– Приюте? Сара никогда об этом не говорила. Не знаю, что и сказать, Дилан. Все это лишь косвенные улики или обычные случайности…
– Возможно, она не рассказывала об этом, так как хотела скрыть от тебя эту часть своего прошлого. Кстати, у Джессики была кукла по имени Кейтлин и бабушка Сара, жившая в Бостоне. Не знаю, как ты, но лично я считаю, что в этой истории слишком много совпадений.
– Ладно, и что теперь? – у Джейка голова кругом шла.
– Привезу Кэтрин, пусть встретится с Сарой. После этой встречи хоть что-то встанет на свои места.
– Неплохая идея. Когда вы сюда приедете?
– К сожаленью, лишь поздно вечером, не раньше. Кэтрин преподает искусство, и она не может пропустить занятия. Сомневаюсь, что сможем выехать раньше шести, и, кажется, путь займет часа три. А что у вас там происходит?
– Мы в квартире Сары. Нашли кучу фальшивых паспортов и свидетельств о рождении на Сару и Кейтлин, – ответил Джейк. – Сара годами выдавала себя за разных людей, и, похоже, она в бегах довольно долгое время.
– Что в некотором роде совпадает с историей Кэтрин?
– Да, может быть. И если Сара – это Джессика, и она действительно росла в приюте, тогда это все объясняет, почему у нее нет родственников. Кроме того, нам это дает определенную точку, с которой можно начать расследовать ее прошлое. Если она была в базе опеки, должны остаться записи.
– Согласен. И еще… я хочу копнуть глубже относительно ее связи с Чикаго. У Джессики там остались соседи, коллеги по работе, друзья. Кто-то должен знать о ней больше, нежели мы.
– Наверное. Кстати, соседка Сары, здесь в Лос-Анджелесе, называет ее Самантой.
– Еще одна личность.
– Да. Ее соседка, кроме этого, рассказала нам, что неделей ранее кто-то пытался напасть на Сару, и это могло стать причиной ее побега. В квартире мы нашли рисунок с изображением нападавшего, и Сара считает, что этот самый парень атаковал ее и в больнице.
– Интересно, Сара случаем не к старой подруге Кэтрин сбегала? – предположил Дилан. – Хотя, кроме загадочной неподписанной записки, Кэтрин сказала, что в течение последних восьми лет она не общалась с Джессикой. В общем, я могу и ошибаться. Поэтому ты особо ни на что не надейся, Джейк.
– Ну, пока все не выясним, будем на связи, ладно?
– Хорошо. Сообщу тебе, как только выедем.
Джейк почувствовал прилив оптимизма, когда закончил разговор с братом. Если бы они могли связать Сару с этой Джессикой, они были бы намного ближе к тому, чтобы узнать историю ее жизни, а главное – почему она исчезла восемь лет назад и в какие неприятности она попала. Может быть, именно в Чикаго все и началось.
Засунув телефон обратно в карман, он еще раз оглядел квартиру. Мог ли он что-то упустить? Сара, например, обратила внимание на скрытое вентиляционное отверстие под ковром. А были ли другие укрытия? Была ли она настоящим параноиком, чтобы спрятать ключи к своему прошлому еще где-то? Ответ на этот вопрос напрашивался сам собой – «да».
Он снова прошелся по квартире, провел руками по стенам, дабы проверить, сможет ли он найти что-то необычное. На него ничего не выпрыгнуло. Джейк вернулся к кровати, к колыбели. Мужчина очень старался не смотреть на детскую кроватку, так как лишь этот предмет мебели в комнате беспокоил его. Хотя он понимал, что должен столкнуться с реальностью лицом к лицу.
Джейк подошел к кроватке, положив руки на поручни. Глядя на матрас, он представил свою дочь, лежащую там со своим одеялом, медвежонком и, конечно же, с большим пальцем во рту, и из-за этого образа от нахлынувших эмоций в горле застрял ком. Он не мог поверить тому, сколько времени прошло с тех пор, когда он в последний раз видел Кейтлин. Теперь она намного старше, разговаривает, ходит, словно маленький важный человечек.
Вспомнит ли она его? Поймет ли, что он ее отец, когда снова увидит? Или он станет для нее незнакомцем?
Его убивала сама мысль, что дочь, вероятно, не узнает его сейчас. Она была вдали от отца почти столько же, сколько была с ним, половину своей короткой жизни.
Сара так много всего украла у него – время, которого он никогда не вернет, моменты, которых никогда не переживет. И он ненавидел ее за это. Но разлука с дочерью скоро закончится. Он вернет Кейтлин, и когда он это сделает, он больше никогда не выпустит ее из виду.
А что касается Сары… Джейк понятия не имел, что будет с ней делать. Ненавидеть ее – когда она ушла, а хорошие воспоминания превратились в плохие – стало легче.
Его взгляд выхватил кусочек ткани под детским одеялом. Отодвинув его в сторону, Джейк был потрясен увиденным – это была свернутая футболка, точнее мужская футболка. Это стало понятно, когда он взял ее в руки, а развернув материал, опешил еще больше, увидев логотип Университета Беркли. Это была его футболка – одна из самых любимых. Сара время от времени посмеивалась над тем, как часто он ее носил. А однажды она даже сфотографировала его в ней, когда Кейтлин после кормления заснула у него на руках. И вот она… его футболка в детской кроватке.
Почему? Почему Сара сложила ее в кроватку Кейтлин?
Хотела ли она таким образом подарить дочери воспоминания об отце, чтобы почувствовала его присутствие в своей жизни? Или он просто цеплялся за соломинку, желая поверить, что Сару волновало само понимание того, как она разлучает отца и дочь?
Что все это значит? Даже если она взяла его вещь по какой-то сентиментальной причине, это уже ничего не изменит. Тем не менее, Джейк поднес рубашку к лицу и глубоко вдохнул, внутренне интересуясь, мог ли он в действительности уловить запах Кейтлин или это просто его отчаянная потребность почувствовать хоть какую-то связь с ней.
Он положил футболку обратно в кроватку и схватился за перила, когда его охватил поток эмоций. Глубоко заглушив боль, Джейк пытался не дать той всплыть на поверхность. Это был единственный способ, к которому он прибегал последние дни, недели, месяцы. И сейчас он не мог позволить боли сокрушить его, не мог потеряться в воспоминаниях. Ведь ему необходимо было найти Кейтлин, и он был так близок к тому, чтобы вернуть собственную дочь. Чертовски близко.
– Я иду за тобой, малышка, – прошептал он. – Я иду за тобой.
Развернувшись, он вернулся к кухонному столу и присел. Взяв в руки набросок человека, нарисованного Сарой, сосредоточился на чертах лица незнакомца. Помимо его темных глаз, все остальное не было столь особенным или запоминающимся. Джейк решил, что нападавшему где-то за тридцать, а может быть, за сорок. Одет как бандит – интересно это его обычный образ или лишь хорошая маскировка? Многочисленные покушения на жизнь Сары привели Джейка к мысли, что тот, кто преследовал ее, был могущественным и полон решимости. Этот парень – он и есть? Или он просто наемник?
Кто бы ни преследовал Сару, похоже, он не собирался сдаваться, даже несмотря на то, что она годами находится в бегах. А если все горести начались еще в Чикаго восемь лет назад? Что же заставило этого человека выследить ее и попытаться убить даже после стольких лет?
По какой-то странной причине до этого момента опасная реальность не трогала его, теперь же она словно ударила под дых. Кто-то хотел убить Сару, и он должен помешать этому не только ради нее, но и ради Кейтлин.
Единственное, что заставило его чувствовать себя немного лучше, – вера в то, что, если бы в руках человека, преследовавшего Сару, была Кейтлин, они бы уже знали об этом. Малышку использовали бы, чтобы добраться до Сары, а значит Кейтлин все еще в безопасности – на данный момент. Но кто знает, как долго это продлится? Плохие парни знали о жизни и прошлом Сары больше, чем Джейк или она сама.
Итак, что дальше? Место работы Сары, подумал он. Она могла там завести себе подругу, которой могла довериться, хотя он и счел это сомнительным. Она жила с ним два года и никогда не рассказывала ему своих секретов. Зачем ей делиться с другой уборщицей историей своей жизни? Тем не менее, это была единственная зацепка, связанная с этим городом. И ему нужна была уверенность, что Кейтлин где-то рядом. Вполне возможно, что Сара могла найти няню, не раскрывая той своих секретов, и эта няня могла быть с ее работы.