Они стали анализировать события своей непростой жизни в чужом изложении. Взгляд со стороны казался то излишне отягощённым подробностями, да и не помнили они этих подробностей, то приглаженным и даже романтизированным. Однако, мужчинам было интересно - вспоминали, дивились, спорили. Порой разговор сваливался в текущие дела по бизнесу, а то и вовсе перетекал в банальные сплетни - всё как у нетрезвых людей, да и возраст предполагает... Оживлённая беседа в «день воспоминаний» подошла к концу. Когда начало смеркаться, подвыпивший Сайко связался со службой «Трезвый водитель» и заказал авто. Семанину же не терпелось продолжить чтение, оттого прощание вышло скомканным и торопливым. Проводив товарища, Сергей Иванович впился в экран монитора.

«...- Всё пучком, Сема, - отчитывался при следующей встрече Пыжик, - люди нашлись, товар востребован! А вот и другая новость, я не поленился в институтской библиотеке разыскать УК РСФСР. В двух словах по нам плачет 218 статья - сбыт от трёх до восьми. А наш прапор и не предполагает, какой его может ждать сюрприз: статья 218.1 - до десяти годочков. Подробности интересуют?

- Спасибо, Димон, приободрил, поднял, надо сказать, настроение. На хрена мне твои подробности, когда и так всё ясно. Ладно, прорвёмся, сам-то не бздишь?

- Я с тобой, мы же не просто так рискуем: с каждой "игрушки" вон какой табаш. Давай думать, как будем отдавать ствол?

Но оказывается Сема уже давно просчитал все ходы и выбрал наиболее безопасный. Он поделился с подельником - Сайко остался доволен. В одну из последних увольнительных друзья приехали в родной дворик между Смолячкова и Тобольской. Пыжик направился в свою коммуналку, а Сема остался во дворе под аркой выходящей на Лесной проспект. Здесь в людном месте Сема вновь ждал своего покупателя. В тот момент он думал о странных параллелях: два с половиной года назад всего в полукилометре отсюда разыгралась трагедия, детонатором которой послужил тот же повод, что и сегодня - продажа оружия. Но Сергей уже отягощённый опытом прошлых ошибок, исключал любой форс-мажор и был готов, в случае подвоха, к любым сценариям. А промахи на то и возникают, чтобы их не повторять. Правило не для дураков, а Сема таковым себя не считал.

- Привет, ты Сергей? - К нему обратился невзрачный парень в тренировочном костюме, я по поводу погремушки. Привет Пыжику.

- Здорово, раз от Пыжика. Давай сюда.

Они зашли в телефонную будку, Сема крутил диск, якобы набирал абонента. Парень, тем временем, достал банковскую упаковку десятирублёвых купюр:

- Сдача будет? Нет, тогда уменьшим, - он разорвал пачку и отсчитал двадцать пять червонцев, - остальное за товар, как договаривались.

Семанин пересчитал оставшуюся часть, получилось 750 рублей. Затем, уже по настоящему, набрал номер Пыжика. На другом конце, ответил Сайко:

- Ну как?

- Порядок, я пересчитал, отпускай, мы ждём.

Через несколько минут к ним подошёл запыхавшийся новый знакомец, отягощённый приобретённым пистолетом ТТ и  двумя обоймами.

- Привет. Толян, нормалёк, пушка здесь, - радостный покупатель похлопал себя животу под мешковатой ветровкой. Всё проверим и свяжемся с Пыжиком, ещё достать сможешь? - Обратился он к Семанину.

- Не вопрос: ваша капуста - наш засол!

Торговцы улыбнулись шутке, пожали Семе руку и разошлись. Так в благополучной стране развитого социализма, в прекрасном городе трёх революций и белых ночей, возникло новое преступное сообщество. Сергей двинул прямиком на Тобольскую в трехкомнатную коммуналку на первом этаже. Сайко его ждал:

- Вроде без косяков, парни правильные. Толяна и Ваську знаю еще по школе, на оружии тронутые, вроде тебя. Всю область облазили, чего там только не откапывают и стволы, винтовки, снаряды, пушки. Толкают кому-то и деньги немалые срубают. Ржавые железяки, видать, спросом хоть и пользуется, но наш товар ни в какое сравнение не идёт.

- Ладно, я домой, переоденусь и в часть. У «Каштанки» берём еще два ствола. Жду в четверг на «привальную».

Дальше был дембель, пьянка и подзабытые будни на гражданке. Семанин вернулся на завод и стал готовиться к вступительным экзаменам в институт. Тайная жизнь криминального дуэта помимо адреналина добавляла друзьям увесистую прибавку к легальным доходам. Остальное как у всех: работа, учёба, Семанин даже подал заявление о приёме в партию (кто-то подсказал, что так легче поступить в институт). Пыжик собирался жениться. В 22 года - вся жизнь впереди, дерзай и карьерный рост в купе с достатком не обойдёт творческого, инициативного человека стороной. Прям, как в песне: «Эх, хорошо в Стране Советской жить! Эх, хорошо Страной любимым быть!...»

Сергей Иванович вновь отвлёкся: ну и намудрил автор с наивной схемой страховки, в жизни всё было примитивно и просто, Пыжик привёз ствол в Сосновский лесопарк, где и встретился со своим «трофейщиком», понятия «черый копатель» в то время не существовало. Под оружейные выстрелы на стрельбище, опробовали пистолет. Из ТТ произвели гулкий «бабах», затем оружие перекочевало к покупателю, деньги к Пыжику. Вот и всё, никаких телефонных звонков, Графоманов начитался детективов и оформил красиво. В принципе, факт продажи имел место. Затем ещё и ещё, конвейер организованный прапорщиком в сертоловском гарнизоне, работал исправно.

Хотелось спать после дневных возлияний, Семанин перенёс на завтра знакомство с творчеством неизвестного доселе автора. Хотя, это уже не так - листок с адресом и фамилией лежал на письменном столе.

5. Не верь, не бойся, не проси

Снилась зона. Эти навязчивые сновидения преследовали многие годы. Нельзя сказать, чтобы слишком уж докучали закалённому несвободой Сергею Ивановичу. Так, по утрам недоумевал, какого ляда, опять эти образы из тюремного прошлого. Крепко, видать, въелись в подкорку подъёмы, проверки, работа и прочая лагерная атрибутика.

Он проснулся рано, открыл глаза - на часах ещё не было шести утра. Опять же возраст, на седьмом десятке отдых короткий. Теперь уже наяву отчётливо вспомнил первую судимость. После приговора недолго зависал в Крестах, а после подачи кассационного заявления был этапирован в Выборг. Несмотря на мягкий приговор, адвокат настаивал на пересмотре дела, пытаясь перебить реальный срок условным. Но суд следующей инстанции посчитал иначе и постановил: «учитывая тяжесть содеянного, оставить наказание без изменения». В Обуховской колонии Семанину ясно дали понять, что дружки убиенного кореша, помнят Сему и шлют ему «горячий привет».

- Лично я против тебя ничего не держу, - шептал ему после отбоя шестеривший урка, - ты завалил человека и с тебя хотят спросить, имей ввиду и держи ухо востро.

Так Семанин начав свой срок, попал под пресс тюремных понятий и оказался в непростом положении. Предупреждён - значит вооружён! Сема отлично помнил тот момент, когда был вынужден принимать правильное для себя решение и определяться в зековской иерархии. Не прошло и недели, как его после отбоя вызвали в туалет.

- Какие проблемы, мужики?

Его встретил вертлявый гадёныш, недавно поднявшийся с малолетки и тройка хмурых пацанов.  Первый «гнул пальцы» и гримасничая вопрошал:

-  О, брателло Сема - Семачка! Вопросики к тебе имеются, непонятки там всякие, что ты за фрукт и с чем тебя кушать, - оглядываясь на товарищей, продолжил, - может сигареткой угостишь, мокрушник лихой?

- Для тебя только с кожаным фильтром! Прямо сейчас угостить? - Сема сделал жест, словно расстёгивает брюки.

Зеки от невиданной наглости встрепенулись и рванули на Семанина. Началась потасовка, драку остановил, вызванный дневальным войсковой наряд. В тот день Семанин отделался разбитой челюстью, трещиной в ребре и многочисленными гематомами. Были пострадавшие и в стане нападавших. Прежде, чем отправить драчливых зеков в ШИЗО, им оказали медицинскую помощь. Утром допрашивал зам по режиму, а затем даже препроводили в кабинет хозяина - майора Андрианова. Начальники попытались разобраться в сути конфликта, но обе стороны уверенно заявляли, что повздорили по пустяку. Так Сема познакомился с условиями содержания в штрафном изоляторе, с разгрузочным днём на одной воде, ознобом в холодные ночи и прочими прелестями из обширного арсенала подавления строптивых осуждённых.