– А вход, Валентин… вход нашли? А! Вот ведь они… Один, два… пять… – Лешко сообразил, что черные линии с утолщениями на конце, идущие от прямоугольников и овалов словно бы в никуда – это подземные коридоры, заканчивающиеся подъемными стволами. – Что там внутри?
«Попались! – он удовлетворенно усмехнулся. – Отыскалось-таки засекреченное производство! Конец теперь всем вашим транквилизаторам-убийцам, всем вашим «Льдам Коцита».
– Все входы завалены, – сказал биокомп, продолжая показывать схему поверхности Западного континента с темными пятнами подземных пустот. – Роботам не удалось их расчистить. Предварительный анализ показывает, что завалены они несколько тысяч лет тому назад. Уточненные данные передадут позже.
Лешко вдруг показалось, что в кабинете не хватает воздуха, словно здание Унипола каким-то чудом перенеслось в открытый космос.
– Что за ерунду ты говоришь, Валентин? – он с трудом узнал свой осипший голос. – Как это «несколько тысяч лет тому назад»? Ты бредишь, что ли?
– Я воспроизвожу информацию, переданную с планеты Серебристый Лебедь, – ровным тоном ответил биокомп. – Ерунду, по вашему выражению, я говорить не могу. Информацией о бредовых состояниях располагаю, но находиться в таком состоянии не способен.
Лешко лихорадочно дышал, соображая. «Дил-лин… Дил-лин…» – монотонно стучало в голове.
Диллин! То, о чем говорил Леонардо Грег. Древняя цивилизация, переселившаяся когда-то на Серебристый Лебедь… Подземные лаборатории… Дух, отравленный Материей… Антижизнь… Антижизнь, расползающаяся по планете, теснящая все живое… Неужели Грег прав?..
Через несколько минут он все же смог, наконец, вздохнуть полной грудью и немного прийти в себя. Он сел прямо и вновь уставился на экран. От темных квадратов, овалов, прямоугольников и кругов рябило в глазах.
– Ты хоть понимаешь, что все это означает, Валентин? – тихо спросил он.
– Да. Эти подземные полости существуют несколько тысяч лет. Они очень похожи на искусственные образования. Они появились на Серебристом Лебеде до времен Заселения. Следовательно, они созданы не землянами. – Биокомп помолчал и добавил: – Хотя у меня нет данных о существовании других цивилизаций.
– Не только у тебя, Валентин. – Лешко шумно вздохнул. – Откуда Лео мог знать об этом? Ведь он говорил мне об этих подземельях, говорил еще там, в Илионе, на Серебристом… Будто бы это само собой пришло ему в голову на острове Ковача. Откуда он мог знать, а?
– Предвидение будущего, – после короткой заминки произнес биокомп. – Как предположение. Ясновидение, или проскопия, так это называется в парапсихологии. Есть несколько теорий, объясняющих данный феномен, но ни одна из них не является общепризнанной. Кроме того, Эдсоном Дуллимано сделана попытка интерпретации проскопии в рамках волюнтики.
Лешко поднял брови:
– Волюнтики? По-моему, я здорово отстал.
– Это научное направление, учитывающее влияние разума, человеческой воли на процессы, происходящие в природе.
– Каждый день что-нибудь новенькое, – меланхолично изрек Лешко. – Значит, то, что Грег говорил мне о Духе, Материи и антижизни – тоже правда? Значит, антижизнь действительно существует и идет в наступление? И Серебристый Лебедь на самом деле когда-то назывался Диллином?
– Не знаю, что именно говорил вам господин Грег, но, исходя из той информации, которой я располагаю, можно предположить, что его утверждения имеют основание. То есть господин Грег ничего не выдумывает. Он, насколько я знаю, вообще не склонен к выдумкам.
– Это верно. Поясни в двух словах, что значит «утверждения имеют основание». Для меня это очень важно, Валентин.
– В двух словах не получится, но попробую очень кратко. Существует такое аргументированное предположение, что Вселенная имеет форму гиперсферы. Каждый предмет представляет из себя волновую структуру – то, что называется «стоячая волна». Занимая определенное место в пространстве, он одновременно находится во всех точках Вселенной. То же самое относится и к психологическим образам: в каждой точке пространства в латентном, скрытом виде существуют образы и мысли всех людей. И, видимо, не только людей, но и других разумных существ. Согласно этой теории, необходимо обеспечить соответствующую фокусировку и тогда можно обнаружить присутствующие в каждой точке волновые структуры объектов, которые находятся на большом расстоянии от наблюдателя; можно увидеть образы и мысли других людей. Если исходить из этой теории, целесообразно будет выдвинуть как минимум два предположения: либо господин Грег попал именно в точку фокусировки, либо сам способен обеспечивать фокусировку.
– Возможно, – задумчиво протянул Лешко. – Вполне возможно, Валентин. Он ведь видел эту пещеру… Еще до того, как мы прилетели на остров Ковача. Он действительно видел…
– Теория не исключает и возможности искажений, – предупредил биокомп. – Я собирал сведения по этой теме для седьмой группы. Кроме информации, которую можно считать истинной, присутствует и информация ложная. Из-за неточной фокусировки возникает аберрация, и абсолютной уверенности нет. Имеются некоторые противоречия и в самой теории.
– Но пещеру-то он действительно видел… И о подземных лабораториях говорил.
Биокомп почему-то промолчал. Лешко посмотрел в окно: неуютно было за окном, поливал крыши домов и улицы Кремса мелкий занудный осенний дождь.
– Пришла информация с Журавлиной Стаи, – сообщил биокомп. – Подпадает под определение «жалоба» или «протест».
Лешко насторожился:
– Жалуются на нас, на Унипол?
– Господин Карреро из города Мерида-Гвадиана жалуется на действия офицера Унипола Леонардо-Валентина Грега.
– Что-о? А ну-ка, читай!
– Руководству управления полиции Совета Ассоциации Миров, – начал биокомп. – Выражаю свое возмущение преднамеренными антигуманными действиями вашего сотрудника господина Грега в отношении моей жены, госпожи Эвридики Карреро, находящейся на лечении в третьей городской больнице города Мерида-Гвадиана, сорок первый округ.
Лешко слушал биокомпа, непроизвольно сжимая и разжимая кулаки. В конце концов он опять соскочил со стола и начал ходить по кабинету, то и дело криво усмехаясь.