Глава 10
Грон вывел Рут из деревни. Рядом был небольшой пруд, куда он отведет ее в первую очередь. Чуть дальше располагалось большое озеро, в которое впадала река, но идти было далеко, а Грон не хотел рисковать. Они только что вернулись в племя. Он подождет, пока они более-менее обустроятся, и он успеет расспросить о каких-нибудь племенах или странниках в округе, после чего уведет Рут. Им нежелательно сталкиваться с незнакомцами.
Пруда будет достаточно, к тому же там было тихо. Его племя редко нуждалось в нем.
Пока они шли, Рут делилась с ним маленькими кусочками еды, которую доставала из своей сумки. Он обязательно принесет ей еду и водяные плоды, растущие у пруда, радуясь, что в лесах его племени они росли в изобилии, и им не придется испытывать нужду, как раньше. Грон шел, прислушиваясь к доносившемуся с деревьев пению птиц, оно его успокаивало.
Пруд был маленьким и найти его было трудно, пришлось бы сойти с тропы и пройти густой подлесок. Его скрывали огромные валуны, наполовину скрытые в тихой, темной и обманчиво глубокой воде. Вода была чистой после ночного дождя, хотя на поверхности плавали опавшие листья.
Грон снова повернулся к Рут, чтобы показать его ей, подождав, пока она высвободится из лианы, после чего она оскалила зубы и обошла его. Какое-то время она с подозрением изучала воду, окуная в нее свои пальцы, но поскольку он не остановил ее, она положила свою сумку на один из камней, откуда бы могла дотянуться до нее, и начала снимать ткань со своего тела, робко глянув на него.
Грон не спускал с нее глаз, пока она не зашла в воду, потом забрался на деревья, чтобы быстро собрать для них несколько водяных плодов, сбросив их на землю, чем заставил Рут подпрыгнуть от неожиданности. Она рассмеялась, увидев, что он висит высоко над ней, и помахала рукой. Она натирала кожу белой пеной, но, похоже, наслаждалась этим, поэтому Грон решил, что это не опасно.
Когда он вернулся с едой, Рут сидела на одном из камней, натирая пеной ноги и ступни. Каким-то образом ей удалось закрутить волосы и приподнять их так, что ее шея и плечи были обнажены. Она походила на сон, на дух, на неземное, сверхъестественное создание, каковым, по мнению Грона, она и являлась. Он понятия не имел, откуда она взялась, она просто предстала перед ним и околдовала.
Она была необычайно красива. Набрать для нее самцов не составит труда. Сложнее будет найти достойных.
Она посмотрела на него и снова поджала губы, выводя его из транса. Он предложил ей фрукты, и она выбрала те, что хотела, на этот раз поедая их без колебаний. Он проткнул для нее водяной плод, и она отпила из него, после чего жестом предложила ему тоже поесть.
Она сказала что-то, чего он не понял, коснувшись его руки, но он отвлекся на каплю розоватого сока, медленно скользящую мимо водяных дорожек на ее груди.
Рут проследила за его взглядом, и ее лицо запылало. Она взяла одну ягоду и протянула ему, позволив откусить кусочек, зажатый между ее пальцами, затем прижалась к нему губами, чтобы насладиться вкусом сока с его губ. Она отстранилась и выбрала для себя еще пару ягод, съела одну и проделала что-то странное со второй. Она сдавила ягоду так, что сок пролился красной струйкой ей на грудь. Рут перевела красноречивый взгляд на Грона, обвив его руками за шею и прижавшись к нему грудью.
Грон не нуждался в большем поощрении. Он действовал инстинктивно, не раздумывая, не прерываясь и не удивляясь. Ее тело подсказывало ему, чего она хочет.
Его губы сомкнулись на ее коже, и она ахнула, когда он очистил ее своим языком. Он слизнул длинную струйку, подмахнув сок кончиком языка, затем позволил нежному давлению ее рук притянуть его ниже, к своей груди. Несколько красных капель подчеркивали манящую наготу ее полностью обнаженной кожи, и он слизнул их.
Он не был дураком, он прекрасно понимал, что дело не в том, чтобы очистить ее от сока. На это у него ушло не так много времени, но Грон не остановился, вместо этого глядя на ее лицо, пока дразняще кружил языком по ее соску. Он переместил руку к ее талии, чтобы удержать. Рут учащенно дышала, застонав, когда он наконец накрыл ее сосок, захватив его во влажный, жаркий плен своего рта.
Может это и выходило за рамки того, что было принято в его племени, но он угождал своей Королеве, не в силах отказать ей в удовольствии. Самец делал все, что хотела его Королева, гордясь и упиваясь этим. Грон накрыл рукой другую ее грудь и нежно огладил ее, именно так, как ей нравилось. Она раздвинула ноги, когда он опустился перед ней на колени.
Ему пришло в голову, что, возможно, причина, по которой она наслаждалась прикосновениями к своей груди, заключалась в том, что она хотела детей. Если это правда, то Грон сделает все, что в его силах, чтобы стать тем достойным самцом, кто подарит их ей. Его будоражила мысль о детях, похожих на Рут.
Что-то привлекло его внимание к деревьям, возможно движение или какой-то тихий звук, но он внезапно насторожился, резко повернул голову и увидел наблюдающего за ними Крану.
Грон зарычал.
Хотя не должен был этого делать. Когда Королева дергала самца за хвост или притягивала к себе, это было счастьем, в этом не было ничего постыдного, ни в том, чтобы наблюдать, ни в том, чтобы за тобой наблюдали. Грон много раз в своей жизни видел спаривание, как Граста или его мать получали удовольствие от своих самцов. Это делалось в открытую, делилось с племенем, независимо от того, были они Связаны или нет.
Но он все равно не хотел, чтобы Крану наблюдал за ними. Возможно, потому, что Рут не была Королевой Крану, а Грон и его брат формально принадлежали к разным племенам. Может, именно его странное собственничество и ревность к Рут вынуждали его скрывать ее удовольствие от Крану, словно оно принадлежало только Грону. А может он подозревал, что Крану хочет стать Связанным и рассматривал Рут, как одну из своих возможностей, но Грон понимал, что его брат был высокомерным и требовательным самцом, который не подойдет Рут и сделает жизнь Грона, как его брата-партнера по супружеству, невыносимой.
Пока за ними наблюдал его брат, Грон чувствовал, что удовольствие, которое он разделял с Рут было своего рода представлением, каким-то образом оскверняющим их близость, будто Крану уже встал между ними.
Рут проследила за его взглядом, но увидела Крану только тогда, когда тот спрыгнул с дерева на землю, приземлился на ноги и медленно встал. Она вскрикнула и попыталась прикрыться, подтянув ноги к груди.
Грон встал лицом к Крану и пошел ему навстречу, чтобы другой самец не смог приблизиться к Рут. Он услышал тихий всплеск, когда его Королева, по-видимому, скользнула обратно в воду, чтобы спрятаться за валунами.
— Крану, чего ты хочешь? — спросил он, понимая, что ведет себя агрессивно без всякой на то причины, но не желая приветствовать брата рядом со своей Королевой.
Крану мельком глянул на него, но его внимание по-прежнему было сосредоточено на пруду за плечом Грона, где пряталась Рут.
— Что ты делал? — спросил он.
— Служил моей Королеве, но это тебя не касается. Ты следил за нами? — ответил Грон, возмущенно размахивая хвостом.
Крану хмуро посмотрел на него, сердито хлестнув хвостом.
— Все племя пользуется этим прудом, Грон, — произнес он. — Зачем мне было следить за вами?
— Чтобы увидеть Грут. Понаблюдать за нами и узнать, что Связанный самец делает для своей Королевы. Вероятно, ты надеялся, что я оставлю ее одну и ты сможешь подойти к ней. Решение Грасты тебя не устроило, а ты ведь не привык признавать свое поражение.
Крану приподнял верхнюю губу, обнажив свои клыки.
— Я знаю, что делает Связанный самец, Грон. Наши родители не такие застенчивые, как ты. Но ты не служил ей. Я не знаю, что ты делал. Насколько я могу судить, подражал младенцу.
Грон старался не показывать своих клыков и не угрожать Крану. За годы юношеского соперничества он понял, что это не сработает. Крану всегда вступал в драки, особенно с Гроном. Он мог часами провоцировать своего брата, пока Грон не срывался и не набрасывался на него с кулаками, вот только в конечном счете оказывался в грязи, а Крану с торжествующим видом удалялся. На стороне Крану всегда были рост и возраст, а также моральное превосходство. Грон дрался только тогда, когда не мог сдержаться, но Крану сам выбирал битвы и заканчивал их на свое усмотрение. Это была одна из самых раздражающих черт в его характере.
Грон старался не поддаться на уловку Крану. Ему пришлось напомнить себе, что его брат настроен против него враждебно, потому что у Грона наконец появилось нечто особенное, чего не было у Крану, и он завидовал.
— Не твоего ума дело. К тебе это не имеет никакого отношения и знания эти тебе не потребуются, ни одна Королева тебя не выбрала, — ответил он, не в силах удержаться от словесной атаки на брата.
Его слова попали точно в цель и задели за живое, потому что Крану больше не пытался заглянуть ему за спину и отыскать Рут в пруду, вместо этого сосредоточившись на Гроне.
— Граста объявила, что вы двое Связаны. Ты, наверно, счастлив, что тебя похитили и подарили Королеве. Нет сомнений, что она Королева, раз Связала тебя Узами. Это все меняет. Королевы не делятся своими племенами, но с ее появлением, как ты думаешь, скольким самцам захочется большего, нежели обслуживать Грасту, не имея ни положения, ни статуса? Грут уникальна, она слаба и зависима. Ей нужны самцы, способные позаботиться о ней и не дать погибнуть, это даже дураку понятно. Она сможет Связать их, подготовить к спариванию, но она не сможет доминировать над ними. Сейчас ты защищаешь ее, оберегаешь, но если тебя не окажется рядом, ей придется взять других самцов, чтобы заменить тебя, самцов, которые знают свое место, в отличие от тебя. Ты всегда был странным, а теперь еще хочешь дать понять, что будешь ее единственным самцом? На всю жизнь? Ты знаешь, что этому не бывать. Обманываясь, ты наживаешь себе врагов в племени. Врагов, которые найдут причину избавиться от тебя, чтобы у Грут было племя, в котором она нуждается.