Глава 19
— Как тут все заросло, — пробормотал Сой, оглядываясь. — А ведь чуть больше года назад еще жили люди.
Ханар сотворил два поисковых заклятия, одно на наличие в деревне живых, а второе на присутствие остаточных магических следов. Первое, спустя две минуты подтвердило, что деревня пуста, а вот с магией все обстояло куда сложнее.
— Побудьте здесь, — проговорил Ханар, слезая с лошади и передавая поводья мальчику, который тоже спешился, — Какие-то слабые магические импульсы есть в центре деревни, хочу взглянуть поближе. Лета, ты тоже останься.
Девушка никак не среагировала на слова мага, даже седло не покинула, лишь нервно оглядывалась по сторонам. Она не могла объяснить, почему вдруг стало так неуютно, едва они выехали из-под тени деревьев. Да, вид брошенных домов, вряд ли бы способствовал радостному настроению, но сейчас казалось, что беспокойство, накатывало откуда-то извне.
— Ханар, — окликнула девушка чародея, заметив, что тот уходит, — Ты по осторожней, а то тут как-то… Словно мы опять в лесу с призраками, только шепота не слышно.
Маг чужого присутствия не ощущал, но предпочел довериться спутнице, в конце концов, в прошлый раз она оказалась права.
— Хорошо, — быстро кивнув, пообещал маг и начертал защитный круг, огородив замерших лошадей, детей и Лету, посчитав, что лишним не будет.
Потом достал из сумки пишущий шар, заговоренный прадедом, и, активировав его, подвесил над плечом, не спеша двинулся вниз с пригорка. Дойдя до тропки, что некогда была центральной улицей, Ханар вытянул перед собой руку ладонью вверх и активировал поисковое заклятье, более узкого действия, настроенное непосредственно на остаточную магию.
Полупрозрачная, подсвеченная по краям алым, стрелка появилась на ладони мага, замерла острым концом, указывая направление. Чародей, повинуясь ее указаниям, дошел до небольшой площади, вытоптанной так, что даже сейчас почти не заросшей, в центре которой возвышался колодец. Крыша покосилась, ворот с цепью почему-то отсутствовали. Ведро обнаружилось рядом с колодцем, на его деревянном боку нашла себе пристанище семейка грибов-гнильцов.
Ханар обошел верхнее каменное кольцо по кругу, но острый кончик стрелки четко показывала на колодец. Маг перегнулся через край, вглядываясь в дышащую влажным холодом тьму. Стрелка, повинуясь приказу, оторвалась от руки, нырнула глубже в колодец, заскользила ниже, бросая алые блики на стенки, и остановилась напротив металлического кругляшка, размером чуть больше ладони, закрепленного в кладке.
— Амулет, — пробормотал себе под нос маг, перегнувшись через край колодца еще больше, пытаясь лучше рассмотреть знаки, нацарапанные на самой железке и вокруг нее.
— Топиться надумали, господин Наритан, или просто искупаться? — поинтересовался возникший как всегда буквально из воздуха ассасин, — Если второе, то полностью поддерживаю. Погодка, как говориться, способствует: птички поют, цветочки цветут, солнышко светит, пчелки жужжат. Красота! А вот если первое, то тут я категорически не согласен, Вы мне нужны живым и здоровым!
Ханар особо не вслушивался, мысли его были о том, что это за амулет и как до него добраться.
— Веревка есть? — поинтересовался маг у наемника.
— Ну, вообще да, — в глазах Крима плясали озорные искры, — но вешаться я вам тоже не позволю!
Чародей вздохнул инедовольно глянул на наемника, но легкость настроения того не уменьшил. Крим, все так же улыбаясь, вытащил откуда-то из складок одежды моток тонкой веревки из паучьей нити и протянул магу. Получив желаемое, Ханар обвязался вокруг пояса и отдал свободный конец ассасину.
— Подстрахуй. Я не знаю, какое заклятье там вшито, но когда закончу с амулетом и будет все нормально, дерну за веревку два раза, тогда вытаскивай меня. Если кто-то появиться в приделах двадцати шагов, вытаскивай. Если из колодца повалит дым любого цвета или разольется свет — вытаскивай. Если оборвется веревка, хватай детей и беги как можно дальше. Только, умоляю, за мной не лезь ни при каких обстоятельствах!
Крима так и подмывало что-нибудь сказать, слишком у мага был серьезный вид, но он смолчал, лишь кивнул, принимая инструкции чародея к сведенью.
Черная макушка скрылась за краем колодца, но не прошло и минуты, как веревка дважды дернулась, давая понять, что пора тащить обратно.
— Что-то забыли, господин Наритан? — не скрывая ехидства в голосе, усмехнулся Крим, едва Ханар выбрался.
— Нет, почему бы? — маг, чьи мысли занимали совсем другие проблемы, насмешки в словах наемника не заметил, — Я уже все.
— Да неужели? — всплеснул руками Крим, наблюдая, как маг переползает через каменный бок колодца, — А такие инструкции давали!
— Ну, я же не знал, какое заклятье использовали жрицы Хаоса, — вполне серьезно, опять не ведясь на подначку, ответил маг.
— И? — нетерпеливо спросил Крим.
— Амулет паники, — сказал Ханар, показывая серебряный кругляш, чуть меньше его ладони, всю поверхность которого в хаотичном порядке покрывали разноцветные камни. — Заклятье схоже с тем, что я применил на жителях деревни Малая кость. Только здесь его устанавливали в расчете на более длительный период, поэтому действовало оно медленнее, постепенно выживая одну семью за другой, и направляя их в Малую кость. Сейчас амулет можно не опасаться, камни силы, что питали его все это время, тусклые и не прозрачные — разрядились!
— Можно ехать дальше, здесь больше делать нечего! Встретимся на Старом тракте у озера, — проговорил Ханар, направляясь в сторону оставленных спутников.
— Как скажете, господин Наритан, — наемник отвесил шутливый поклон и исчез в зелени кустов.
Когда чародей подошел к детям и Лете, девушка почему-то не спешила накидываться на него с расспросами. Ханару даже как-то стало обидно, что ли, и тем не менее он рассказал об амулете и показал магический кругляш. А затем запер остатки магии талисмана, завернул его в тряпочку, выуженную из недр сумки, и убрал поглубже.
— Сой, показывай дорогу к Старому тракту, — напомнил Чародей, — ты сказал, что сможешь.
Мальчишка кивнул и не особо уверенно направился в обход деревни, вновь углубляясь в чащу леса.
***
После Сосновки лес стал практически непроходимым: дорога сузилась до тропинки, которая петляла между поваленных деревьев, заросшие мхом, огибала завалы из бурелома и разломы в земле. А вскоре даже это напоминание о том, что здесь когда-то ходили люди, растворилось, поглощенное травой и мелким кустарником.
Кое-где ветки опускались слишком низко, деревья вставали непроходимой чащей, и путешественникам приходилось спешиваться, вести какое-то время лошадей в поводу. Оказавшись в очередной раз у такого препятствия, Ханар предложил устроить пятиминутный привал и перекусить, припасами из деревни.
— Место не лучше и не хуже остальных, — проговорил он, оглядевшись, — А как скоро мы выйдем из леса, судить не берусь.
Ханар выбрал одно из двух поваленных деревьев, сел и принялся медленно пережевывать кусок вяленного мяса, запивая его водой. Задумчивый его взгляд, поблуждав по полянке, остановился на Сое. Мальчишка съежился, пытаясь понять, почему господин Наритан так долго и пристально разглядывает его, да еще и хмуриться. Может, жалеет, что доверил ему показывать дорогу.
Ханар же размышлял, стоит ли объяснить мальчишке основы магии, хотя бы скрывающие руны. Если бы у девчонки когда-нибудь проснулся дар, Сой замаскировал его явные проявления, силы у него для такого фокуса достаточно. Вот только по закону, Ханар не имел права поделиться с мальчишкой даже такой мелочью, ведь ученицей он назвал Кан. С другой стороны, где еще Сой получит такие знания? В школу магии ему нельзя, а Номэ такому явно не научит.
Маг так ушел в размышления, что едва не свалился с бревна, когда Лета ткнула его локтем в бок.
— Ты чего? — возмутился Чародей.
— Это ты чего?! — воскликнула девушка, — Уставился на мальчишку таким тяжелым взглядом, что он сейчас в буквальном смысле в землю врастет!
Ханар перевёл взгляд на Соя, тот сидел едва дыша. Бледный лоб мальчишки покрывала испарина, пальцы мелко дрожали, едва удерживая надкушенный кусок мяса. Рядом примостилась Кан, бросая из-под длинной челки настороженные взгляды в сторону мага.