Глава девятнадцатая

Пирс

Когда я выходил из дома, я не думал о конкретном месте назначения. Я ехал и ехал в никуда.

Хоть Уиллоу и сказала это, чтобы причинить мне боль, я знал, что девушка говорила правду. Мишель обещала свою верность мне, поклялась, что никогда меня не предаст. А потом трахалась с Сетом Борджиа за моей спиной.

Что если это был не он? Тогда кто это был? Я безнадежно усмехнулся. Кто, черт возьми, знал, кто еще это мог быть. Ребенок, возможно, даже не был моим. Ребёнок, которому я радовался.

Я немного подумал о том, кем была Уиллоу, когда я впервые ее встретил. Но мне нужно было быть уверенным, я не знаю, почему. Необходимость знать о ней все была на вершине моего списка дел.

Я выяснил, кем она была наверняка, в ночь перед тем, как принести пиццу домой.

Я дал обещание Мишель, что я найду способ защитить ее маленькую сестренку. Но Ричард не был ничтожным игроком с небольшой властью, у него были связи.

А Сет был горой проблем. Мы оба хотели от нее одного и того же. Он играл роль папы. Носил маску в процессе, и я должен быть плохим человеком, который похитил ее.

Но мы оба хотели ее использовать. К несчастью для него, я собирался быть единственным, кто сделает это. Он был умным ублюдком, расплачивающимся со всеми нужными людьми, чтобы вытащить ее из системы.

Оставить Уиллоу развалиться на части было не самым гордым поступком, но я не мог ее утешить. Не тогда, когда я знал, что нас ждет в будущем.

Когда я вернулся домой, было чуть больше четырех утра. В доме было абсолютно темно, тихо. Я поднялся наверх, в свою комнату, остановился в дверях. Она спала на полу, на том же месте, где я ее оставил.

Ее лицо было опухшим от слез, а волосы были в беспорядке, но она все еще была для меня великолепна. Я поднял ее и положил в постель, поцеловав в лоб, на мгновение, позволяя своим эмоциям, взять верх, желая, чтобы я мог подарить ей весь мир, а не разрушать его. Все было не так просто, мне нужно, чтобы она служила цели, а девушка понятия не имела, что это только начало.

Побродив по дому и собрав все необходимое, я сел и стал ждать.

Я ждал, пока моя измученная спящая красавица, наконец, проснется.

Уиллоу

В мое лицо, казалось, вкололи фунт ботокса. Не то, чтобы я знала, на что это похоже, но я представляла это так.

Вытянув руки над головой, я застонала и перевернулась на живот. Тогда я поняла, что Пирс уложил меня спать. Должно быть, я крепко спала. Обычно, даже легкое прикосновение могло меня разбудить. Немного повалявшись, не знаю, как долго, я осознала, что пришло время расхлебывать кашу.

Я провела время в душе, позволяя горячей воде облегчить боль. Не очень теплая вода не могла облегчить ту, что сидела в груди. После того, как я почистила зубы и вычесала волосы, я натянула спортивные штаны, которые купил мне Пирс, и направилась вниз.

Он стоял с руками в карманах и смотрел в окно. Между нами была кирпичная стена, увенчанная электрической колючей проволокой, и по ней невозможно было залезть.

─ Выпей воды, прими аспирин. Почувствуешь себя лучше.

Он не повернулся, чтобы взглянуть на меня. Мой взгляд упал на стакан ледяной воды на столе.

Сделав шаг вперед, я увидела две маленькие белые таблетки рядом со стаканом. Должно быть, он знал, что я спускаюсь.

Я взяла таблетки и выпила воду, полагая, что худшее, что он мог сделать, это накачать меня.

Сама вода полностью меня освежила.

─ Я дам тебе два простых варианта, Бунтарка, и выбор останется только за тобой.

Он отвернулся от окна и повернулся ко мне. Его кобальтовые глаза скрывали любые эмоции. Он выглядел уставшим, я знала, что он еще не ложился. Я позволила тишине говорить за себя, побуждая его продолжать.

─ На столе лежит брачный контракт. Подпиши его, и в течение одного года я владею тобой. Во всех смыслах этого слова. Мы немедленно начнем готовить тебя и лепить то, что мне нужно.

Пирс остановился и посмотрел на меня. Я уставилась на него.

─ Брачный? Почему?

Я не хотела думать о том, что ему нужно, и что он будет лепить. Мы оба знали, что это не имеет ничего общего с любовью, так что это означало, что он что-то спланировал.

─ Пока я не могу тебе этого объяснить, но я настоятельно рекомендую тебе не возвращаться домой к отцу. Если ты действительно хочешь уйти, на улице тебя ждет машина, которая отвезет обратно. Я больше не буду тебя беспокоить, ─ сказал он, как скучающий продавец автомобилей, не заботящийся о том, что я выберу, в конце концов, потому что все равно получит огромную комиссию.

Я не могла вернуться домой к Сету. Если Пирс говорил правду… Боже, если Пирс сказал мне правду, вся моя жизнь разрушена. Или она уже была?

─ Что ты выберешь?

Он просто позволит мне выйти за дверь и сопроводит меня домой.

─ Никаких подвохов, Бунтарка, ─ я не заметила маленькую ухмылку на его лице. Я уже повернулась и пошла к двери, рукой схватилась за ручку и фактически начала открывать.

─ Однако есть еще одна вещь.

Я замерла, на мгновение, закрыв глаза, прежде чем вздохнула и обернулась.

─ Ты сказал, никаких подвохов.

Я сжала зубы и уставилась на него.

─ Это не подвох. Это я избавляюсь от страховки, которая мне больше не нужна, ─ он небрежно сунул руку в карман и достал ручку. ─ На самом деле это всего лишь телефонный звонок. Если ты уйдешь, твоей сестре не дадут той же… снисходительности. Этот мост должен будет сгореть.

Технические детали и все такое. Ты ведь понимаешь?

─ Откуда мне знать, что с ней сейчас все в порядке?

Сжав дрожащие руки в кулак, я смотрела на него только с ненавистью. Как я могла забыть, что он использует Эбби против меня?

─ Послушай.

Он нажал на несколько кнопок на своем телефоне и поднял его. С того места, где я стояла, я могла видеть, что это видео.

Отойдя от двери, я подошла ближе и увидела, что это был прямой эфир. Эбби сидела на кровати, опустив голову и прижав колени к груди. Она хорошо выглядела внешне, но кто знает, что она пережила внутри. Это была моя вина.

Пирс нажал на кнопку, и изображение моей сестры пропало, когда погас экран. Он посмотрел на меня без каких-либо эмоций, кроме высокомерной улыбки на лице.

─ Что мне нужно делать?

Проглотить свою гордость, и отказаться от свободы ради сестры, было не просто. Я не была такой, как они. Позволить кому-то страдать ─ это будет мучить меня день и ночь. Эбби не заслуживала, чтобы ее в это втянули. Я ненавидела, что плохие люди могут так просто уничтожить невинные вещи.

─ Подписать наш свадебный контракт, ─ он протянул красную шариковую ручку мне, зная, что я приму ее.

─ Ты не тронешь ее?

─ Возможно, я не очень хороший человек, но мое слово закон. С твоей сестрой будут обращаться как с принцессой. Подумай о Рапунцель.

Чертов ублюдок.

─ Почему я?

─ Ты единственная, кто может пройти через все, и я обещал Мишель присматривать за ее сестрой. Всего лишь год. Эбигейл. Или твоя подпись. Я не могу ждать твоего решения весь день, Бунтарка.

Это был не выбор. Это было принуждением и шантажом во всей красе. Он не давал мне выбора вообще. Я понятия не имела, во что я собиралась ввязаться. И я знала, что было огромное количество дерьма, которое он не озвучивал.

─ Значит, ты сломал меня?

─ Нет, Бунтарка, я только начинаю тебя ломать.

─ Будет хуже, чем сейчас? ─ промямлила я, больше для себя, чем для него.

─ Более чем вероятно, ─ ответил он, протягивая мне ручку.

Вырвав ручку из его руки, я щелкнула ею, открыв, и расписалась своим именем.