А сзади раздавались выстрелы.
Глава 10
Лошадь оказалась великолепной, хорошо взяла с места и была неудержима. Возможно, одна из пуль зацепила ее, и теперь она гнала, смертельно перепуганная.
Когда Чантри добрался до Тринидада Бакка, был уже поздний вечер, все заведения закрылись, улицы опустели.
Том спешился, отпустил позаимствованную лошадь на все четыре стороны, предварительно шлепнув ее по крупу, и вошел в отель.
В небольшом холле отеля находилось трое мужчин. Один из них, в бухгалтерских нарукавниках, сидел за столом и тасовал карты. Вторым был клерк, он сгорбился над стойкой, что-то писал А третий, в дальнем углу, заслонился газетой.
Когда Том вошел, все оторвались от своих занятий и стали его разглядывать с недоумением и ужасом. Зрелище он представлял собой поистине пугающее.
— Я хочу комнату, — прохрипел Том. — Комнату и немного воды.
— А почему вы пришли в таком виде? — возмутился клерк.
— Меня чуть не убили в горном ущелье. Мне очень нужна комната.
— А есть ли у вас на это деньги?
— Пока нет. Я заплачу потом.
— Тогда подите прочь!
Тома обуял гнев. Он перегнулся через стойку и схватил клерка за рубашку.
— Дай мне комнату! Я сказал, что заплачу!
Из-за спины Чантри послышался голос:
— Дайте же ему, раз он просит. Я ручаюсь за него.
Том отпустил клерка и, ожидая подвоха, обернулся. Из дальнего угла холла, складывая на ходу газету, к нему приближался Спарроу.
— Ну что ж, — неохотно согласился клерк, поправляя безжалостно помятую бабочку. — Пусть будет так, как желаете этого вы, мистер Спарроу.
Скотовод тепло пожал Тому руку и взял у клерка ключ, оставив у того на ладони доллар за беспокойство.
— Пойдемте, молодой человек, там и поговорим, — сказал Спарроу, обнимая Тома за плечи.
Они шли по коридору первого этажа. Вдруг скотовод обернулся и крикнул человеку с картами:
— Мобиль, будь другом, слетай к Сэму Бакэру, попроси, чтобы зашел.
Спарроу провел Тома в номер.
— Располагайся. Снимай мокрую одежду и обсушись, — распорядился он по-отечески. — Не мешало бы чего-нибудь согревающего. Я, пожалуй, принесу выпивку.
Он вышел, поскрипывая сапогами, а Том устало рухнул на стул, прикрыл глаза и несколько мгновений сидел не шевелясь. Потом он стащил с себя одежду, превратившуюся в безобразные лохмотья, вытер мягким полотенцем лицо и руки и завернулся в одеяло.
Спарроу принес бутылку и стаканы.
— Вот. Это вас прекрасно встряхнет. Я не поклонник виски, но в вашем положении это то, что нужно.
Чантри отглотнул виски, переждал чуть-чуть, отглотнул еще. По телу разливался жар.
— Теперь поспите, — предложил Спарроу. — А завтра поговорим.
— Нет, сейчас, — произнес Том решительно. — Утром может быть поздно. — Он сделал еще глоток. — Кто-то пытался меня убить. — И Чантри коротко рассказал скотоводу о Саре и Пауле и о том, как ему удалось спастись.
— Вы их знаете? — спросил тот. — Я — нет.
— Они не здешние, однако им все про меня известно.
— Вполне возможно, эти ребята пойдут по следу лошади и найдут вас. — Спарроу вытащил из кобуры револьвер 44-го калибра. — Вы все еще питаете предубеждение против этих штук?
— Нет, — ответил Чантри. — Уже нет. Дайте мне револьвер.
Фермер изучающе смотрел на Тома.
Раздался стук в дверь.
— Войдите, — пригласил Спарроу.
В номере появился картежник Мобиль и человек чуть постарше.
— Бакэр, — сказал скотовод, — этот молодой человек — мой друг. Ему срочно нужно уехать, а у него, как на грех, нет ничего из одежды и обуви. И требуется это сейчас, ночью. Еще необходим револьвер. Могли бы вы ненадолго открыть свой магазин?
— Да вы с ума сошли, Спарроу! О чем вы говорите! — Бакэр взглянул через плечо на Тома. — Все, что ему сейчас нужно, так это горячая вода и мыло… побольше мыла.
— Я сейчас принесу, — пообещал Мобиль. — И горячую воду, и мыло.
Они оба вышли.
Чантри подтянул спадающее с плеч одеяло, закутался в него поплотнее.
— Мистер Спарроу, почему вы для меня это делаете? — спросил он. — Я никогда не думал, что смогу положиться на вас.
Фермер многозначительно улыбнулся.
— Я ничего не делаю просто так… — Он помолчал и добавил: — В Лас-Вегасе я встретил Коха. Ох, и ненавидит же он вас… Впрочем, на морде у него — красноречивое тому свидетельство… Рассказал о вашей сделке с Френчем Вильямсом…
— Вы знаете и про это?
— Кое-что… Вот почему я и пришел к выводу: вам нужен револьвер. Кстати, у меня есть для вас отличная лошадь…
— Вы полагаете, стрелял Френч? — спросил Том.
— О нет. Вряд ли. Это не его почерк. Он мог бы застрелить вас Б открытую, при свидетелях. В таких случаях у него свой кодекс чести. Он украдет вашу собственность, но сначала победит вас в честной дуэли. И никогда не станет прятаться у скалистого ущелья.
Вошел Мобиль, принес ушат горячей воды и мыло.
— Спокойной ночи, — сказал Спарроу Тому.
Уходя, он что-то шепнул на ухо Мобилю, тот кивнул головой.
Чантри умылся, привел себя немного в порядок.
— Теперь поспите, — посоветовал Мобиль. — А я похожу тут вокруг, постерегу вас.
— Но вы же меня совсем не знаете!.. — обалдел Том.
Мобиль объяснил:
— Я мясник на бойне мистера Спарроу, приехал с ним сюда из Техаса. Кроме того, что я режу коров, делать мне нечего. Спешить некуда. У меня тут, в отеле, своя кровать. Когда захочу, прилягу. Я раскладывал карты — вам предстоит негладкая дорога…
Том лег в постель, спросил:
— Мобиль, вы случайно не знаете таких людей, как Сара и Пауль? — Он подробно описал их и добавил: — Они охотятся за мной. Возможно, идут по следам лошади, на которой я сюда приехал. Кажется мне, что эта коняга куплена или нанята именно здесь. Может, видели ее, здоровая такая, с сединой и тремя белыми чулками, а клеймо похоже на Питифорское. Я видел его мельком, когда отпускал лошадь на волю…
— Да, это наверняка клеймо Хенчи Хазельтона. У него ранчо за городом, там он держит лошадей и мулов, заключает сделки… Я в свое время тоже пользовался этой лошадкой… Ну ладно, спите, а я пройдусь, погляжу вокруг.
Мясник ушел, и в номере наступила гнетущая тишина. Чантри встал, подпер стулом ручку двери.
Небольшое окно, единственное в номере, располагалось в стороне от Тома, и он решился уснуть, закрыв глаза. Никогда в жизни, даже в домашней постели, он не испытывал такого блаженства.
Том спал… На ночной город обрушивался дождь, его мерный шелестящий шум приглушал стук конских копыт…
Мобиль сидел в холле и сосредоточенно раскладывал на столе карты. Вдруг он посмотрел в окно и сквозь струи дождя увидел девушку, пронаблюдал, как она ключом отпирала массивную дубовую дверь дома, что напротив отеля.
Мобиль Каллахан сопоставил факты: двое пытались убить Чантри. Первый злодей — девушка, второй — мужчина. Вот какая-то только что отперла дверь дома и вошла в него. Что будет делать порядочная девушка в такой дождь на улице, да еще ночью? А если это она, то где тот мужчина?
В городе всего один отель, найти приезжего несложно. Убийца, если он не сумасшедший, конечно, не пойдет через парадный вход…
Мясник аккуратно перетасовал карты. Осмотревшись, он заметил, что свет в коридоре потушили, и тут же почувствовал слабый запах масляной лампы.
Мобиль встал, потянулся и шумно зевнул.
— А пойду-ка я вздремну чуток, — сказал он клерку и пошел к себе, нарочно звучно шаркая ногами.
Его номер был первым на правой стороне коридора, а у Чантри — предпоследним на левой. Мобиль отпер свой номер, вошел в него и захлопнул за собой дверь. Спустя несколько мгновений тихонько приоткрыл ее и с револьвером в руке стал через щелочку всматриваться в темноту коридора.
Вскоре до него донесся скрип. Осторожный, вкрадчивый. Напружинившись, как барс перед прыжком, Мобиль отворил дверь пошире и высунул голову наружу.