- Ой!.. Он это!.. Убитый!..
Все находившиеся в комнате обернулись на её отчаянный крик.
Виталий поспешно спрятал фотографию и, понизив голос, жёстко сказал:
- Вот почему нам надо видеть Валю, понятно вам?
Катя, всхлипывая, подняла голову и собралась что-то сказать, но их уже обступили взволнованные люди.
- Катя, что случилось?.. Кого убили?.. Кто такой?..
- Да никто! Не знаете вы его! - зло крикнула Катя. - Никто его не знает! Мать родная и та… только… вот только… - Голос её захлебнулся. - Одна знает… Ой-ой, что же будет?.. Ой, бедненькая…
Теперь все смотрели на Виталия. И он сдержанно сказал:
- Так уж случилось. Погиб человек. Ничем теперь не поможешь.
- А вы-то куда смотрели? - крикнул кто-то.
Виталий закусил губу.
- Сами мы никуда не смотрим, - вступилась женщина, только что упрекавшая Катю за её мужа. - Что ж теперь, на каждом углу милиционера ставить?
А Катя глубоко вздохнула и сказала, обращаясь к Виталию:
- Идите ко мне домой. Вон, через дорогу. - Она указала в окно. - Первый этаж. Налево. Три раза стукнете… Да я вас сейчас сама отведу!.. - Она поспешно поднялась и схватила висевший на спинке стула платок. - Пойдёмте.
И, не оглядываясь, кинулась к двери. Виталий и Мурзин двинулись за ней. Люди молча провожали их глазами.
Уже подходя к двери квартиры и вынимая ключ, Катя предупредила:
- Только вы уж как-нибудь поосторожнее, не сразу. Это же для неё какое горе неслыханное! Так она его ждёт…
Когда они тихо вошли в квартиру, Валя спала, калачиком свернувшись в углу большой тахты и укрывшись какой-то кофточкой.
И все трое на секунду замерли, боясь неосторожным движением внезапно разбудить девушку и терзаясь мыслью о том, что ей сейчас придётся услышать.
- Валюша… - нерешительно позвала наконец Катя. - Валюша, ты слышишь?..
Она нагнулась над спящей и осторожно провела большой красной рукой по её волосам.
Девушка открыла глаза, увидела чужих людей и быстро, словно и не спала, приподнялась, сжалась в комок, подобрав под себя ноги, как испуганный, но готовый к обороне зверёк.
- Чего вам надо? - осипшим от сна голосом спросила Валя, понимая, что люди эти пришли к ней.
И ещё она сразу сообразила, что, раз привела их сюда Катя, значит, зла они ей не причинят, иначе Катя ни за что бы их в свой дом не пустила.
- Здравствуйте, Валя, - с трудом выдавил из себя Виталий. - Мы к вам из Москвы. Насчёт Николая.
- Насчёт Николая?.. - растерянно повторила Валя. И, вдруг уловив что-то в лицах окружавших её людей, она подалась вперёд и с испугом воскликнула: - Да говорите, что с ним?!
- С ним… его… - сбивчиво начал Виталий.
- Ну, что с ним?..
- Убили его, Валя…
- А-а!..
Она захлебнулась в отчаянном крике и упала на тахту, зарывшись лицом в подушку. Плечи её вздрагивали, а судорожно сжатый кулачок стучал по тахте.
Виталий с тревогой посмотрел на Катю. Та ответила ему гневным взглядом и процедила:
- Сказала же вам…
Но тут вдруг Валя резко поднялась, лицо её было мокро от слёз, она и не думала их вытирать.
- Кто вы такие? - спросила она. - Откуда вы знаете про него?
- Мы из Москвы, из милиции, - негромко ответил Виталий. - Мы должны выяснить, кто его убил и за что. Вы не догадываетесь кто?
- Откуда же я знаю? - угасшим голосом ответила Валя, с тоской глядя куда-то в пространство.
- Он вам не говорил, зачем едет в Москву?
- Вот так… его спасли, - еле слышно произнесла Валя, отвечая каким-то своим мыслям и как будто не замечая обращённого к ней вопроса.
- От чего его собирались спасти? - задал новый вопрос Виталий. - И кто его спасал?
- Была драка, - по-прежнему безучастным тоном, как о чём-то очень далёком и постороннем, сказала Валя. - В сквере, около рынка. Не знаю уж, с чего началось. Все пьяные были. Кроме Коли. Он говорил, что от меня пьяный, ему хватит. Ну а в сквере к нему пристали. Он кинул одного, а на него ещё трое… Ну Витька, кажется, бросил ему нож. И Коля ранил кого-то. А все подумали, что убил. И разбежались. Потом Коля спрятался. И от меня тоже. А позвонил уже из Москвы. Так хорошо слышно было. Я подумала, он из дома звонит. Я ему говорю: «Ну что ж ты не приходишь? Я же извелась вся. Скорее приходи, я жду». А он говорит: «Скоро, Валечка, совсем скоро. Вот приеду и больше никуда от тебя ни на шаг. Люблю тебя очень». Так в телефон и сказал. «А где же ты был?» - спрашиваю. А он говорит: «Хорошие люди мне помогли. Я тебе из Москвы звоню». «Что ты там делаешь?» - спрашиваю. А он говорит: «Да тут попросили меня съездить, отвезти кое-чего. Ну и я хорошо заработаю. Нам с тобой надолго хватит. И уедем, далеко!» «Ой, - говорю, - не надо таких дел. Зря хорошо не платят, я уж знаю». А он смеётся. Он такой весёлый был, он так смеялся…
Виталий понял: всё, что тогда она думала во время разговора с Николаем, теперь ей казалось, что она произносила вслух.
- Кто же его послал в Москву?
- Почём я знаю? Вот так его спасли… Хорошие люди. Спасибо им. Спасибо… У-у… - Она погрозила кому-то кулачком. - Нужны нам были их вшивые деньги!.. Коля такой доверчивый… был…
- Мы найдём этих людей, Валя.
- А мне-то что! - Она пожала плечами, упрямо глядя куда-то в пространство перед собой. - Вы мне Колю найдите. Вот уж я вам спасибо скажу…
- Значит, не знаете вы тех людей… - как бы про себя повторил Виталий. - Ну а друзей его близких знаете? Может, они чего вспомнят?
- Не знаю. Никого у него не было. Одна я была. Да и я его только одну ночь любила. Только одну ночь.
Она, не отрываясь, смотрела в пространство, словно окаменев, и только слёзы текли по щекам.
- Родственника у него в Москве нет? - спросил Виталий.
- Нет, - покачала головой Валя. - Никого у него нигде нет.
- А Пашку он вам не называл? Или Павла?
- Да нет у него в Москве никого, - устало сказала Валя.
- Ладно, - согласился Виталий. - Это мы оставим. Ну а можете вы вспомнить, только точно, когда он звонил, в какой день?
- В какой день? - переспросила Валя. - Это я точно помню. В среду звонил.
Виталий сразу отметил про себя: в день убийства. И поспешно спросил:
- А в котором часу, тоже запомнили?
- В котором часу? - опять переспросила Валя, словно ей каждый раз приходилось откуда-то неохотно возвращаться, чтобы понять, о чём спрашивает её этот настырный парень. - Да, помню. Вечером он звонил. Я с работы уже пришла. А отец ещё не пришёл. Он поздно приходит.
«А ведь у Пашки в это время был самый разгар попойки», - отметил про себя Виталий. Он вдруг ощутил неясную тревогу. Что-то не стыковалось в его версии, что-то шло наперекор, факты не желали сцепляться.
- А он не сказал вам, откуда звонит: из квартиры или, скажем, с почтамта, с переговорного пункта?
- Откуда звонит?.. Как так откуда?.. Аа-а… Из квартиры он звонил.
- Почему вы так решили? - быстро и напористо спросил Виталий, не давая ей снова уйти куда-то.
- Ну как так почему? Что-то он сказал такое. Не помню уж… Ах да! Он сказал: пора кончать, а то копеечка бежит, и ещё… да, ещё хозяин зовёт пить чай.
- Понятно, понятно, - пробормотал Виталий, хотя с каждым новым Валиным ответом ситуация становилась всё непонятнее.
- А скажите, - снова спросил он, - Николай вам не сказал, когда приедет? - И, не выдержав, добавил: - Вспоминайте, Валя, вспоминайте, я вас очень прошу.
- Да вспоминаю я, вспоминаю, - с тоской ответила Валя. - Всё я вспоминаю, каждое его словечко. Он сказал не «приеду», а «прилечу». «Самолётом прилечу к тебе» - вот он как сказал.
- Самолётом?
- Да-да. Самолётом.
- А в Москву он ехал поездом, - задумчиво произнёс Виталий. - Ну да, он же багаж вёз. А обратно… - И, обращаясь к Вале, спросил: - А когда он обещал прилететь?
Девушка вздохнула и прижала ладони к вискам:
- Я его на следующее утро уже ждала.
- Он так и сказал: «Утром прилечу»?
- Да. А вылетал ночью.