Глава 10
Эддисон
– Давление сто десять на шестьдесят. Пульс пятьдесят восемь, – прозвучал голос надо мной.
Пока я плавала в туманном состоянии между сном и явью, прозвучавший медицинский жаргон заставил меня подумать, что я оказалась в одном из эпизодов «Анатомии страсти»(примеч.: «Анатомия страсти» – американский телесериал о врачах). Я забыла выключить телевизор, когда ложилась спать? Но чем больше я размышляла об этом, тем отчетливее осознавала, что не помнила, как вообще включала его. Если реально рассматривать эту идею, то ни один из голосов не был похож на героев сериала.
Открыв глаза, уставилась на ослепляющую флуоресцентную лампу. Тело было невесомым, словно я плыла на поверхности воды. Только через некоторое время я поняла, что была не на открытом воздухе или в бассейне. Вместо этого меня везли на носилках по коридорам больницы.
Воу. Как я здесь оказалась? Последнее, что я помнила – это автобус. После приступа кашля в дверь моей спальни постучали, и странный кузен Баррета предложил какое-то лекарство. Он божился, что это остановит мой кашель и поможет уснуть, и я, вопреки здравому смыслу, приняла сироп. Выпив рекомендованную дозу, я не прекратила кашлять. Отчаянно желая уснуть, глотнула ещё немного. А потом ещё. Затем пошла спать... или вырубилась. Не уверена.
– Она будет в порядке? – спросил голос, дрожащий от эмоций.
Повернув голову набок, увидела Баррета. Он был бледным, а страх в его глазах был почти осязаем. Мое сердце мгновенно забилось быстрее. Он так сильно волновался за меня?
– Нам просто нужно снизить ее температуру и поставить капельницу. С ней все будет хорошо.
Я хотела сказать Баррету, чтобы он так не беспокоился, что я в порядке, может, небольшое похмелье, но мой язык словно приклеился к небу. Свет стал слишком ярким, так что я закрыла глаза. И уплыла в темноту.
В следующий раз я проснулась от агонизирующего вопля мочевого пузыря. Когда потянулась, чтобы откинуть одеяло, взгляд упал на катетер, прикрепленный к моей руке.
– Что за...
О, да, я была в больнице.
Тихое похрапывание привлекло мое внимание к левой части кровати.
– О, Боже, – пробормотала я, увидев, как Баррет спал в неудобном с виду кресле.
Он так странно наклонил голову, что проснется с ужасной болью в шее. Я удивлялась не только тому, что он остался со мной, но и тому, что мистер VIP не растянулся на кровати. Хотя я не видела Тая, подумала, что он где-то снаружи.
Услышав свое имя, перевела взгляд от Баррета к телевизору на стене напротив.
– Святое дерьмо, – пробормотала я, увидев свое лицо, возникшее на экране.
– Да, Гарри, мы находимся у больницы «Мак-Кинли» в Фармингтоне, где лежит Эддисон Монро. Сегодняшним утром поговорить с нами вышел Пит Чендлер. Он уверил нас, что состояние мисс Монро не критическое и сказал, что она всю ночь пробыла на обследовании, после которого у нее диагностировали пневмонию. Ожидается, что ее выпишут сегодня днем со строгими указаниями отдыха и покоя. Тебе слово.
Я вздохнула от увиденного на экране. Ситуация была очень похожа на кинодраму. Баррет появился в точности, как невероятный супергерой, он ворвался через двери больницы, укачивая меня на руках. Его отчаянный взгляд кружил по отделении скорой помощи, а сам парень умолял кого-то о помощи, и страх в его глазах был мучительно настоящим. Паника в голосе Баррета была преувеличена. Он даже не пытался сохранять лицо перед людьми в зале ожидания. А потом я вспомнила коридор отделения скорой помощи и то, как он тогда выглядел. Тогда он тоже не играл.
Баррет волновался за меня.
Сильно.
Я бы сказала, что узнать о своем диагнозе из новостей, а не от доктора или медсестры, было немного сюрреалистично, но ещё более невероятным было то, что твой фиктивный жених проявлял по отношению к тебе такие чувства – особенно, если ты сама не уверена, что чувствовала то же самое. Пока я смотрела, как он спал, не могла не заметить, каким милым и невинным он выглядел. Конечно, Баррет был все ещё горячим, как ад, но его лицо во время отдыха было таким милым. Его обычные дерзость и высокомерие смыло без следа.
Когда изо рта Баррета вырвался громкий храп, он подорвался и вздернул брови, взглянув на незнакомую обстановку комнаты. Как только он осознал, где находится, парень уперся в меня взглядом. Облегчение немедленно убрало напряжение с его лица.
– Привет, – сказала я с улыбкой.
– Привет, – прохрипел он. Протерев руками глаза, парень спросил, – как давно ты проснулась?
– Недавно.
– Ты всю ночь лежала без сознания.
– Правда?
Зевнув, Баррет кивнул.
– Конечно, я не должен удивляться, учитывая такое количество алкоголя для легковеса, типа тебя.
– Воу, погоди минутку – прошлой ночью я не пила.
– Конечно, пила. Тот сироп от кашля, который дал тебе Саттон был на основе алкоголя.
– Ты, должно быть, шутишь? – у меня расширились глаза.
– К сожалению, нет.
– О, Боже, – прикрыв рот рукой, пробормотала я.
– Прости, что не обратил должного внимания. Если бы я видел, как Саттон предлагает тебе этот мусор, выбросил бы его в окно. Саттона, возможно, вместе с ним.
Я рассмеялась.
– Все в порядке. Мне следовало лучше подумать, прежде чем принимать «лекарство» без какой-либо маркировки от человека, которого я не знаю.
– Когда я прошлой ночью говорил с папой, то настаивал на другой работе для Саттона.
– Это действительно было необходимо? В смысле, он ведь не споил меня, чтобы попытаться воспользоваться или типа того.
Баррет сердито покачал головой.
– Он должен был быть более осторожным. Из-за высокой температуры твое тело могло впасть в шок от алкоголя. Могло быть намного хуже.
В то время, как я не думала, что мое состояние могло быть таким серьезным, решила, что лучше не спорить с Барретом, учитывая, каким непреклонным он был.
Передвинувшись на постели, чтобы лучше его видеть, почувствовала, как мой мочевой пузырь потребовал освобождения, и вздрогнула от боли. Баррет нахмурился.
– Что случилось?
– Эм, я, ээ...
Боже, это было унизительно. Конечно, я делила с Барретом тесные помещения в комнатах отелей или в автобусе, но я всегда могла скрыть зов Матушки Природы.
Из-за моих колебаний Баррет поднялся с кресла.
– Тебе больно? Нужна медсестра?
– На самом деле, мне нужно пописать, – отказываясь смотреть на него, ответила я.
С его лица испарилась озабоченность и в глазах заплясал смех.
– Ты так переживаешь о походе по нужде?
Я сморщила нос.
– Ага, тебе обязательно было назвать это так?
– Ты предпочла бы, чтобы я сказал «помочиться»?
– Мне вообще не нравится никакое название для этого, но в данный момент меня больше всего беспокоит сам процесс.
– У тебя есть два выхода: можешь позвонить медсестре и попросить о помощи, и, наверно, обоссаться прежде, чем та придет, или позволишь мне помочь.
Я вздохнула. Баррет был прав насчет того, что приход сестры займет вечность.
– Ладно. Можешь мне помочь.
Перевернувшись на кровати, я свесила ногу с ее края. Когда пыталась встать, мои ватные ноги начали подкашиваться. Прежде чем я упала бы обратно на кровать, одна рука Баррета обвилась вокруг моей талии.
– Полегче, мисс Независимость. Я здесь, чтобы помочь тебе, помнишь?
– Я подумала, что ты просто хотел понести капельницу.
– Могу понести и тебя и ее.
Поскольку я была слишком слаба, чтобы спорить, то прислонилась к Баррету и позволила ему нести меня и капельницу до туалета. Я молча посетовала на сквозняк, который почувствовала на спине в том месте, где расходилась моя больничная рубашка. Когда мы добрались до двери в ванную, переход через нее стал для нас настоящим квестом. Когда я зависла рядом с сидением туалета, Баррет и не думал отходить от меня.
– Эм, немного приватности, пожалуйста.
Баррет покачал головой.
– Ты сейчас так слаба, а я ни за что не позволю тебе упасть.
О, Боже. Ситуация с каждой секундой становилась все более унизительной.
– Можешь, по крайней мере, отвернуться, пока я буду сидеть там?
Хоть я и могла сказать, что ему не нравилась эта идея, парень кивнул. Как только я увидела спину Баррета, потянула за подол сорочки и опустилась на сидение унитаза, застонав в экстазе. Когда услышала ответное хихиканье Баррета, то снова застонала, но в этот раз от смущения.
– Не могу поверить, что ты видишь меня в таком положении.
– Поверь мне, это сущий пустяк по сравнению с тем, что произошло в автобусе.
– О чем ты говоришь?
Его плечи напряглись.
– Ничего.
– Нет, скажи, что ты имел ввиду.
– Скажем так, из-за сиропа от кашля вкупе с лихорадкой ты вела себя, как сумасшедшая.
Картинки вчерашней ночи в автобусе появились в голове, заставив меня содрогнуться.
– Я пела, да?
– Ага.
О, черт, черт. Я танцевала у Баррета на коленях. Когда я в ужасе завизжала, он развернулся ко мне.
– Что? Что случилось?
Я обхватила голову руками.
– Я только что вспомнила, как клеилась к тебе.
Баррет втянул воздух.
– Я надеялся, что ты этого не вспомнишь.
– Почему? Почему я все это помню? Есть целые ночи вечеринок в колледже, которые я не могу воссоздать в памяти, но нет, изображения скачек на твоих коленях просто обязаны выплыть наружу.
– Ты была довольно разочарованной, когда я отказался взять тебя в клуб «На небесах», – парень усмехнулся.
– Но мы же были в автобусе, – сказала я, взглянув на него сквозь пальцы.
– Да, я тебе так и сказал.
– Я ведь больше ни к кому не пыталась приставать?
Мысль о том, что я терлась о Пита или Эда была ещё более пугающей.
– К счастью, был только я, – он подмигнул мне. – Даже в таком невменяемом состоянии, ты осталась верна мне.
Я с облегчением выдохнула.
– Я – женщина слова. И могла быть под кайфом из-за сиропа от кашля на спирту, но все ещё держать обещания, – я содрогнулась. – Агх, спирт.
– Это несомненно собьет тебя с ног.
– Ты так напивался раньше?
– К сожалению, да. И одного раза более, чем достаточно.
– Поддерживаю, – рассмеялась я.