— Уважаемый, господин Ханар, — заговорил вождь, едва чародей поравнялся с ними. — Уделите минутку своего драгоценного внимания.
Ханар всерьез обдумывал, пройти мимо или все ж таки узнать, что от него хотят. Шаман его, конечно, здорово обидел, и это урок на будущее — не верить никому, но вождь к этому отношения не имел, не чувствовал маг в нем темных эмоций.
Лета так и шла, не сразу заметив, что маг отстал, и лишь спустя несколько шагов остановилась. От шамана она вышла какая-то тихая, наверное, и ее расстроило некрасивое поведение Номэ. Вот и сейчас замерла, скользнула рассеянным взглядом по заснеженным соснам у дороги, взглянула в небо, зачем-то коснулась губ, покраснела.
«Нет, наверное, мне показалось, с чего ей краснеть», — подумал чародей.
— Господин Ханар? — превлек внимание позабытый вождь.
— Для Вас, уважаемый вождь Хортэ, я господин Норитан, — переведя взгляд на вождя, холодно уточнил маг. — В чем заключается ваша просьба?
— Это скорей предложение, нежели просьба, — в голосе Хорте тоже прорезалась льдистая сталь, — Я слышал, господин Наритан, что из-за помощи нашей деревни, Вы были вынуждены отклониться от выбранного пути и сильно задержались.
— Вы правы, уважаемый вождь Хортэ.
— Это, — мужчина обвел стоящих рядом, — лучшие проводники нашей деревни. Они тоже собираются в Перекрестье, договариваться насчет провизии и могут взять Вас с собой. Только им известен кротчайший путь, он не самый простой, но на месте Вы будете уже сегодня вечером.
— В таком случае с благодарностью приму предложение, — кивнул Ханар. — Кстати, весна наступит в течение недели и будет очень бурной. До свидания, уважаемы Хортэ.
Ханар поклонился, прижав руку к сердцу, но не ниже, чем требовала вежливость, окликнул Лету, и вслед за проводниками, устремился по еле заметному просвету между деревьями, в сторону ближайшего склона долины.
Дальнейшая дорога прошла без приключений, можно сказать однообразно. Вслед за провожатыми Ханар и Лета спускались местами практически по отвесным скалам, кое-где приходилось использовать веревк, проползали узкими щелями. Разговаривали проводники мало, и в основном между собой, Ханара отсутствие внимание к его персоне более чем устраивало.
Лету остальные мужчины не видели, но привычные к поведению своего шамана, особого удивления не выказывали, когда маг замирал вдруг, глядя вверх, словно ожидая еще кого-то.
Девушка брела, погруженная в собственные мысли, и мало что замечала вокруг.
"И почему меня так взволновал какой-то поцелуй? — думала Лета, карабкаясь вслед за магом на очередной уступ, — Подумаешь, поцеловал, не замуж же позвал!…Я уже встречалась с парнями, так что поцелуй этот у меня не первый. Так почему он меня настолько выбил из колеи?… Блииин, и как они здесь прошли, здоровенные же мужики… Даже мне тесно… Наверное, я просто не ожидала… Или может давно не целовалась… Или может раз я в другом мире его можно считать за первый… Ой, чуть не упала… Надо выкинуть все эти глупые мысли и сосредоточиться на дороге, а не то ай!..»
— Лета, осторожно! — взволнованный Ханар, в последний момент, отдернул девушку от глубокой расщелины. — О чем ты так сосредоточенно думаешь, что вокруг ничего не замечаешь?
— Вокруг? — невпопад повторила Лета и огляделась, и с удивлением заметила, что снега нет.
Первая, еще пока робкая травка пробивалась сквозь прошлогодние листья и иголки; упрямо тянулись вверх стрелки нераскрывшихся бутонов; на ветках зеленели молодые листочки. И везде оглушительно щебетали птицы, точно сошедшие с ума от воздуха наполненного пьянящими запахами весны.
— Будь внимательна, — попросил маг девушку, — мы прошли лишь половину пути.
— Угу, — кивнула та в ответ.
Деревенские прогретые солнцем, яркие лучи которого заливали все вокруг, сменили зимние одежды на более легкие. И Ханар, следуя их примеру, скатал теплую куртку и штаны в аккуратный тюк, и примотал к мешку. Теперь он был одет в плотную темно-серую рубаху с длинными рукавами и высоким воротом, а так же в кожаные штаны. На шею маг повесил медальон в форме черного дракона, обвитого собственным хвостом, с красными камнями на месте глаз.
«А вдруг Номэ ко мне и вправду что-то чувствует, и тот поцелуй был не просто так? — как не старалась Лета прекратить думать, мысли вернулись, едва они снова тронулись в путь. — … Ага, любовь шамана и духа, пока смерть не соединит вас окончательно!… Но мы ведь больше не увидимся, так стоит ли зацикливаться. Он потом еще что-то говорил, но кровь так шумела в ушах, что я почти ничего не расслышала… Блин да сколько можно уже об этом думать! Все прекращай!…А вдруг и вправду!… Не думай… не думай… не думай!…Ух ты, сколько народу! Мы что уже дошли?"
***
К Перекрестью они вышли, как и обещал вождь, когда первые звезды начали появляться на вечернем небе. Поселок не зря носил такое имя, он лежал в небольшой долине между двумя перевалами, и именно здесь сходились множество караванных путей. Но так как половину года дороги были не проходимы из-за снега и распутицы, то оживало поселение лишь с поздней весны и до середины осени.
Человек, попавший сюда сначала летом и за тем зимой, мог решить, что оказался в разных населённых пунктах. Зимой число жителей сокращалось всего до десяти человек, большинство уходило в другие деревни по разные стороны хребта. Там и климат был мягче, да и дороги проходимее, случись что серьезное, до города и местного лекаря добраться проще.
Зато сейчас, когда снега сошли, распутица на дорогах закончилась, а летняя жара ещё не накрыла пыльным покрывалом дороги — Перекрестье наполняла жизнь. Только постоянных местных мастеровых, помогающих с починкой, и работников здесь набиралось до ста пятидесяти человек, не говоря уж про караваны, постоянно курсирующие мимо.
На еще шестерых, пришедших в поселок, никто внимание не обратил. Ну, разве что слегка удивились, что забыл господин маг в компании угрюмых жителей гор, да и то длилось это не больше пары мгновений: кто хлопает глазами по сторонам, прохлопает выгоду под носом.
Посовещавшись между собой, пятеро жителей деревни решили делами заняться завтра с утра, о чем и сообщили магу. Ханар кивнул, попрощался с недавними спутниками, и те направились на постоялый двор «Правое копыто», место среднее, как по оплате, так и по качеству обслуживания.
Чародей же пошел в противоположную сторону. Его ждал «Клык дракона», в котором останавливались лишь зажиточные купцы, владельцы караванов, и с его доходами, делать там было не чего, если бы не одно «но»: хозяин серьезно задолжал магу, и скидка, предоставленная в счет оплаты долга, делала стоимость проживания вполне приемлемой.
Отойдя на пару шагов, маг, вдруг что-то вспомнил, обернулся и окликнул, успевших отойти проводников.
— Сначала в лавку Прола загляните, скажите, что от меня, хорошую цену даст.
Жители деревни в ответ поблагодарили и поспешили к постоялому двору.
***
Несмотря на наступающую ночь, поселок продолжал бурлить жизнью и пениться людскими голосами, только вместо отгоревшего заката, улицы освещали магические фонари. Вдоль дороги, по которой шли Ханар с Летой, размещались различные лавки и лоточки, за которыми стояли торговцы, нахваливающие свои товары.
А еще попадались люди, которые вроде бы ничего не продавали, но идущие мимо часто подходили к ним, когда по одному, когда сразу по несколько человек. Пошептавшись со странным типом, куда-то уходили в его сопровождении, а возвращался тот всегда один.
— Кто эти люди и куда они девают остальных? — практически впервые за все время пути поинтересовалась Лета, и в глазах ее вновь вспыхнул огонек любопытства, — У нас обычно такие странные дядьки предлагают подержанные вещи, золото, ну или девушек очень легкого поведения. А у вас? Собирают добровольную жертву местном дракону на завтрак?
Ханар проследил, куда показывала девушка, улыбнулся и пояснил:
— Видишь ли, в это время года постоялые дворы, практически всегда забиты, свободных комнат нет. И эти люди сдают комнаты тем, кому не хватило мест под крышей гостевого дома, ну или не устроила компания…
— Слишком кусачие клопы или громко топающие тараканы?