— Посмотрим, что ты теперь сможешь сделать! — сквозь зубы пробормотала она.
Удивительно, но в ту же ночь на том месте, где была сожжена фея, посреди тихого пустынного луга, вырос дворец с золотыми колоннами.
С того времени, как ведьма сожгла золотой лотос, царевич потерял покой. С вечно нахмуренными бровями, в подавленном настроении бродил он по дворцу. Его огорчало, что жена день ото дня становилась все более жестокой и злобной. Она уже не была такой нежной и изящной, как сразу после их свадьбы. Она словно стала другим человеком. Чем дольше царевич оставался дома, тем более усиливалась его досада. Поэтому он завел привычку, взяв с собой конюха, разъезжать по окрестностям.
В тот день он тоже поехал на прогулку. Отпустив узду, царевич предоставил коню самому выбирать путь. Сзади следовал верный конюх. Незаметно они приблизились к дальнему пастбищу. Их взгляду открылась поразительная картина: посреди луга стоял огромный сияющий золотой дворец. Блеск его соперничал с блеском снегов на горных вершинах.
Царевич не мог понять, явь это или сон. Повернувшись к конюху, он спросил:
— Чей это дворец? Он столь прекрасен!
Конюх и сам не знал, что сказать.
— Мой господин, несколько дней назад, когда я пас здесь коней, на этом месте не было ничего кроме тростника и диких трав. А теперь тут возвышается девятиэтажный дворец. Ни один человек не в силах сотворить такое. Тут не обошлось без колдовства!
Конюх говорил и говорил, и уже сам испугался до смерти. Он попытался уговорить хозяина немедленно повернуть обратно. Но царевич спешился и, наказав конюху ждать, пошел ко дворцу. Когда он подошел поближе, перед ним выросло множество разноцветных цветов. Они мягко покачивались на ветру, как будто приглашали гостя войти.
У ворот сидели две свирепые тибетские гончие размером с теленка. Сверкая глазами, они уставились на царевича. Тот оробел и не смел сдвинуться с места, боясь, что псы сразу же бросятся на него. Но гончие не выказывали ярости. Напротив, они завиляли хвостами. Царевич призвал всю свою храбрость и, пройдя мимо собак, стал подниматься по лестнице в верхние покои.
Внутри было тихо и пустынно, не видно даже тени человека. Он поднялся на первый этаж дворца, но и там никого не было. Царевич все больше удивлялся. Почему в таком большом дворце никто не живет? Он решил разобраться, в чем тут дело, и поднялся на следующий этаж, затем еще на следующий, и так дошел до девятого этажа.
Там, в молитвенном зале, в полном покое сидела прекрасная фея. Когда она заметила царевича, ее губы шевельнулись, словно в попытке что-то сказать. Но фея не промолвила ни слова, лишь опустила голову в глубокой печали.
Царевич от изумления словно прирос к земле. Он подумал:
— Я уже видел эту красавицу раньше. Ее лицо кажется таким знакомым … Но почему я не могу вспомнить, кто она?
Какое-то время в зале царила тишина. Потом девушка спросила:
— Мой господин, вы больше не узнаете меня?
Царевич прислушался к ее мелодичному голосу, который показался таким близким и знакомым … Вдруг он словно пробудился ото сна.
— Великий Будда, ведь это Дролмакид! — подумал царевич.
Но тут же им овладели сомнения. Дролмакид ведь осталась дома, как же она может быть здесь? Быть может, это злая колдунья, принявшая облик феи?
Увидев его сомнения, красавица проговорила:
— Мой милый, я — Дролмакид, прежняя Дролмакид.
Царевич еще больше поразился, глаза его широко раскрылись.
— Неужели это правда? — вопросил он.
— Да, я на самом деле твоя жена Дролмакид, — ответила без колебания фея.
С рыданиями она поведала мужу о том зле, что причинила ей ведьма. Слезы катились по ее щекам, как жемчуг разорванного ожерелья. Рассказ поразил царевича в самое сердце, и он расплакался вместе с ней. В конце своего повествования Дролмакид сказала:
— Наши беды в прошлом. Теперь мы будем жить счастливо и никогда не разлучимся.
— Неудивительно, что мне казалось, будто моя жена стала другим человеком, ведь это была ведьма, принявшая облик Дролмакид, — подумал царевич.
Сердце его вспыхнуло от гнева. Он хотел немедленно отправиться в царский дворец, дабы наказать ведьму и отомстить за Дролмакид.
Фея, однако, оставалась спокойной. Она сказала:
— Незачем искать ведьму, она сама попадется в ловушку и получит по заслугам.
А теперь вернемся к конюху. Он ждал весь день, но царевич не появился. Бедняга перепугался до смерти и не мог долее ждать. Вскочив на белого жеребца, он примчался к царскому дворцу, побежал к ведьме и закричал:
— О, Ваше Высочество, на дальнем пастбище мы нашли дворец, построенный с помощью колдовства. Царевич вошел в него и исчез. Он, должно быть, заколдован!
Ведьма, конечно, поняла куда больше, чем конюх. Она была уверена, что тут не обошлось без волшебства Дролмакид. От злобы у ведьмы волосы встали дыбом, зубы заскрежетали от ненависти. Оттолкнув конюха, подобно вихрю помчалась она на пастбище, где стоял дворец. С этажа на этаж карабкалась ведьма, но, достигнув девятого этажа, оступилась, полетела вниз и разбилась насмерть. Дролмакид, заранее зная, что ведьма непременно явится во дворец, проделала дыру в полу самого верхнего этажа. Ей оставалось только ждать, когда западня захлопнется.
Царевич позвал людей сложить погребальный костер. Тело ведьмы сожгли, и от нее остался лишь пепел. А молодые супруги счастливо жили в золотом дворце до самой старости.
Перевод С. Комиссарова.