— Мне хватит. Спасибо. — Он подождал, пока я сяду, и пододвинул ко мне чашку кофе. — Джонатан Стэтхем делает тебя счастливой?
— Он не заставляет меня плакать, — твердо ответила я. — Я дала тебе две минуты не на болтовню.
— Ты все еще не способна вести со мной светскую беседу?
— С моим дерьмовым бывшим мужем?
Он вздохнул.
— Вполне справедливо, Клэр. Я пытался связаться с тобой в течение последних нескольких недель, потому что… Аманда больна.
— Ну и что? — Я пожала плечами.
— Ну и что?
— Да. Ну и что? Я имею в виду, какое отношение это имеет ко мне?
— Она смертельно больна, Клэр. — Похоже, ему было больно произносить эти слова, и на полсекунды мне стало жаль ее, их обоих. — Она хочет поговорить с тобой.
Что?!
— Зачем?
— Потому что ты была ее лучшей подругой. Ее единственной подругой.
— У нас были и другие общие друзья. Почему она не хочет поговорить с ними?
— Неужели твоя голова засунута настолько глубоко в задницу?
Я встала, чтобы уйти, но он схватил меня за руку и откашлялся.
— Пожалуйста, Клэр. Прости меня. Я не хотел этого говорить. — Он посмотрел на меня так, словно хотел, чтобы я снова села, но я осталась стоять. — Все ваши общие друзья встали на твою сторону.
— Да неужели? Интересно, почему?
— Я не прошу, чтобы вы вместе смотрели сопливые мелодрамы и плакали, и не прошу, чтобы вы снова стали лучшими подругами. Я просто спрашиваю от имени своей жены…
— Твоей жены? До сих пор не могу поверить, что ты можешь произнести это без тени вины на лице. Это отвратительно.
— Я просто прошу тебя увидеться с ней. Может, даже пообедать вместе на следующей неделе? Это одно из ее предсмертных желаний, и я делаю все возможное, чтобы исполнить их все.
— Что?! Да ты в своем уме? — Я фыркнула и оставила его сидеть за столом. Его наглость просто в голове не укладывалась — вести себя так, словно я была обязана ему или Аманде, как можно даже просить меня сделать что-нибудь для них.
Я вышла из магазина и, раскрыв зонтик, направилась к машине под проливным дождем. Отпирая дверь, почувствовала сильные руки на своих плечах — кто-то развернул меня.
— Избавь меня от своих глупых поступков и перестань вести себя по-детски, Клэр. — Райан встал под моим зонтом и схватил меня за руки.
— Прости, что? — Мои глаза расширились. Он вел себя совсем не так, как Райан, которого я знала много лет назад — тот Райан никогда не схватил бы меня вот так.
— Райан… я…
— Ты должна мне двадцать секунд, — прошипел он. — Двадцать гребаных секунд, и я собираюсь использовать их все до единой. Ты действительно считаешь, что выйти замуж за миллиардера — это значит ни о чем не заботиться? Думаешь, это сделает тебя лучшим человеком? Это не так.
— А быть лживым бабником, полагаю, сделает, а? Отвали от меня нахрен. — Я подняла колено, намереваясь пнуть его по яйцам, но он схватил меня за ногу и завел ее за свою талию, крепко удерживая ее.
— Серьезно, Клэр? Ты пыталась сделать то, что я думаю?
— Избавить человечество от появления твоего отродья?
— Когда ты успела стать такой сукой? — Его глаза потемнели. — Ты все еще сильно переживаешь из-за того, что произошло между нами? Пять лет назад? У тебя явно все наладилось. — Он взглянул на мое обручальное кольцо.
— Убери от меня свои руки, Райан.
Он не двинулся с места. Вместо этого крепче сжал мою руку и ногу, медленно заговорив:
— Послушай меня, Клэр.
Я хотела плюнуть ему в лицо, но почему-то не смогла собрать достаточно слюны во рту.
— Мы с Амандой переехали сюда, чтобы ездить туда и обратно в Сент-Фрэнсис.
В больницу?
Он кивнул, как будто услышав мои мысли.
— Она подрабатывает в кейтеринге, чтобы отвлечься от предстоящего лечения. — Он вздохнул. — У нее снова опухоль — злокачественная. Мы переехали сюда, чтобы узнать второе мнение, попробовать новое лечение, потому что дома никто из врачей не хочет браться за это. — Его голос дрогнул. — Она просто… она просто хочет увидеть тебя снова, просто на всякий случай. Ты так и не дала ей шанса объясниться.
— Она трахалась с тобой за моей спиной! Нечего было объяснять! — Я снова попыталась вырваться, но его хватка была слишком крепкой. — Слушай. Честно говоря, я не желаю ей зла и как человек надеюсь, что лечение, которое она здесь получает, поможет ей. Однако, лично для меня, вы двое больше не существуете, и ее болезнь не имеет ко мне никакого отношения. Так что, если бы ты мог отпустить меня и вернуться к той жизни, которую построил с Амандой, это было бы здорово. Я дала тебе больше двадцати секунд, большего ты не получишь.
— Она была твоей лучшей гребаной подругой.
— Была — точно так же, как я была твоей женой. Забавно, что одно слово из четырех букв говорит так много, а?
Его лицо покраснело, и казалось, что он был на грани потери самообладания, но вместо этого наклонился ближе, так что мы оказались нос к носу — рот ко рту.
— Перестань притворяться, что тебе все равно, Клэр. Это не так. Я вижу это по твоим глазам.
— Ты тоже больной? Пожалуйста, скажи мне, что тебе назначили несколько ночей в психиатрическом отделении в Сент-Фрэнсис — я слышала, теперь там дают желе. Ты все еще любишь вишневое?
— Все, что тебе нужно сделать, это поговорить с ней пять минут. Это не убьет тебя.
— Убьет. А теперь, пожалуйста…
Я услышала звон разбитого стекла справа от себя — он эхом разносился по ветру и перекрывал шум падающих дождевых капель.
Оглянулась и увидела Джонатана, стоящего под черным зонтом и державшего единственную белую лилию — единственную, которая не упала на землю.
Я убрала ногу с талии Райана, но он все еще сжимал мою руку, прижимая меня к машине. Пыталась отдышаться и найти правильные слова, чтобы объяснить Джонатану, то, что он видел, было просто огромным недоразумением. Но его взгляд говорил мне, что он не поверит ни единому моему слову.
На его лице читались гнев, растерянность, боль. Он посмотрел поверх моего облегающего платья, на позу Райана, на крошечное расстояние между нами.
— Убери от нее свои чертовы руки. Сейчас же. — Я никогда не слышала, чтобы его голос был настолько холодным.
Райан тут же убрал руки и зло улыбнулся мне. Казалось, он собирался сказать что-то грубое, но Джонатан заговорил первым:
— Если ты дорожишь своей жизнью, Хейз, предлагаю тебе убраться к чертовой матери с моих глаз, пока я тебя не убил.