Крам отрицательно покачал головой и натянул шубу.
— Профессор, мне бы хотелось выпить вина, — ухмыльнувшись, сказал Сергей.
Сергею в бок прилетел локоть Игоря Кадочкина.
— Я предлагаю не тебе, Поляков, — рявкнул Каркаров, и заботливый отеческий вид мгновенно испарился. — Ты опять, неряха, закапал едой всю мантию!
Он развернулся и повел учеников к дверям. Парни, с которыми я общался, по очереди подмигнули мне, и пошли вместе со своими на выход.
— Что, карликовый грязнокровка, перепутал столы? — раздался над ухом противный голос Малфоя.
Обернувшись, сразу же обнаружил его ухмыляющееся лицо.
Я не стал долго думать и со всей силы вмазал Малфою ногой по яйцам, затем схватил со стола увесистое серебряное блюдо и со всей дури опустил его на голову блондину. Тут спохватились стоявшие позади громилы, постоянно сопровождавшие Малфоя, и бросились ко мне.
— Тпру! Трпу!
Два сказанных шёпотом в быстром темпе заклинания, направленная в сторону Крэбба и Гойла правая рука и оба громилы падают парализованные, не в силах пошевелиться.
— На, тварь! На!
Я от всей полноты души пинал ногами лежащего на полу Малфоя.
Вокруг народ радостно заголосил, наблюдая за дракой.
— Давай, Адамс, так его!
— Бей Белоснежку!
— Задай жару этой сучке!
Причём крики доносились со стороны Слизеринцев, а последний голос принадлежал девушке.
Я подпрыгнул и ногами приземлился на голову Малфоя, который скрючился в позе эмбриона и заскулил, как маленькая девочка, прикрывая голову руками. Но мне после такого пришлось уйти в перекат через плечо, а когда вышел из переката, то оказался в воздухе.
Попытавшись сориентироваться, что происходит, понял, что меня держит за шкирку профессор Грюм. Но при этом он радостно улыбается, смотря на Малфоя.
— Ну и кто грязнокровка, маленькая сучка? Да у меня даже член больше твоего, так что завидуй молча и плачь в подушку! Когда придёшь к себе в комнату и посмотришь на свой маленький стручок, теперь ты всегда будешь вспоминать, что у карлика член больше твоего! Теперь живи с этим, Белоснежка…
Я кричал, махал руками и ногами, всё это происходило в подвешенном состоянии и вызывало огромную бурю положительных эмоций со стороны окружающих, разве что за исключением преподавателей, которые были в шоке.
— Успокойся, боец, — рявкнул Грюм.
Я тут же успокоился, после чего профессор опустил меня на пол.
— А в Хогвартсе развлекаться умеют, — донеслось со стороны входа на русском языке.
— Ну, так, наш человек!
— Наших бьют? — вопросительно спросил кто-то.
— Нет, скорее наши бьют… Но, похоже, что вечеринки не будет.
Диалог на русском прервал отошедший от удивления Дамблдор.
— Кхэ-кхэм, — откашлялся директор Хогвартса. — Прошу прощения у гостей за этот неприглядный инцидент.
— Мистер Малфой! — рявкнула Макгонагалл, похоже, взявшая на себя роль злодея. Она тут же оказалась рядом и стала прожигать нас яростными взглядами. — Мистер Адамс! Ваше поведение совершенно недопустимо.
— Точно! Это же нечестно, их было всего трое, а я один. Надо было выйти как минимум впятером против одного карлика, да со спины в тёмном закоулке, вот тогда было бы допустимо оскорблять и не только.
Макгонагалл пошла пятнами и разъярилась не на шутку.
— Минус пятьдесят баллов с Пуффендуя за драку и месяц отработок! — заорала она.
— Произвол! Коррупция! Грабёж! Насилуют! Я требую сатисфакции! Дуэль с каждым, кто считает, что я был не прав, защищая свою честь и достоинство. Профессор Макгонагалл, вызываю вас на магическую дуэль, дабы отстоять честь Адамсов! И тебя, Драко Малфой, и твоих шестёрок! Я вас всех нашинкую на фарш для пельменей.
Я не понял, почему себя так веду, но тут почувствовал то, что должен был почувствовать раньше, мой браслет для определения зелий нагрелся, видимо кто-то заблокировал его, обернув какими-то чарами, и я уже выпил зелье, причём давно.
— ТИХО! — рявкнул Дамблдор. — Минерва, успокойся, надо разобраться в случившемся.
— Меня опоили зельем! Несите к целителю… Помираю…
Я картинно упал, делая вид, что теряю сознание. Ни одна сволочь не подхватила меня на ручки, вот и доверяй после такого людям. А ведь специально падал медленно.
— Вот видишь, Мини, — сказал Дамблдор профессору Макгонагалл, — мистера Адамса опоили. Бедный мальчик стал жертвой шутников… Кто-то хотел сорвать праздничное мероприятие, и мы постараемся выяснить, кто это был. А пока, пострадавших надо доставить в Больничное крыло.
Меня подняли заклинанием Локомотор и по воздуху стали транспортировать в Больничное крыло. В этот момент в голове крутились мысли. Кто бы мог так меня подставить? Что это было за зелье? С какой целью опоили? Какими последствиями это грозит в дальнейшем, особенно потасовка с Малфоем и его шестёрками?
Чары… Кто мог наложить сложные чары, блокирующие браслет для определения зелий? Это должен быть кто-то достаточно умелый: старшекурсник или взрослый маг.
Похоже, что пьянка отменяется.
Теперь надо быть в десятки раз осторожней. Может быть, взять пример с Грюма и тоже стать параноиком?
Когда мне могли подлить зелье? Только во время ужина. Прошло не более полутора часов, можно успеть отправится в прошлое при помощи Маховика времени и попробовать найти виновного, но как выскользнуть из больничного крыла и самое главное, как проследить за собой, оставаясь незамеченным? Скрыта хватит максимум на семь минут, а мне надо рассчитывать минимум на час…
Так, стоп… Час! Оборотное зелье, у меня ещё остался запас, как и волосы. Осталось решить проблему со здоровьем и отправкой в прошлое.
В больничное крыло помимо меня доставили ещё троицу слизеринцев, которым досталось от меня. Над нами сразу стала хлопотать мадам Помфри.
Примерно через полчаса в Больничное крыло заявился Дамблдор.
— Поппи, мне надо поговорить с мистером Адамсом, — донёсся из-за ширмы голос директора. — Как он?
— Мальчика опоили каким-то зельем, влияющим на сознание, небольшие вывихи. Завтра он уже будет в полном порядке, — отчиталась целительница. — Альбус, только не долго, детям нужен покой.
— Конечно, — согласился директор и зашёл за ширму. — Здравствуй, мой мальчик, — произнёс он, глядя на меня добрыми глазами.
В голове слегка зазвенела окклюментная сингалка, сообщая об использовании легилименции. В таком состоянии легилимент может понять, говорит человек правду или врёт, а если повезёт, то считать поверхностные образы.
— Спасибо, директор. Если честно, то не очень… Обидно, что так вышло.
— Ты не знаешь, кто мог так с тобой поступить? — добрым голосом спросил Дамблдор.
— К сожалению, нет.
— Может быть, у тебя имеются какие-то подозрения? — продолжил спрашивать он.
— Даже не представляю, кто бы это мог быть. Я со всеми старался поддерживать хорошие отношения. Что теперь будет? Меня накажут?
— Ну что ты, — директор ободряюще улыбнулся. — Мы же выяснили, что ты стал жертвой чей-то шутки, поэтому снятые баллы и взыскания будут отменены. Выздоравливай, мой мальчик.
На этом разговор закончился и Дамблдор покинул Больничное крыло.
Всем пациентам мадам Помфри выдала снотворное зелье. Хорошо, что мантия осталась при мне, поэтому достать пустой флакон и перелить в него зелье не составило труда, как и притвориться человеком, который сильно хочет спать.
Вскоре целительница вернулась, чтобы забрать пустой флакон и с подозрением осмотрела всё вокруг, видимо ища признаки вылитого зелья. Не найдя таких, она удовлетворилась и ушла в свою комнату, которая расположена прямо за дверью больничной палаты.
Глава 24
После того, как Помфри скрылась за дверью, я выждал немного времени и достал Хроноворот, надел его на шею, встал с кровати, нашёл свою обувь и повернул артефакт на два оборота.
Сразу всё изменилось, больше не доносилось сопения Крэбба с Гойлом.
— Неви-отнюх-незвук-леви.