Глава 57
Кейт вопила от ужаса и так тяжело дышала, что подавилась собственной слюной.
Часть ее личности, которая хотела выжить, пробилась сквозь панику и заставила думать. Все жертвы молили своих убийц о милости. Всегда молили. Каждый раз. Но это никогда не помогало. Убийцы хотели, чтобы жертвы умоляли, кричали и рыдали от страха. Если что-то и могло ее спасти, то уж точно не мольбы. Бездействие означало смерть для нее и для Джека.
Это было сложно, но она прекратила умолять Виктора.
— Твоя камера отрубилась, — просипела Кейт.
Он замер, так и не успев сделать первый надрез, и хмуро посмотрел на нее.
— Что?
— Твоя камера только что вырубилась, — сказала Кейт, задыхаясь от слез. — Наверно, сдохла батарейка. Твои зрители все пропустят.
Виктор заслонил глаза от света лампы, пытаясь разглядеть камеру. Кейт могла различить мигающий красный огонек, но по какой-то причине он этого не видел. Или просто испугался, что она может оказаться права.
Виктор поднялся и пошел к камере.
Руки Кейт были крепко примотаны к старому деревянному стулу, но ничто не сковывало ее обнаженные ноги. Маньяк хотел, чтобы ее ноги были свободны, когда он будет их отпиливать. Хотел, чтобы она боролась и била его — ему нравилось, когда жертва сопротивляется.
Пока Виктор возился с камерой, бормоча проклятья и проверяя, работает ли она, Кейт взмахнула ногами и на мгновение поставила стул на передние ножки. Она еще раз с силой качнулась и нырнула вперед. Ей удалось встать на ноги. Стоять приходилось внаклонку, к ее спине был примотан стул, но все же она стояла. Гравий на полу впивался в ее голые ступни.
Она вспомнила, как действовал Джек.
Больше не колеблясь, она собрала все свои силы и рванула через комнату к камере. В последний миг она подпрыгнула, закинув правую ногу за шею Виктора, и резко крутанула свое тело вокруг ноги.
Инерция повернула его голову. Удар и ее вес тянули Виктора на землю, и в то же время Кейт поворачивалась вокруг своей ноги, крепко обхватывавшей его шею. Она почувствовала хруст позвонков, а потом они рухнули на пол.
Кейт лежала на боку, хватая ртом воздух, и ликовала.
Не желая тратить время попусту, она высвободила ногу и встала, а потом побежала спиной вперед к стене и ударила об нее стул. Дерево затрещало. Она еще дважды ударила в стену, и стул сломался. Сиденье вывалилось, но ее руки по-прежнему были примотаны к уцелевшей спинке.
Кейт пробежала через комнату и упала на колени возле ножовки рядом с Виктором. С третьей попытки она кончиками пальцев перевернула ножовку зубцами вверх. Зажав край ножовки между коленями, Кейт оседлала ее и стала водить по лезвию скотчем вокруг запястий. Надрезав свои путы достаточно глубоко, она дернула руками и разорвала скотч. Через несколько минут она окончательно освободилась.
Кейт сняла с ноги жгут, надела носки и джинсы, а потом поспешно обулась. Она не желала тратить ни секунды на празднование победы и вместо этого открыла крышку на боковой стороне камеры, достала SD-карту и сунула ее в карман. По пути через комнату она вытащила из заднего кармана небольшой фонарик, подаренный Джеком.
Кейт приоткрыла дверь, осторожно выглянула и, никого не увидев, выскользнула наружу. Свет не горел, и незнакомое место тонуло в темноте. Судя по тому, что ей удалось осветить фонариком, она находилась в подвале. Натыкаясь на откатные стальные двери, она сдвигала их в сторону. Кейт отчаянно металась по подвалу, открывала ворота с цепным приводом, осматривала грязные комнаты и склады в поисках Джека. Ее страх все нарастал.
Бегая по пустому подвалу, она начала догадываться, что Джека нет в этом здании. Это была скотобойня Виктора, а Джека держали не здесь.
Кейт блуждала по огромному, мерзкому и запутанному лабиринту. Перегородки из пластика сбивали с толку, она никак не могла найти лестницу или выход.
Наконец, Кейт наткнулась на окно под потолком, забранное решеткой. Снаружи виднелся темный переулок и угол мусорного бака. Окно было слишком высоко. Кейт озиралась в поисках того, что можно подтащить к стене, но ничего подходящего поблизости не было.
Она не знала, что делать, ее снедало отчаяние. Она сползла вниз по стене и уронила голову на руки, плача от ужаса за Джека. Как ей его отыскать? Как она собирается ему помочь?
Пораженная внезапной идеей, она достала одноразовый телефон, который дал ей Джек. Девушка уставилась на телефон, рыдая и пытаясь собраться с мыслями, а потом нажала на первый номер из быстрого набора. Вытерев слезы тыльной стороной запястья, она слушала телефонные гудки. Один, второй… Кто-то взял трубку.
— Да? — послышался голос.
— Пожалуйста, помогите мне! Мне нужно поговорить… с… Дворой! Мне нужна Двора! Это чрезвычайная ситуация!
— Назовите код.
— Я не знаю кода! Не знаю! — выкрикнула Кейт, яростно сжав кулак. — Джек Рейнс в беде! Его убьют! Мне нужна помощь!
— Назовите код.
— Да не знаю я никакого кода! Я только слышала, как Джек назвал имя Дворы Ар… дальше не помню.
— Кто это?
— Кейт Бишоп! Я Кейт Бишоп! Это я заметила террориста с бомбой в аэропорту О'Хара! Джек тогда вызвал подмогу по этому номеру! Умоляю вас, они собираются убить его. Мне нужна помощь. Пожалуйста, помогите мне… пожалуйста…
— Оставайтесь на линии.
Прислонив телефон к уху в ожидании ответа, Кейт расплакалась от незнания, собираются ли ей помочь и в состоянии ли они это сделать.
— Это Двора Арци, — резко сказала женщина.
Кейт вскочила на ноги.
— Я Кейт Бишоп! Помогите мне! Они собираются убить Джека! Мне нужна помощь! Умоляю!
— Джека?
— Джека Рейнса!
— Это вы сообщили, что увидели человека с бомбой в аэропорту О'Хара?
— Да! Он садился на самолет Air France. Я его увидела и сказала Джеку. Он позвонил вам.
— Какая это была бомба?
Кейт вцепилась в свои волосы, с трудом подавляя гнев.
— Бомба была внутри этого человека… зашита в брюшную полость. Когда вы разговаривали с Джеком, я описала вам террориста и сказала, что бомба внутри него.
— Я помню вас, Кейт. Что случилось? Расскажите мне.
Кейт вскрикнула от облегчения и вытерла нос, собираясь с мыслями.
— Мы с Джеком приехали в Нью-Йорк и отправились в отель. Нас накачали наркотиками. А потом я очнулась в подвале, привязанная к стулу маньяком, который собирался отпилить мне ноги.
— И как вы спаслись?
— Свернула этому ублюдку шею. Мне удалось освободиться, но я не знаю, где я. И не знаю, где они держат Джека. Тот маньяк сказал, что они убьют Джека.
— Вы знаете, кто такие «они»?
— Думаю, это женщина по имени Шэннон Блэр, редактор Джека. Мы приехали в город, чтобы встретиться с ней по поводу новой книги.
Последовала небольшая пауза.
— Ладно. Кейт, я хочу, чтобы вы внимательно меня слушали. Сможете?
— Да, — сказала Кейт, всхлипнув. — Просто помогите мне найти Джека, пока его не убили. Прошу вас.
— Это я и хочу сделать. Не вешайте трубку.
— Так начинайте действовать! Хватит болтать со мной, сделайте уже что-нибудь!
— Я уже делаю, Кейт. Доверьтесь мне.
Голос женщины звучал спокойно и собрано. Кейт кивнула, по ее лицу текли слезы.
— Отлично. Что мне делать?
— Вы хотя бы представляете, где находитесь?
— Нет. Я в подвале какого-то большого здания. Я очнулась, примотанная скотчем к стулу.
— Ладно, оставайтесь на линии, чтобы мы могли вас отследить.
— У этого телефона нет GPS.
— Неважно. Мы уже подключились к нему. Вы видите поблизости дверь? Можете найти выход из подвала?
Кейт кивнула, озираясь в темноте.
— Я попытаюсь.
— Не вешайте трубку. Даже если я не отвечаю, знайте, что я остаюсь на линии. Я пытаюсь помочь. Не вешайте трубку.
— Хорошо, не буду, — с облегчением сказала Кейт, идя по коридору.
Вдоль одной стены шли трубы. Кейт следовала за ними сквозь темноту, ее маленький фонарик освещал ей дорогу. Фонарик Джека.
Джек должен быть в порядке. Просто обязан.