Только осенью 1876 г. Витковский был возвращен в телеграфный парк и для него началась «совершенно новая и весьма приятная жизнь». Не бросая, по настоянию отца, музыки (фортепьяно), он усердно занялся подготовкой к предстоящим экзаменам для поступления в геодезическое отделение Академии Генерального штаба.
Именно в 1876 г. на службе в 3-м Военно-телеграфном парке, когда ему были поручены занятия по физике в школе при этом парке, Витковский по-настоящему почувствовал свое жизненное призвание быть преподавателем.
Василий Васильевич вспоминает в «Пережитом»: «...Я с жаром готовился к лекциям, составляя заранее не только конспект, но зачастую полный текст каждой предстоящей лекции... Всякую мелочь я старался сперва отчетливо выяснить самому себе, а потом изложить так, чтобы она могла быть понятной моим, вообще говоря, довольно слабо подготовленным слушателям. При упоминании имени какого-нибудь ученого я приводил биографические подробности и помню, с каким вниманием простые солдаты слушали мои повествования о жизни и трудах Франклина, Ампера, Араго и др. » Солдатам, которые были телеграфистами еще до поступления в парк, он преподавал даже французский язык, за что они были очень признательны.
Эти занятия Витковскому дали возможность подГотовйть и опубликовать курс «Военная телеграфия», выдержавший два издания — в 1881 и 1883 гг.
Теперь предстояло самое главное и ответственное — сдать успешно экзамены на геодезическое отделение Академии Генерального штаба, на которое принимали не более пяти слушателей и лишь один раз в два года.
Между тем «нелюбимая музыка» все-таки увлекла Витковского. В течение зимы 1876—1877 гг. он переиграл все фортепьянные пьесы Моцарта, Бетховена, Мендельсона, Шуберта. Видимо, так надо было: музыка великих классиков дарила будущему ученому душевное наслаждение и вдохновляла на размышления. Думать под музыку — явление широко распространенное среди ученых. Так, покойный академик В.Г. Фесенков (1889—1972) как-то говорил автору данного очерка: «Когда мне трудно и нужно подумать, я сажусь за рояль и играю Бетховена».
А для размышлений были серьезные причины — это начавшаяся в 1877 г. война России с Турцией, мобилизация, а значит, и неизбежные для каждого офицера и солдата испытания.
В октябре 1877 г. 10-я саперная бригада, куда входил 3-й телеграфный парк, получила приказ о подготовке к походу. На подпоручика Витковского, с командой в 65 солдат, поначалу были возложены обязанности принять по конской повинности лошадей в Пошехонье Ярославской губернии. Эта поездка доставила наивному и доверчивому молодому офицеру много тревог, огорчений и мучительных разочарований в людях. Он впервые познакомился со взяточничеством, обманом, жадностью в среде и поставщиков и приемщиков лошадей.
Только в июле 1878 г. Витковский был отправлен в действующую армию с маршевой командой в 600 солдат для укомплектования 2-й и 3-й саперных бригад. На Балканах он нес службу в тылу действующей армии. В боях непосредственно ему участвовать не пришлось.
После возвращения в Петербург, перед поступлением в Академию Генерального штаба Витковский в 1879 г., не отрываясь от служебных обязанностей, определился вольнослушателем Петербургского университета — мечта Витковского об университете, которая жила в нем с гимназических лет.
Геодезическое отделение Академии Генерального штаба.
Пулковская обсерватория. Военно-топографическая служба и путешествия (1880—1902)
Alea jacta est! (Жребий брошен)!
Так получилось, что на геодезическое отделение Академии Генерального штаба в 1880 г. поступил только один слушатель — поручик инженерных войск Василий Васильевич Витковский. Между ведущим профессором этого отделения академиком Алексеем Николаевичем Савичем (1810—1883) и его учеником установились особые отношения.
В. В. Витковский в «Пережитом» отмечал: «Занятия у Савича навсегда остались у меня самыми приятными воспоминаниями. Я особенно горжусь занятиями с Савичем потому, что мне довелось быть последним его учеником».
Академик А. Н. Савич в тот период часто прихварывал и поэтому занимался со слушателем-геодезистом в своей квартире. Это были насыщенные глубоким содержанием беседы выдающегося русского ученого-специалиста в области математики и высшей геодезии с достойнейшим учеником. И благодарный ученик впоследствии посвятил свой первый капитальный труд — книгу «Практическая геодезия» светлой памяти А. Н. Савича. Эпиграфом к «Практической геодезии» послужила проникновенная мысль, высказанная профессором Казанского университета П. И. Котельниковым (1809—1879): «Труд — вот истинный ключ от сокровищницы всяческих знаний! Что устоит от его волшебного прикосновения? Счастлив тот, кто с ранних лет приучен к трудолюбию!»
В ноябре 1882 г. за отличные успехи в науках Витковский получает следующий воинский чин — штабс-капитана.
В 1883 г. после завершения теоретического курса геодезического отделения Академии Генерального штаба В. В. Витковский командируется для прохождения практического курса в Пулковскую обсерваторию.
![Василий Васильевич Витковский (1856—1924) img_3.jpg](https://litlife.club/books/311706/read/images/img_3.jpg)
А. Я. Савич (1810—1883)
Это было передовое научное учреждение, равного которому в то время не знала ни одна страна.
Знаменитый французский физик Ж. Био (1774—1862) писал в 1848 г.: «... Ни одно астрономическое учреждение никогда не было так широко задумано, так обдуманно устроено, так богато снабжено, как Пулковская обсерватория... Теперь Россия имеет научный памятник, выше которого нет на свете» [4 100 лет Пулковской обсерватории. Изд-во АН СССР, 1945, стр. 11.]. Такое же суждение в 1847 г. высказал и директор старинной обсерватории в Гринвиче Д. Б. Эри (1801—1892): «...Ни один астроном не может считать себя вполне усвоившим современную астрономию в ее наиболее разработанной форме, если он не познакомился с Пулковской обсерваторией во всех ее особенностях... Я ничуть не сомневаюсь в том, что одно пулковское наблюдение стоит по меньшей мере двух, сделанных где бы то ни было в другом месте» [5 Там же, стр. 11.].
![Василий Васильевич Витковский (1856—1924) img_4.jpg](https://litlife.club/books/311706/read/images/img_4.jpg)
В. К. Деллен (.1820—1897)
Архитектурный облик этой обсерватории, храма Русской астрономии, а затем астрофизики и службы времени, принадлежит А. П. Брюллову (1798—1877), а ее научным оснащением занимался великий русский астроном — академик В. Я. Струве. (1793—1864).
Ведущим научным руководителем Витковского в Пулкове со второго года занятий был профессор Василий Карлович Деллен (1820—1897). Занятия с ним, так же как и с академиком А. Н. Савичем, оставили у Витковского неизгладимый след до конца жизни.
В. К. Деллен поручил Витковскому детально исследовать новый пулковский горизонтальный круг, изготовленный известным в те годы механиком — членом Международного астрономического общества В. Ф. Гербстом (1842—1908). Идея же этого замечательного астрономического инструмента принадлежала, в основном, самому В. К. Деллену. В результате завершения исследования появилась диссертация В. В. Витковского под названием «Пулковский горизонтальный круг».
Немногие диссертации пулковских военных геодезистов удостаивались такой быстрой, как эта, публикации в Записках Военно-топографического отдела (ВТО) Главного штаба [6 Записки ВТО Главного штаба, 1885, т. X, ч. 4, стр. 1—70.]. Работа Витковского была исключением. Содержание ее привлекло внимание не только русских, но и зарубежных ученых конца XIX в.: Р. Шумана, В. Банаха — в Германии; Ф. Канторино — в Италии. Благоприятные рецензии этих ученых были опубликованы в астрономических журналах.
Попутно надо отметить, что, будучи еще в Академии, Витковский в 1882 г. представил А. Н. Савичу свою первую чисто математическую работу «Определение орбиты II кометы 1861 года», которую Савич, называвший Витковского «молодым талантливым поручиком», поместил во второй том своего курса «Астрономия» [7 А. Н. Савич. Курс астрономии. Т. 2. СПб., 1883, стр. 349—357.].