Васильев молчал и думал, как теперь уйти отсюда, пока Хорошилов его окончательно не смешал с дерьмом.
«Дааа, Алексей Саныч, наломал ты дров», – думал майор. Надо было самому эти данные добывать, а не полковника просить. Теперь только и остается, что сидеть и обтекать…
Как теперь объяснишь Хорошилову всю ситуацию? Как докажешь, что майор реально занимается делом, а не ваньку валяет? Сам виноват, не надо было так распыляться перед полковником, нужно было вести это расследование по-тихому. Но стоит отметить, что без помощи своего начальника Васильев ни за что бы не продвинулся так далеко как сейчас. Теперь нужно было как-то выходить из этой неловкой ситуации.
– Сегодня ночью я вычислю этих уродов, – неожиданно для самого себя произнес Васильев.
– Чего? – брезгливо переспросил полковник.
– Павел Петрович, благодаря вам я знаю, как найти наших убийц…
Для начала Васильев решил остудить пыл начальника, уверив того в правоте собственных слов.
– Вы правы, я сильно затянул с расследованием, виноват. Но благодаря вашей помощи я теперь знаю где их искать. Вы не зря добывали эти данные, картина теперь складывается. Остается только кое-что проверить. Мы с Колей этим займемся сегодня же.
– И что у тебя там складывается? – недоверчиво, но уже более спокойным тоном спросил Хорошилов.
– Дайте мне время до утра, а потом делайте со мной, что хотите: увольняйте, переводите. Да я сам завтра напишу заявление, если моя версия не оправдается.
– Ишь, раздухарился, павлин! – тон полковника, несмотря на прежнюю резкость, становился все более мягким, чего и добивался Алексей. – Увольняйте, переводите… Если понадобится – я сам решу, что с тобой делать. Ты лучше скажи толком, что вы там с Ершовым задумали? О чем мне Крылову докладывать?
– Завтра, товарищ полковник, все завтра! – с энтузиазмом тараторил Васильев и встал со стула. – Вы извините меня за мое поведение, но времени мало, нужно прокачивать мою версию прямо сейчас. Спасибо вам огромное за помощь!
– Нет, ты точно с катушек слетел… – с растерянным видом произнес полковник.
– Разрешите идти работать? – бодро спросил Васильев.
– Да иди уже куда хочешь, – с наигранным безразличием проговорил Хорошилов.
Васильев почти бегом вышел из кабинета своего начальника.
Фух… наконец-то отвязался от него. Хреновенько конечно получилось. Теперь полковник точно Васильева за дурачка будет держать, но по-другому от его расспросов было не улизнуть. Главное было замылить внимание Хорошилова, неся всякую ахинею, что собственно майор и проделал в его кабинете. Ладно, будь что будет, сегодняшняя ночь решит его дальнейшую судьбу, в том числе и как полицейского…
Майор так быстро шел к выходу из здания главка, что повернув за угол коридора не заметил поворачивающего прямо ему навстречу генерала Крылова. Васильев буквально врезался в генерала всем телом, и тот сразу устремил недовольный взгляд на невнимательного майора.
– Ой! – растерянно произнес Алексей и, увидев с кем он столкнулся, тут же вытянулся по струнке. – Здравия желаю, товарищ генерал-майор! Простите, не заметил!
Извинившись, Васильев тут же быстро зашагал дальше, показывая, что он действительно спешит. На самом деле он просто не хотел, чтобы генерал начал с ним сейчас беседу. От Хорошилова-то еле ноги унёс, а тут еще и сам начальник МУРа нападет на него с ненужными расспросами.
Майор шустро удалялся, а Крылов продолжал смотреть ему в спину презрительным и подозрительным взглядом…
Васильев вышел из здания ГУВД, сел в свою машину и тут же развернул лист, на котором Хорошилов записал данные с документов о штурме Ховринской больницы.
Так… Тут есть все данные о бойцах ОМОНа, которые участвовали в операции: имена, телефоны, адреса.
Ай да полковник! Даже это узнал! Специально старался для майора Васильева, а тот ему в ответ клоунаду в кабинете устраивает. Нехорошо конечно, но ладно, о совести подумаем позже…
Итак, отряд состоял из восьми человек. Командир – капитан Владимир Морозов, пропал без вести в 1991-м году. Хм, уже первая странность: командир отряда пропадает без вести через год после штурма. Так, идем дальше. Этот погиб в первой Чеченской, этот во второй, этот стал бандитом и погиб в криминальной разборке, этот проживает сейчас в Хабаровске, этот вообще в Германию жить уехал, а этот от инсульта умер недавно совсем…
Просмотрев данные об омоновцах, Алексей пришел к выводу, что большая часть бойцов отряда уже находится на том свете, а еще двое живут очень далеко от Москвы. Получается, что сейчас в столице проживает лишь один человек из того отряда – некий Олег Юрьевич Маврин, 1967-го года рождения, разведен, проживает один, работает охранником в мелком банке. Что интересно, Маврин уволился из органов в звании младшего лейтенанта буквально через пару месяцев после штурма, что тоже очень подозрительно. Надо обязательно навестить этого Маврина и побеседовать с ним в неформальной обстановке.
Васильев взглянул на часы: сейчас пять вечера с небольшим; до встречи с Лещинской и Ершовым еще чуть больше пяти часов. Майор вполне может успеть наведаться в гости к этому Маврину и пообщаться, если тот, конечно, будет дома.
Так, смотрим его адрес: Армавирская, 25. Далековато конечно отсюда, но время пока есть. Как обычно, Алексей решил с максимальной пользой расходовать каждую минуту.
Он завел машину, выехал со двора, проехал через Каретный ряд на Садовое кольцо и двинулся в сторону Люблино, где и жил Маврин.
Глава 13
Входную дверь долго никто не открывал. Алексей уже начал думать, что зря поехал на квартиру к Маврину, предварительно не узнав, дома ли он.
Но секунд через десять за дверью послышалось движение.
– Кто? – поинтересовался из-за двери низкий мужской голос.
– Майор Васильев, управление уголовного розыска, – монотонно ответил Васильев и показал удостоверение в дверной глазок.
– По какому вопросу? – требовательно спросил мужчина, не открывая дверь.
– Маврин Олег Юрьевич здесь проживает? – также безэмоционально спросил Васильев.
– Да, это я. В чем дело?
Олег Маврин не открывал даже после предъявления Васильевым его муровской ксивы. Кого, интересно, может опасаться одинокий мужчина, работающий простым охранником с небольшой зарплатой?
– У меня к вам несколько вопросов. Будьте любезны, откройте дверь.
После этой просьбы бывший омоновец открыл дверь не сразу, видимо, все еще думая, стоит ли это делать.
Наконец замок щелкнул и дверь отворилась. На пороге квартиры стоял мужчина в белой майке и домашних штанах, с седыми волосами, хмурым неприветливым лицом и немного выпирающим животом.
Маврину было 48, но на вид ему было немного больше. Возможно, потому, что этот человек явно частенько злоупотреблял спиртным. Майор за время службы научился определять по лицу человека – часто он выпивает или нет. У Маврина на физиономии были явные признаки пристрастия к «зеленому змию»: напряженная лобная мышца, небольшие складки на глазах и характерные морщины.
– Здравствуйте, разрешите войти? – деликатно спросил майор.
– Ну, проходите, – всё так же недружелюбно ответил Маврин и отошел с прохода в коридор.
Васильев зашел в прихожую и мельком оценил обстановку в квартире. А обстановка была удручающей: на полу лежал всякий хлам, белые обои были ободранными и желтоватыми от старости, потолок был весь в трещинах, у стены стоял древний шкаф для одежды с одной оторванной ручкой.
Все эти признаки были лишним подтверждением, что жил бывший милиционер совсем не богато.
– Куда можно пройти для беседы? – спросил майор у внимательно наблюдавшего за ним Маврина.
– Да хоть на кухню, обувь можете не снимать, – пробубнил в ответ бывший омоновец.
Васильев проследовал за Мавриным на кухню, где небогатая обстановка квартиры еще ярче бросалась в глаза. Такие же драные обои, старые немытые окна, гора посуды в старой ржавой раковине. Потемневшие и местами прогнившие шкафчики для посуды и обычный деревянный стол с грязной клеенкой, усеянной дырками от непотушенных хабариков.