Сергей Павлович, как и другие наши ученые-ракетчики, был знаком с немецкими жидкостными боевыми ракетами времен войны. Никаких откровений в них он не нашел: «Эти ракеты в основном базировались на идеях К. Э. Циолковского».
Нашим ученым предстояло выработать собственный метод проектирования мощных ракет, основать отрасль науки и техники со своей производственной базой, способной обеспечить разработку и постройку двигателей с большой тягой, ракет, систем управления, всех видов сложного комплекса наземного и бортового оборудования.
Почему же надо было искать новый метод проектирования ракет? Ведь и раньше велось опытное строительство техники в артиллерии и в авиации. И в той и другой областях советские конструкторы показали выдающееся искусство. Но баллистические ракеты дальнего действия имели много особенностей. Их конструкция и технология изготовления во многом отличались от конструкции и технологии изготовления артиллерийской и авиационной техники.
Так, у самолета вес топлива редко достигает 50 процентов от стартового веса, а у баллистических ракет того времени он приближался к 70 процентам, а впоследствии доходил до 90 процентов. Специфическими были требования к топливным бакам ракеты. Они должны были иметь очень большой объем, а вес как можно меньше. Словом, возникали совершенно новые проблемы.
Сергей Павлович вместе со своими помощниками предложил в проектировании ракет перейти на плазы, на которых крупные детали чертятся в натуральную величину. С плазов снимают шаблоны, и по ним делаются уже сами детали. В авиации этот метод был освоен уже давно. Пришлось обратиться на один из опытных авиазаводов. Несмотря на большую загрузку, работники завода пошли навстречу просьбе конструкторов — ракетчиков. Во внеурочное время они быстро и добротно изготовили плазы, сыгравшие затем свою роль в разработке мощных ракет.
Итак, стало очевидно: в проектировании и постройке мощная ракета не похожа на самолет, но не похожа она и на пушку.
Ночи напролет просиживал Сергей Павлович с работниками промышленности, обсуждая, какому предприятию какой заказ дать, прикидывая время, когда должны быть готовы двигатели, автоматика, наземное оборудование. Потом вместе выезжали на первые испытания ракетных агрегатов, электронных систем и тут же давали указания на предприятия по их доводке. Все это было хорошей поддержкой молодого коллектива, руководимого С. П. Королевым и оформившегося в самостоятельное конструкторское бюро.
Коллектив КБ креп и рос вместе с постройкой ракетного первенца. Рядом с ветеранами ракетной техники, с убеленными сединой академиками и известными профессорами можно было видеть много молодежи. Так, у одного из тогдашних заместителей Сергея Павловича за плечами был опыт красвоенлета гражданской войны, а у другого — вуз да несколько лет работы конструктором.
Поначалу не все шло гладко. Случилось однажды, что КБ оказалось неподготовленным к приему аппаратуры наземного оборудования. А вагоны с аппаратурой для будущих пусков все поступали и поступали, и каждая из установок требовала своего микроклимата.
Заботу о том, чтобы не пострадала уникальная аппаратура, взял на себя один из замов Сергея Павловича, бывший красвоенлет. Он с помощниками метался на грузовой автомашине между стоянками вагонов, сам подбрасывал кокс в вагонные печки, поддерживая температурный режим.
В трудных условиях проходила работа КБ.
Формирование творческого коллектива требовало больших забот от Сергея Павловича. «Создание коллектива единомышленников, — отмечал в одном из своих выступлений С. В. Ильюшин, — в науке и практике проектирования, творцов — энтузиастов своего дела задача не менее сложная, чем, например, разработка хорошего проекта».
Сотрудник КБ вспоминает: «В служебной, а особенно домашней обстановке Сергей Павлович любил юмор, сам шутил, разыгрывал некоторых сотрудников и знакомых. Но больше всего он любил дело, над которым он трудился, всерьез мечтал облететь „вокруг шарика“. И горе было тому человеку, который нерадиво или неряшливо относился к порученному делу. Многие, знавшие его, называли его двумя буквами: Эс-Пе. Эс-Пе — это гроза и уважение, это государственная мудрость и легкая, безобидная шутка. Разносить умел Эс-Пе классически. Его и боялись, и любили. Авторитет его был огромный. Его слово среди сотрудников и в организации было законом».
Другой ветеран КБ вспоминает: «В 1946 году Сергею Павловичу было поручено возглавить работы по созданию мощных ракетных систем. С огромным энтузиазмом и свойственной ему энергией он принялся за выполнение этой почетной задачи, которая совпадала с его стремлением и мечтой. Он взялся за организацию коллектива из молодых специалистов, энтузиастов этого дела. В короткий срок коллектив был создан, он непрерывно рос и развивался. Работа под руководством Сергея Павловича закипела.
Помню, как-то раз в 1948 году я позвонил по телефону на работу Сергею Павловичу и попросил его оказать мне помощь в деле, над которым я трудился. В ходе беседы он обратился ко мне с предложением: „А не легче ли вам перейти к нам на работу? Дело у нас интересное, верное. Даю вам три дня на размышление“. Ответ я дал через два дня. Сергей Павлович действовал молниеносно. Через три дня я был оформлен на работу… Результатами работ, размахом и масштабом дел я был поражен».
Отвечая на вопрос автора этой книги, как складывалась советская школа разработки крупных ракет, Сергей Павлович сказал:
«Большая разница есть между конструктором раньше и теперь. Раньше конструктор рассчитывал и строил машину сам. Я под руководством А. Н. Туполева в конце 20-х годов делал дипломный проект — рассчитывал легкомоторный самолетик. Сам выполнил половину чертежей. Писатель пишет книгу всю сам, что-то зачеркивает, что-то вписывает. Захотел бы современный конструктор сделать все расчеты сам, когда проектируемый аппарат содержит десятки тысяч деталей, и превратился бы в кустаря. Для этого не хватило бы ни сверхчеловеческого ума, ни сверхчеловеческих сил.
Конструктор должен верно ставить задачи, прислушиваться к мнению коллектива. Мы вот бродим целым КБ, ищем, просчитываем. Тот, кто говорит, что осуществление идеи близко (а она далека от реальности), заведет в тупик.
![Главный конструктор i_021.jpg](https://litlife.club/books/308232/read/images/i_021.jpg)
С. П. Королев со своим заместителем по испытаниям ракет Л. А. Воскресенским. Осень 1947 года.
С самого начала, с первой ракеты мы опирались на коллегиальность. Ни одного решения, объекта, графика без обсуждения! В совете КБ десятки человек. Нередко обсуждали противоречащие друг другу предложения. Не раз жизнь опрокидывала наши наметки. Окончательный итог складывался из данных, полученных при отработке частей ракеты».
Сам Сергей Павлович, как говорят, был прирожденным конструктором ракет.
Один товарищ, давно его знавший, вспоминает: «Я знаком со стилем работы конструкторов Туполева и Поликарпова, которые блестяще умели „ходить по доскам“. Это значит, что они могли, идя от одной чертежной доски к другой, на лету схватывать то, что рождалось в ходе проектирования, и тут же весомо вершить свой суд. Как-то я увидел, что и Сергей Павлович применил тот же прием „хождения по доскам“. Сначала я подумал: „Подражает“. Но потом послушал его замечания, сделанные по чертежам, понял — хватка у него верная, промахов никому не прощает».
Год 1947-й стал годом проверки способности коллектива, руководимого С. П. Королевым, решать крупнейшие задачи развития современной техники. Приближалась 30-я годовщина Советской власти, и приближались испытания разработанных коллективом первых дальних жидкостных ракет…
Но, перед тем как ехать на испытания, Сергей Павлович выступил с докладом, посвященным анализу творческого наследия К. Э. Циолковского. Это произошло 17 сентября в Краснознаменном зале ЦДСА имени М. В. Фрунзе, где отмечалось 90-летие со дня рождения великого ученого.
«Самое замечательное, смелое и оригинальное создание творческого ума Циолковского, — говорил Сергей Павлович с трибуны Краснознаменного зала ЦДСА, — это его идеи и работы в области ракетной техники. Здесь он… намного опережает ученых всех стран и современную эпоху».