Одной рукой он опирается на стену рядом с моей головой, а другая расслаблена вдоль туловища. Он поднимает свободную руку, нежно прикасаясь к моему лицу, и я слегка наклоняюсь к нему.
Джейк двигается ещё ближе ко мне, и теперь моя грудь прижимается к его. Он наклоняет голову так, что его рот почти касается моего уха, и я могу слышать его дыхание громче, чем все остальные звуки в этом клубе.
— Что бы ты там ни думала о том, что случилось, прекрати. Всё совсем не так.
А потом он обхватывает губами мочку моего уха, совсем чуть-чуть, но этого достаточно, чтобы мои колени ослабели, а тело сдалось.
Однако Джейк прижимается ко мне и поддерживает, а в это время его рот прокладывает дорожку от моего ушка к чувствительной точке за ним, а потом к шее. И я запускаю пальцы ему в волосы. Рука, которая касалась моего лица, смещается вниз по моему телу, минуя талию и попу, к моим обнажённым бёдрам, и он приподнимает их, а я обвиваю его ногами.
Прижимаясь к этой чёртовой стене.
В этом чёртовом клубе.
Когда вокруг люди.
И я забываю своё собственное имя, потому что прямо сейчас я почти на грани, и знаю, что он тоже. Я это чувствую.
Моя голова немного откидывается назад, и из меня вырывается стон, потому что быть с ним вот так — это настолько ошеломляюще, и физически, и эмоционально.
Это движение он принимает за приглашение, и его поцелуи становятся менее нежными и более жадными. Джейк целует, облизывает, посасывает. Посасывает так сильно, как будто хочет оставить на мне отметину, как будто хочет показать всему миру, что я его. Я и есть. Его, в смысле.
И тогда я тяну Джейка за волосы, чтобы его рот оказался на моём, потому что мне необходимо его поцеловать, а ведь мы даже ни разу не целовались…
— Фига себе!
Рука Джейка мгновенно отпускает мои бёдра, и, придерживая за затылок, он прижимает моё лицо к своей груди.
Он знает, что я смущаюсь.
Я немного поворачиваю голову, чтобы посмотреть, кто нас прервал.
Какой-то незнакомый парень замер прямо на пороге мужского туалета. Дверь уборной открывается, оттуда выходят ещё два парня и врезаются в спину первого. От них несёт травкой.
— Джейк чёртов Эндрюс, — нараспев произносит один из них.
Джейк кивает им, но его лицо ничего не выражает.
— Ни фига себе, чувак, — говорит другой, окидывая меня взглядом. — Поделись огоньком.
Парни проходят мимо, хлопая его по спине и смеясь между собой.
Джейк отстраняется, чтобы я посмотрела на него, и спрашивает:
— Ты в порядке?
Я киваю, слегка краснея:
— Что это значит? Поделись огоньком?
Он смеётся, качая головой:
— Это значит, что они считают тебя горячей штучкой.
— О.
Джейк
Мы провели в клубе ещё час или около того, но я против того, чтобы в пять утра идти домой пешком, так что мы взяли такси.
Я провожаю её до двери, но не хочу уходить, не хочу провести эту ночь без неё.
— Ну… спокойной ночи, — зевая, произносит она.
— Спокойной ночи, — говорю я, наклоняясь, чтобы поцеловать её в висок.
И не двигаюсь, просто стою там, не желая уходить.
Знаю, что облажался, знаю, что между мной и этой девушкой всё очень сложно, но, чёрт возьми, ничего не могу с собой поделать.
Она едва заметно улыбается, перед тем как опустить глаза, и открывает дверь, но не закрывает её.
Кайла направляется в ванную, а я по-прежнему стою там, у двери, наблюдая за ней. Она возвращается, переодетая в пижаму, и залезает в кровать. И за всё это время она ни разу не посмотрела в мою сторону и не произнесла ни слова.
Посчитав это приглашением, я вхожу. Останавливаюсь с другой стороны кровати, начинаю раздеваться и, оставшись в одних боксёрах, ложусь на кровать рядом с ней.
Мы оба лежим на спине, уставившись в потолок.
Она тянется вниз и под одеялом берёт меня за руку, переплетая пальцы.
Я вспоминаю сегодняшний вечер и не могу выкинуть все эти события из головы. Думаю о том придурке, кто он вообще такой, и какого чёрта он покупал моей девушке выпивку.
Я вздыхаю.
Должно быть, она знает, о чём я думаю, раз говорит:
— Джейк, если ты хочешь о чём-то спросить, просто спроси.
— Если ты знала, что я хочу спросить, почему просто сама не сказала?
Теперь её очередь вздыхать.
Она поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня.
— Я не хочу играть в эти игры, Джейк.
Я тоже поворачиваюсь к ней.
— Так не играй.
На этот раз она разворачивается полностью и теперь лежит ко мне лицом, и я делаю то же самое. Наши лица находятся в сантиметрах друг от друга, но тела не соприкасаются.
Между нами только наши всё ещё сплетённые пальцы.
— Его зовут Эндрю. Он ходил со мной в школу. И он лучший друг Джеймса. Он купил мне выпивку, потому что знал, что я обожаю этот коктейль — он сам когда-то меня им угостил.
— Почему ты просто мне всё не рассказала?
— Потому что. Я не знала, как ты отреагируешь, если я заговорю о Джеймсе. К тому же, ты не спрашивал.
— Что он тебе такое сказал? — Я протягиваю руку, чтобы заправить за ушко волосы, падающие ей на лицо. — В какой-то момент ты вдруг стала печальной.
— Он просто сказал, что сожалеет о том, что произошло той ночью, с Джеймсом и с моей семьёй. И то, что его лучший друг мудак, не означает, что и он тоже. Мне стало грустно, потому что он сказал, что будет скучать, когда мы уедем в колледж. Знаешь, ведь мы с ним дружили. И это не должно закончиться вот так просто только из-за того, что Джеймс козёл.
Я делаю глубокий вдох и шумно выдыхаю.
— Тебе стоило просто мне рассказать, — говорю я ей.
— Тебе стоило просто спросить, — отвечает она.
Какое-то время мы оба молчим.
— Я не был уверен, что могу спросить. Я к тому, что есть ли у меня вообще право задавать такие вопросы?
— Кто была та девушка, Джейк?
— Никто.
Молчание.
— Это девчонка из моей школы, дочка тренера. Она стала вешаться на меня, но я отшил её, как только понял, что происходит. Клянусь.
Она вздыхает и двигается ближе ко мне, утыкаясь лицом в мою грудь. А я прижимаюсь к ней.
— У тебя есть право спрашивать, Джейк. Но нет абсолютно никаких причин.
Глава 29
Микайла
— И вот Люси, оказавшись лицом к лицу с этой девицей, хватает со стола первый попавшийся стакан и выливает содержимое на неё, — смеясь, рассказывает Кэм.
— И что же она после этого выдала? Это было чертовски забавно, — добавляет Логан, пытаясь вспомнить.
Как выяснилось, после того, как мы ушли из клуба, какая-то девчонка, стоявшая у бара рядом с Кэмом, из кожи вон лезла, чтобы он обратил на неё внимание, а когда тот её отшил, схватила его за хозяйство. Не в плохом смысле, а скорее… соблазнительно.
— О да, — смеётся Логан. А потом произносит высоким девчачьим голосом, щёлкая пальцами: — Мой парень никогда бы к тебе не прикоснулся, ты, грязная шлюха. Ты такая, чёрт возьми, страшная, как будто твоё лицо загорелось, и кто-то вилкой пытался его потушить.
И мы все взрываемся смехом.
Мы у домика Люси, выпиваем у костра и отлично проводим время.
— Меня это чертовски завело, — говорит Кэм.
Люси просто тихо сидит.
— И она тоже это знала, — продолжает Кэм. — Она становится совсем дикой, когда понимает, что я возбуждён. Она отсосала мне в машине по пути домой!
— Что? — кричит Хайди с отвращением.
Парни награждают Кэма одобрительными возгласами, а я пытаюсь скрыть смех, уткнувшись в шею Джейка. Я чувствую, как его тело сотрясается от глубокого хриплого смеха, который мне так нравится. Я хочу увидеть его лицо, но его кепка закрывает мне обзор. Переворачиваю её козырьком назад, так что теперь могу прижаться к нему ещё теснее, и он с улыбкой смотрит на меня сверху вниз.