О том, что случилось с ним после, как он прожил остаток дней своих, ничего не могла сказать Пете мать. Посоветовала только сходить к Даниле Кириленко — отцу Петиного приятеля Васи. Он сидел в фашистской тюрьме в Иванкове и, говорят, виделся там с Даниленко.
Что ж, Петр послушался совета, зашел к дяде Даниле. Грустные вести поведал ему отец Кириленко. Не раз водили его на допрос, но один особенно запомнился. Устроили ему очную ставку с молодым Даниленко. Фашистский следователь все допытывался, откуда у хлопца лодка да что делал он за Тетеревом.
— Рыбу ловил, — утверждал Даниленко. — Страсть моя — рыбалка.
Данила подтвердил, что до рыбалки Коля большой охотник и еще до войны днями и ночами пропадал на реке.
— А что за парень был в лодке? — не унимался следователь. — Связной? Партизан?
— Какой партизан? — усмехался Коля, поддерживая рукой разбитую губу. — Наш же, сельский, вместе рыбачили.
Полицай, тот самый, который донес на Колю, с хрипотой кричал, что не раз видел, как Даниленко переправлял партизан на ту сторону Тетерева, но хлопец стоял на своем: на реке он с приятелями рыбачил, помогая прокормиться семье, для того и лодку берег, прятал. Потому как без лодки настоящей рыбалки не будет. Так ничего и не добились у него на допросе. А больше Данила его не видел.
И теперь мучительно переживал Петр, что не смог помочь своему дружку, не выручил его из беды. Ведь удалось же Петру вызволить из тюрьмы свою мать. Забрали ее фашисты. Увезли в районный центр Иванков. Посадили в одиночку. Очень разволновался тогда Петр. Ходил к командиру партизанского отряда, просился на диверсию. Но вскоре понял: непростое это дело. Для налета на тюрьму у партизан нет сил. А один сунешься — сам погибнешь. И мать не спасешь. Надо искать другой путь. И Петр, как тогда ему казалось, его нашел.
Долго бродил он по окрестным лесам и селам, пока не встретил полицая, жившего когда-то у них в Коленцах, а теперь служившего гитлеровцам в Иванкове.
— Послушай, — по-мальчишески дерзко сказал ему Петр. — Ты знаешь, мне терять нечего. Но и ты поимей в виду: если не освободишь мать, на краю света тебя найдем. Отомстим за нее. Меня ты знаешь.
Покосился тогда на него полицай. Ничего не сказал, но и не тронул.
А вскоре узнал Петр: освободили из тюрьмы его мать. Не ведал только он, что здесь сработали иванковские подпольщики. И думал, видно, угроза его подействовала. Вот так бы и с Колей Даниленко. Да прозевал он момент. Сам в то время попал в беду, был ранен при подрыве фашистского эшелона, едва потом снова отряд нашел.
На ком же сорвать теперь свой гнев Петру? Кому отомстить за гибель друзей? Петр поправил ремень автомата на плече. Он хорошо знает, кто его враг. Он сумеет постоять за советскую Родину. Пора в путь. Вот только переправиться бы через реку, посидеть на том берегу, где сиживал когда-то, поджидая знакомых ребят. Петр плотнее прижал локтем автомат к спине, стал торопливо шарить взглядом по берегу, нет ли где лодки…
В тот же день он ушел с войсковым подразделением на запад. Говорят, что в конце войны его видели под Берлином. Он шагал в солдатской каске с автоматом через плечо.