В то время как я здесь спокойно отдыхал, однажды вечером, около девяти часов, произошло сильное землетрясение, так что дома в городе зашатались и в течение часа было три толчка, но землетрясение не причинило особого вреда.
Река Уда в течение года даёт мало рыбы, если не считать немного щуки и плотвы, но ежегодно в июне подымается в неё вверх, против течения, из Байкала в громадном количестве некая порода рыбы, которую жители называют омулем. Величиной она с сельдь и доходит по реке не далее окраины города, останавливаясь у обрушившейся горы. Здесь она проводит несколько дней, после чего возвращается в озеро. По реке идёт она так густо одна за другой, что просто трудно поверить. Как мне рассказал комендант этого города, однажды он бросил в воду несколько кусков камня-известняка, которые не пошли ко дну, а так и остались на рыбе. Когда жители хотят наловить омуля, запасаются лишь мешком, рубашкой пли парой полотняных наволочек, идут на берег и вытаскивают уйму рыбы, гораздо больше, чем им нужно.
В Удинске также, к моей досаде, пришлось немало промешкать, пока мои верблюды и лошади не были готовы, и я очень обрадовался, когда 6 апреля смог продолжать путь.
26-го числа этого же месяца прибыли мы сушей к реке Она, текущей с северо-запада и впадающей в реку Уда. 27-го достигли реки Курба, также текущей с северо-северо-запада и впадающей в Уду. Мы всё время ехали по берегу и против течения реки Уда примерно на расстоянии половины её ширины, хотя приходилось часто отклоняться в сторону, но так, чтобы не терять её надолго из виду.
29-го, к моему большому удовольствию, я расстался с этой дикой и пустынной дорогой и добрался до острога Еравна. Я был рад снова прибыть в жилой пункт, так как от Удинска места необитаемы и, кроме того, приходилось переваливать через высокие скалы, что очень утомительно.
В остроге Еравна имеется казачий гарнизон. Здесь также живёт много русских, промышляющих соболя.
В основном эта местность населена язычниками, называемыми конными тунгусами[349]. Это ответвление тунгусского племени, живущего по течению Тунгуски и Ангары. Тем не менее язык их не похож ни на какой другой. Когда кто-либо из них умирает, его закапывают в землю с платьями и луком; сверху кладут камни и воздвигают столб, у которого убивают и кладут его лучшую лошадь. Все они живут охотой на соболя (в этой области попадаются животные с редкостным чёрным мехом), водятся также превосходные рыси и белка почти целиком черновато-серая, которую раньше ловили главным образом китайцы.
На север от острога находятся рядом друг с другом три озера. Каждое из них окружностью более чем в две мили и переполнено рыбой: щуками, карпами, окунями и т. п. Отсюда отходят две дороги в Читинское Плотбище. По одной из них я отправил караван и конвой, которые двинулись на юг, вдоль богатого рыбой озера Шакша и далее через Яблоновые горы. На горах, хотя они и называются Яблоновыми, растут не яблони, а лишь деревья с красными плодами, напоминающими по вкусу яблоки. А я отправился в тот же день со свитой в сорок человек другим, оказавшимся очень болотистым путём, тянувшимся между высокими скалистыми горами; этим путём мы и пришли от Еравны к Телембинскому острогу.
В этом укреплении живёт много русских, которые зимой охотятся на соболей. В этой местности ловят прекрасных чёрных и очень упитанных соболей, лучше которых не найти во всей Сибири и Даурии.
Когда я там ночевал, пришёл ко мне один тунгусский князь по имени Лилюлька. У него были необыкновенно длинные волосы, которые он мог трижды обмотать вокруг плеч. Поэтому он носил их зашитыми в кожаный чехол. Мне было очень любопытно посмотреть, так ли было на самом деле. Поэтому я велел напоить его пьяным и этой любезностью добился того, что он дал разрезать чехол и распустить себе волосы, и я убедился в том, что это были его собственные волосы. Я рассмотрел их очень внимательно и из любопытства взял локоть и померил; к моему изумлению, волосы его оказались длиной в 4 голландских локтя. С князем был его сын, мальчик лет шести, у него были по примеру отца тоже длинные волосы, висевшие на локоть без восьмой по спине. Это языческое племя тунгусов живёт здесь повсюду в горах. Часть их богата, так как занимается ловлей красивых и дорогих соболей, за которые они получают много денег.
Отсюда приходится два дня ехать через очень высокие каменистые горы, тянущиеся с северо-запада на юго-восток. Довольно далеко от них на северной стороне находится источник, из которого берёт своё начало река Конела, в дальнейшем получившая название Витима. Течёт эта река на северо-восток, впадает в Лену, а та — в Северное Ледовитое море. По другой же стороне, примерно в полумиле, за высокими горами, берёт своё начало река Чита, впадающая в Ингоду, или Амур, и далее в Амурское, или Восточное, море.
15 мая я благополучно прибыл в Плотбище, а на следующий день пришёл и караван, которому пришлось испытать немало трудностей, поскольку на лугах загорелась почти вся старая сухая трава, и караван попал в огонь, который опалил лошадям хвосты. Скот стал страдать от бескормицы, и людям пришлось за милю к югу, среди гор, искать ещё не выгоревшую траву, чтобы как-нибудь прокормить бедных животных.
Нам пришлось задержаться на несколько дней в деревне Плотбище, лежащей на реке Чите, отчасти чтобы дать отдохнуть животным и отчасти чтобы сделать плоты, на которых мы могли бы спуститься по рекам Ингоде и Шилке до Нерчинска. Река здесь повсюду мелкая, и на ней нельзя пользоваться никакими другими судами. Что касается плотов, то даже и на них оказалось трудно пройти через каменистые места; в пути два из наших плотов разбились, и нам пришлось немало помучиться, чтобы спасти своё добро.
Когда наконец всё было готово, я велел гнать верблюдов, лошадей и быков через горы в Нерчинск впереди нас. Я же сам с приданным мне конвоем отплыл оттуда 18-го и 19-го прибыл на реку Онон, текущую с северо-востока на юг. Река эта берёт своё начало в монгольском озере и после слияния с Ингодой получает название Шилки.
Вода этой реки очень прозрачна. По её берегам живёт много монгольских орд. Этот дикий народ часто делает набеги через Шилку вплоть до Нерчинска, но это не всегда сходит им с рук, так как они не только встречают отпор, но и сами попадают в плен и получают за разбой по заслугам. Русские казаки в отместку делают частые набеги вверх по Онону, опустошая и уничтожая всё на своём пути.
По милости господней на нас никто не напал, и 20-го числа того же месяца мы благополучно прибыли в Нерчинск. Город этот лежит на реке Нерче, текущей с северо-востока на юг и в четверти часа пути от Нерчинска впадающей в Шилку. Город довольно сильно укреплён, и в нём много металлических пушек, имеется здесь также большой гарнизон даурских казаков, пеших и конных.
Город лежит среди высоких гор, но, несмотря на это, вокруг имеется достаточно ровной земли, чтобы жители могли пасти на ней своих верблюдов, лошадей и рогатый скот. В горах тут и там, за милю или две, имеется хорошая и удобная для обработки земля, где они сеют и сажают зерновых и овощей столько, сколько им требуется.
Живут там на четыре или пять миль вверх по течению и десять миль вниз по течению Шилки многие русские дворяне и казаки, занимающиеся земледелием, разведением скота и рыболовством. В этих горах и вокруг города встречаются прекраснейшие цветы и травы, а также дикий ревень, или рапонтика, необычайной толщины и длины; прекраснейшие белые и жёлтые лилии, и масса крабных и снежно-белых пионов с необыкновенно хорошим запахом, и много других неизвестных мне цветов. Из трав имеются здесь розмарин, тмин, майоран, лаванда, а также в изобилии другие красивые и ароматные растения, мне незнакомые, которые растут без всякого ухода. Плодовых деревьев здесь нет, имеются лишь ягоды: чёрная и красная смородина, малина и т. д.
Язычники, которые издавна живут здесь и являются подданными царя, делятся на две группы: конных тунгусов и оленных тунгусов. Конные тунгусы должны быть всегда верхом наготове в случае, если придёт приказ от воеводы из Нерчинска или если на границе покажутся бродячие татары. Оленные тунгусы должны в случае необходимости быть готовыми выступить пешими и появиться с оружием в руках в городе.
349
Конные тунгусы — забайкальские эвенки, в хозяйстве которых большое место занимало коневодство и разведение крупного рогатого скота.