Бен выпрямился и отодвинул меня за плечи, чтобы видеть лицо. Когда мы встретились взглядами, он смягчился, напряжение вытекло из него, как вода из разбитой чаши.
-А ты осуждаешь меня?
-Нисколько. Мучая меня физически, он старался как можно больнее ранить тебя, — я легла на подушку, глядя на Бена.
-И у него получилось, — он сжал в руке край одеяла до белизны костяшек.
-Ты бы ничем мне не помог, — качнув головой, шепнула я.
-Но я дал слово, что он больше не дотронется до тебя!
-Мы не могли знать, что Том способен на такие игры с разумом. Твоей вины в случившемся нет. Ничьей вины нет. Разве что я оказалась не настолько крута, как все считали.
Бен скривился, давя в себе порыв гнева. Я провела кончиками пальцев по его щеке. Справившись с эмоциями, он прерывисто выдохнул и подался вперед. И прижался губами к моим губам. Я ответила на поцелуй — отчаянно, жадно, дрожа всем телом. Его руки сдавили меня в объятиях, согрели, подарили ощущение безопасности. Весь мой страх смыло волной тепла и трепета.
Мягко разорвав поцелуй, Бен отстранился и охватил меня руками, как больного ребенка. Моя голова покоилась у него на плече, а он перебирал волосы пальцами.
-Ты нас напугала. Я думал, что потерял тебя.
-Моркх запретила Тому убивать меня — только увечить. Рано или поздно ему надоело бы это унылое занятие.
-Но мы-то не знали об этом, — снова голос его сквозил злостью.- В любом случае, он причинил тебе страдания. Том заслуживает смерти за единственный волос, упавший с твоей головы. Мой брат набрал силу, которой у него прежде не было. Этим он хотел уесть меня. Но только подкрепил уверенность в том, что назад пути нет. Он сам сжигает мосты и бросает вызов. И он ответит за то, что совершил. Вот только через что еще нам придется пройти прежде, чем я доберусь до него?!
-Как ему удалось заманить меня в этот проклятый дом? — запрокинув голову, я посмотрела на Бена.
Он нахмурился.
-Они долго и тщательно расшатывали твой самоконтроль, чтобы сделать уязвимой. Последним ударом по щитам стала смерть Лорелеи. Душевная боль… ослабила их. Том и его покровительница нашли брешь в твоем сознании и просочились в нее, как паразиты.
За ширмой послышался шорох, похожий на шелест крыльев. Мы повернулись на звук. Шаркнув подошвами и тактично обозначив свое присутствие, из-за нее вышел Стэнли. Как всегда с доброжелательно-непроницаемым выражением лица. На нем была фиалковая рубашка, черный трикотажный жилет контрастировал с ее насыщенным цветом. И подчеркивал невообразимую красоту глаз. Волосы, темные и отливающие синевой, как воронье крыло, были разделены на косой пробор и зачесаны набок. Он держал руки в карманах черных потертых джинсов. Кожаные туфли настолько блестели чистотой, что в них можно было увидеть свое отражение. Любой другой в подобном наряде смотрелся бы, как школьный учитель, но только не Стэнли. Он выглядел элегантно и стильно. Это как раз тот случай, когда не одежда красит человека, а наоборот.
Главный Фамильяр неторопливо подошел к кровати и остановился, глядя на меня.
-Именно так все и было, — в его бархатном голосе прозвучала нотка горечи, но на тщательно контролируемом выражении лица это никак не отразилось.
-Ты подслушивал? — с улыбкой спросила я.
Возмущенно хмыкнув, Стэнли вскинул брови.
-У меня здесь дверь в стене, — он достал руку из кармана и небрежным жестом указал в сторону ширмы.- Я пришел справиться о твоем здоровье, но услышал голоса и решил не беспокоить.- Он обошел кровать и обвел палату беглым взглядом: — Как тебе комната?
-Я всем довольна, Стэнли. Спасибо. Теперь я тебе жизнью обязана.
-Друзья должны выручать друг друга, — загадочно произнес он и пристально посмотрел на меня. И я смогла увидеть то, что он до этого момента пытался скрыть под маской — скорбь, сострадание и чувство вины.- Сожалею только, что не пришел раньше.
-Я бы не посмела тебя упрекнуть, — смутилась я.- Но, все же, как ты меня нашел?
-У меня везде есть уши и глаза. Даже по ту сторону реальности, — он выдал улыбку — пустую, как электрическая лампочка.
-А рука? Как тебе удалось излечить ее?
Он небрежно пожал плечами.
-Что тут скажешь?! У меня множество скрытых талантов! А если серьезно, то тебя исцелила Верховная Ведьма. Я всего лишь обеспечил уход и достойные условия пребывания в госпитале. Только владычице под силу задавить черную магию, поселившуюся в живом теле. В ее власти остановить необратимый процесс, разъедающий сущность мага. А ведь именно это с тобой и происходило. Том постарался от души, — запнувшись, он поморщился и посмотрел на Бена.- Или что там у него вместо нее?!
Бен холодно хмыкнул, но ничего не ответил. Они поняли друг друга. Из всего, что мы выяснили о Томе, можно было заключить: он — вселенское зло. Я хотела бы возразить, но оказалась вынуждена признать, что так и есть. И добавить еще одну ложку дегтя в бочку… дегтя — у Шермана старшего появился иммунитет к моей крови.
-Где же эта пресловутая Верховная Ведьма? Я хотела бы отблагодарить ее, — я перехватила взгляд Главного Фамильяра.
-У тебя очень желчная интонация, — с ухмылкой отметил Стэнли.- Но уверяю, скоро тебе представится возможность встретиться с владычицей лично. Там, за дверью, — он вновь указал в сторону ширмы, — томятся в ожидании твои родственники. Один из них, тот, что повыше и понаглее, грозился Тому Шерману брюхо вспороть. Мне пришлось запереть его в здании, посадить под арест, чтобы не накосорезил.
-Ты все правильно сделал, — улыбнувшись, сказала я.
Тихо хлопнула дверь. Мы замолчали. Из-за ширмы выглянул Коул.
-Позволь им войти, — не оборачиваясь, сказал Стэнли.
Маг кивнул и исчез, а уже через минуту в палату вошли Мишель и Джош. Увидев их, я испытала двойственные чувства. С одной стороны, была рада, что с моим братом и сестрой все в порядке, но с другой…. Было горько и неприятно от того, как они на меня смотрели. Я больше не улыбалась. Сглотнув, отвела глаза. Мишель изо всех сил старалась вести себя непринужденно. Даже изобразила кислую улыбку. Она была одета в лиловую блузку свободного кроя и синие джинсы. Волосы ее в свете солнца отливали темным медом и кудрями рассыпались по плечам. Джош стоял у нее за спиной и смотрел на меня с болью в глазах. Он не пытался притворяться, что все в порядке. Чем лишний раз напомнил, что я не с гриппом свалилась на больничную койку. На нем была белая футболка, поверх нее красная толстовка на молнии и с капюшоном. Снизу — голубые джинсы и белые кроссовки. По-пижонски стильные, с красными шнурками и фирменной символикой. От этой мысли изнутри обдало теплом — хоть что-то не менялось в нашей жизни. Но вот окружающие краски поражали яркостью, будто с глаз пелена спала, и мир раскрылся в полном своем великолепии.
Посмотреть прямо на сестру или брата не хватало самообладания. От них веяло таким сочувствием, что во рту появился вкус горечи.
-Не надо, — шепотом попросила я, рассматривая свои руки.- Не пытайтесь залезть в мою голову.
-Об этом можешь не беспокоиться, — тихо отозвался Джош и обошел Мишель.- Мы все видели, пока ты спала.
Мишель открыла рот, но не смогла вымолвить и слова. По ее щеке скатилась слеза. Сжав кулачки, она шагнула к кровати, но остановилась. Одернула себя — выпрямилась и быстрым движением стерла влажную дорожку тыльной стороной ладони.
-Мишель, прекрати, — чувствуя, что у самой глаза наполняются слезами, взмолилась я и посмотрела на нее.- Я ведь в порядке!
-Я видела, какой тебя сюда доставили, — заикаясь, пробормотала я.- И это зрелище останется со мной надолго.
-Не нужно вспоминать. Так будет легче всем.
В дверь постучали. Снова из-за ширмы появилась голова Коула.
-Мадам Ффрай пришла, — сообщил он нейтральным тоном.- Она хочет осмотреть Эшли.
-Да, конечно, — нахмурившись, разрешил Стэнли.
В комнату вошла миниатюрная женщина, похожая на фарфоровую куколку. Она остановилась у изножья кровати и смерила присутствующих безучастным взглядом. А мы уставились на нее, забыв о приличиях. Кожа у мадам Ффрай была цвета слоновой кости, длинные волосы ниже пояса — золотисто-пепельные. Маленькое круглое личико, аккуратный, слегка вздернутый носик и алые губы бантиком. Аметистово-бирюзовые глаза, обрамленные кружевом сверкающих ресниц, выдавали в ней фею. Ростом с подростка, она была хрупкой и изящной. Пурпурное платье в пол, расшитое разноцветным бисером, подчеркивало тонкую талию и узкие плечи. Вскинув подбородок, фея подошла к шкафу и открыла створки. Пока она звенела флакончиками с зельями, мы хранили молчание. Выставив их на тумбу, она зажгла благовония в глиняной чаше и выпрямилась. Вновь обвела всех пустым взглядом и достала из ящика бинты и чистую миску.